Вести недели

В Россию продолжают возвращаться добровольцы, воевавшие на стороне ополчения Донбасса и Луганска. Кто-то получил ранения, некоторые погибли. Те же, кто уцелел, на вопрос, зачем они ехали воевать, отвечают, как правило, похоже: "Не смогли по-другому, не смогли остаться в стороне". Храм Живоначальной Троицы на Воробьевых горах в Москве - один из главных центров помощи добровольцам. Батюшка там из Одессы. А его паства стала действующей моделью доброго украинско-русского мира. Храм посетил президент Владимир Путин. По его словам, он поставил свечки за тех, кто пострадал, кто отдал свою жизнь, защищая людей в Новороссии. На фронте не то что про возраст - они и имен друг друга знали не всегда. В семью своего погибшего товарища в подмосковное Фрязино Печора - а в мирной жизни Егор - приехал, как только смог встать на ноги после тяжелого ранения. "Я спросила его, для он туда едет. Он очень серьезно и сдержанно сказал: решается судьба России, я должен там быть. Конечно, я не могла его останавливать", - вспоминает мать Дмитрия Зеленко. Диме Зеленко теперь всегда будет 26. Таким он остался в памяти и на домашних фотографиях, на редких кадрах среди боевых товарищей . "Дайте русскому мальчику карту звездному неба, и он вернет вам ее исправленной" - это Достоевский. О Диме. О таких, как Дима, русских ребятах, которым не все равно, когда многое несправедливо. "Для него такая ситуация стала решающей, и он поехал защищать русский мир, потому что война идет против русского народа", - сказал командир разведвзвода батальона "Заря". Таким был и Александр Стефановский. Его звали Мангуст. Теперь уже не нужно стеснятся высоких слов - легенда. Легенда для своих бойцов, да и врагов тоже. За живого Сашу-Мангуста националисты платили 100 тысяч долларов. Живым Саша не дался и в своем последнем бою до последнего прикрывал товарищей. Свою родину на Донбасс - а как иначе, если перепахана земля русской историей, - ехал защищать каждый. Не наемники за деньги, не авантюристы, не скучающие менеджеры романтики - добровольцы. Храм Живоночальной Троицы на Воробьевых горах - один из главных с столице центров помощи добровольцам. Накануне Бородинского сражения здесь молились Кутузов и Багратион. Настоятель храма протоиерей Андрей Смирнов недавно приехал из Одессы, спасаясь от преследований. Руслан и Оксана - из Красноармейска. Там и познакомились. Руслан ушел в ополчения. Был тяжело ранен. Похожая судьба у Александра и Оксаны. Они познакомились в Дружковке. Он ушел в ополчение. Она ждала. А когда Александра ранило и его отправили в Москву на лечение, поехала за ним, чтобы не расставаться уже никогда. Сергей Фомиченков - позывной Фома - вернулся в мирную жизнь в буквальном смысле слова на несколько дней, чтобы собрать ребенка в школу. А потом - обратно, туда, где товарищи и настоящее дело, за которое, говорит Сергей, не жалко и жизнь отдать. "Решил я поехать весной, потому что душа болела. Украина, Новороссия - это неотъемлемая часть России. И без боли смотреть, как уничтожают мирных граждан, невозможно было. Я поехал из защищать", - признается Сергей. Илья Гурьев. Русский парень из Тольятти. Погиб 14 августа под Луганском. Семья. Две маленьких дочки. Налаженная жизнь. И он тоже не смог остаться в стороне. А ведь сколько говорили про инфантильное поколение эпохи "бери от жизни все" и про непатриотичную молодежь, которая не та... А они оказались теми, как их деды в Великую войну, и как их братья в Афганистане, как всегда в русской истории, когда приходит общая беда. И ведь никто им не рассказывал, никто не объяснял, как надо, почему только так и правильно. Такое не нужно объяснять. Таким можно только быть. Быть русским. В храме Живоначальной троицы на Воробьевых горах они венчались тихим воскресным утром, первые три пары. В свидетельстве о браке у них будет стоят печать Донецкой народной республики. Их любовь родилась на растерзанной и опаленной земле, которую они будут защищать всегда, чтобы однажды туда вернулся мир.