Название "Портреты известных невидимок" сокращенно выглядит как ПИН. Потому всякий раз в программе я буду вводить специальный пин-код. М.А.Х. –представляю одну из очаровательных ведущих нашего информационного блока Марину Александровну Хомутову. - Сейчас вы работает на радио в службе информации. Когда-нибудь вы могли предположить, что именно таким образом сложится ваша жизнь? ХОМУТОВА: Вообще-то, нет. - А как все начиналось? ХОМУТОВА: Начиналось все очень странно. Я всегда интересовалась языками, но не поступила в свое время в иняз и пошла работать на Радио "Маяк". Тогда мне было 17 лет. И работала я курьером-экспедитором. За тот год, что я проработала на радио до поступления в вуз на следующий год, замечательные коллеги каким-то сумели изменить ход моих мыслей, и я поступила на журфак МГУ. Продолжала работать на радио и училась, правда, уже на вечернем факультете, о чем ни разу не пожалела. - И с чего началась творческая работа? ХОМУТОВА: С корреспондента, как у всех. Брала интервью, ездила на какие-то события и мероприятия с микрофоном и переносным магнитофоном. Тогда еще приходилось заказывать огромные конструкции под названием "Награ" плюс оператор. В общем, все выглядело очень внушительно. Как сейчас телегруппа выезжает, так тогда выглядела и группа с радио. - Да, это не нынешние дни, когда корреспондент отправляется на задание с маленькой коробочкой. Вы работали на "Маяке", а теперь работаете на "Радио России". Какие заметны отличия, на ваш взгляд? И где вам было интереснее? ХОМУТОВА: Безусловно, на "Радио России". Потому что когда я уходила с "Маяка" на "Радио России", то "Радио России" еще не было таким большим и значимым средством массовой информации, как сейчас. Его вообще еще не было. - Нет, оно было, я его начинал. ХОМУТОВА: И я его начинала, мы с вами вместе начинали. Было очень интересно стоять у истоков. Ведь нас же было совсем немного. - Да, сначала 28 человек. ХОМУТОВА: Действительно, 28. Я уже и забыла, помню только, что мало. Начинать что-то новое в компании единомышленников было очень интересно. - В компании не просто единомышленников. Признаемся, что нас далеко не все принимали: что в руководящих кругах, что среди населения, которое тогда было изрядно раздроблено в мыслях своих, не так ли? ХОМУТОВА: Безусловно. - Первые дни на "Радио России" вспоминаются как дни счастливые или как дни необыкновенно трудные? ХОМУТОВА: Как счастливые. Может быть, было и трудно, но трудности как-то уже забылись за давностью лет, но вот ощущение счастья, какого-то полета осталось до сих пор. - А помните, как нас закрыли 19 августа и как все до единого пришли, собравшись вместе, чтобы, если вдруг что-нибудь будет происходить, судьба у всех была единой? ХОМУТОВА: Да. - Ну а дальше у вас было много сложностей. Замужество, рождение ребенка. ХОМУТОВА: Я бы не назвала замужество сложностью, равно как и рождение ребенка. Это счастье, и это жизнь. - Вы работаете в информации: сами тексты готовите или пользуетесь услугами различных информационных агентств? ХОМУТОВА: Безусловно, пользуюсь услугами информационных агентств, потому что новости я сама придумать не могу, особенно если что-то происходит где-то там, не в Москве. Скажем так: мы, наверное, переписываем новости с русского на русский, потому что те новости, которые приходят по лентам информагентств, часто неудобочитаемые. Иногда приходится из трех, пяти, семи сообщений делать одно, но чтобы оно было написано ясным и понятным языком, чтобы было понятно, что вообще происходит. - А откуда у вас такой красивый голос? Вы его специально не тренировали для радио? ХОМУТОВА: Спасибо. Нет, но в университете были занятия по технике речи, как и у всех, кто учился радио- и тележурналистике. Они были очень полезными, дали много знаний. А так я думаю, что все получилось благодаря практике, хотя микрофон иногда бывает коварным. - Почему вы выбрали со своей внешностью профессию "невидимки", а не телевизионного ведущего? ХОМУТОВА: А я работала на телевидении. Был у меня такой опыт, когда я ушла с радио и год проработала на телевидении, где вела обзор прессы. Но на радио гораздо интереснее. Я с удовольствием вернулась обратно, и никогда об этом не жалела. - Вы решительно считаете, что работа на радио интереснее? ХОМУТОВА: Абсолютно точно. Радио интереснее, мобильнее, гораздо быстрее может отреагировать на события, происходящие в мире. На телевидении нужно снять сюжет, ждать, пока корреспондент едет, что-то монтировать, и уже все может измениться. На радио стоит только нажать на кнопку и можно рассказывать о том, что происходит здесь и сейчас. - Вам приходится иногда импровизировать, отрываясь от текста? ХОМУТОВА: Безусловно. Это вообще мое самое любимое в работе. Прямой эфир как наркотик, он повышает адреналин в крови. - Смены у вас длинные, не устаете? ХОМУТОВА: Нет, устаешь от нудной монотонной неинтересной работы, а работу на радио я бы не назвала таковой. Наоборот, это интересная, живая работа. Все время что-то происходит новое, как и общение с людьми, которые тоже все время новые. - Вы вошли в студию, 10 минут информационного выпуска, потом вы выходите, и 50 минут ваша голова занята следующим выпуском. Это же очень напряженно: все время надо жить в мире информации? ХОМУТОВА: Надо просто переключаться. А нахождение в новостях, возможность следить за тем, что происходит здесь и сейчас, как все меняется, – это просто интересно. Это как шоу, как многосерийный фильм с хорошо закрученным сюжетом.