1916 год: идёт Первая мировая война, население захлёбывается в верноподданнических чувствах, поэты оспаривают право точнее прочих выразить дух эпохи. Великих отечественных стихотворцев начала XX века вспоминает Владимир Аверин. Иван Алексеевич Бунин. Родился 10 октября 1870 года в Воронеже в дворянской семье. Первые стихи начал писать в 8 лет, в 17 дебютировал в печати. 1 ноября 1909 года он избран почётным академиком Санкт-Петербургской академии наук по разряду изящной словесности. В 1920 покинул Россию навсегда. В 1933 году стал лауреатом Нобелевской премии за "строгое мастерство, с которым он развивает традиции русской классической прозы". Получив денежное вознаграждение за премию, Иван Бунин потратил 120 тысяч франков на помощь литераторам и эмигрантам. Умер в 1953. Похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа в окрестностях французской столицы. Андре Жид писал о нём: "Бунин вправе думать, что благородством своего изгнанничества он так же, как и своим творчеством, спас душу своей Родины и русского народа". К 1916 году Бунин уже известный писатель, автор нескольких поэтических сборников, обладатель престижной академической Пушкинской премии. *** Нет Колеса на свете, Господин: Нет Колеса: есть обод, втулок, спицы, Есть лошадь, путь, желание возницы, Есть грохот, стук и блеск железных шин. А мир, а мы? Мы разве не похожи На Колесо? Похож и ты - как все. Но есть и то, что всех Колес дороже: Есть Мысль о Колесе. "В горах" Поэзия темна, в словах невыразима:Как взволновал меня вот этот дикий скат.Пустой кремнистый дол, загон овечьих стад,Пастушеский костер и горький запах дыма! Тревогой странною и радостью томимо,Мне сердце говорит: "Вернись, вернись назад!"-Дым на меня пахнул, как сладкий аромат,И с завистью, с тоской я проезжаю мимо. Поэзия не в том, совсем не в том, что светПоэзией зовет. Она в моем наследстве.Чем я богаче им, тем больше - я поэт. Я говорю себе, почуяв темный следТого, что пращур мой воспринял в древнем детстве:- Нет в мире разных душ и времени в нем нет! "Дедушка в молодости" Вот этот дом, сто лет тому назад,Был полон предками моими,И было утро, солнце, зелень, сад,Роса, цветы, а он глядел живыми,Сплошь темными глазами в зеркалаБогатой спальни деревенскойНа свой камзол, на красоту чела,Изысканно, с заботливостью женскойНапудрен рисом, надушен,Меж тем как пахло жаркою крапивойИз-под окна открытого, и звон,Торжественный и празднично-счастливый,Напоминал, что в должный срокПойдет он по аллеям, где струитсяС полей нагретый солнцем ветерокИ золотистый свет дробитсяВ тени раскидистых берез,Где на куртинах диких роз,В блаженстве ослепительного блеска,Впивают пчелы теплый мед,Где иволга то вскрикивает резко,То окариною поет,А вдалеке, за валом сада,Спешит народ, и краше всех - она,Стройна, нарядна и скромна,С огнем потупленного взгляда.