1916 год: идёт Первая мировая война, население захлёбывается в верноподданнических чувствах, поэты оспаривают право точнее прочих выразить дух эпохи. Великих отечественных стихотворцев начала XX века вспоминает Владимир Аверин. Вадим Габриэлевич Шершеневич родился 24 января 1893 года в Казани в семье профессора университета, видного члена Кадетской партии, депутата I Государственной думы. В 9 лет, вместо положенных 10, пошел в гимназию, что потребовало прошения на Высочайшее имя. Но, как писал позже поэт, "Николай II вел себя по отношению ко мне милостиво и прилично и препятствий не чинил". Затем Шершеневич учился в Мюнхенском и Московском университетах на филологическом, юридическом и математическом факультетах. В 1911 году вышел первый поэтический сборник Шершеневича, в 1913 году - второй. С первых шагов в литературе он старался быть "Брюсовым от футуризма" - не только практиком, но и мэтром, теоретиком с оглядкой на западный авангард от Лафорга до Маринетти, которых переводил. Во время Первой мировой войны был на фронте в качестве вольноопределяющегося. В годы гражданской войны читал лекции в Пролеткульте, работал в агитационном поезде имени Луначарского и отделе ИЗО Наркомпроса. Вместе с Маяковским писал и рисовал тексты плакатов для "Окон РОСТа". В 1919 году вместе с Есениным, Ивневым и Мариенгофом написал манифест имажинизма, в том же году стал председателем Всероссийского союза поэтов. В 1920 году Шершеневич удостаивается редкой для современных ему поэтов чести: его читает Ленин. Правда, происходит это благодаря недоразумению. Весь тираж поэтического сборника Шершеневича "Лошадь как лошадь" в силу "лошадиного названия" отправляется на склад Наркомзема для дальнейшего распространения среди трудового крестьянства. О случившемся "вопиющем факте" докладывают Ильичу... В 1922 году в личной жизни Шершеневича разразилась катастрофа. Его возлюбленная - актриса Юлия Дижур - после размолвки с выстрелила из револьвера себе в сердце. После этого навсегда оставив поэзию, Шершеневич ушел в театр, работал как драматург, режиссёр, критик, сценарист, переводчик. Осенью 1941 эвакуировался на Алтай с Камерным театром. Скончался после тяжёлой скоротечной болезни 18 мая 1942. Похоронен на Булыгинском кладбище в Барнауле. В 1916 году Вадим Шершеневич много работает, издает драму "Быстрь", сборник статей об искусстве "Зелёная улица" и книгу стихов "Автомобилья поступь". "Разбитые рифмы" Из-за глухонемоты серых портьер, цепляясь за кресла кабинета, Вы появились и свое сердце Положили в бронзовые руки поэта. Разделись, и только в брюнетной голове черепашилась гребенка и желтела. Вы завернулись в прозрачный вечер.Как будто тюлем в июлеЗавернулиТело. Я метался, как на пожаре огонь, шепча: Пощадите, не надо, не надо! А Вы становились всё тише и тоньше, И продолжалась сумасшедшая бравада.И в страсти и в злости кости и кисти на части ломались, трещали, сгибались, И вдруг стало ясно, что истина - Это Вы, а Вы улыбались. Я умолял Вас: "Моя? Моя!", волнуясь и бегая по кабинету. А сладострастный и угрюмый ДьяволРасставлял восклицательные скелеты. В гостиной Обои старинные, дымчато-дымные,Перед софою шкура тигровая,И я веду перешопоты интимные,На клавесине Rameau наигрывая. Со стены усмехается чучело филина;Ты замираешь, розу прикалывая,И, вечернею близостью обессилена,Уронила кольцо опаловое. Гаснет свет, и впиваются длинныеТени, неясностью раззадоривая.Гостиная, старинная гостиная,И ты, словно небо, лазоревая. Ночь... Звоны с часовни ночные.Как хорошо, что мы не дневные,Что мы, как весна, земные!