Евросоюз согласовал программу финансовой помощи Греции. Страна получит от ЕЭС кредит в 130 миллиардов евро, кроме того, частные инвесторы по предварительной договоренности спишут с Афин долгов еще на 100 миллиардов. В обмен на это Греция была вынуждена принять план сокращения госрасходов. Пенсии сократят, тысячи человек уволят. Те же, у кого работа останется, будут меньше зарабатывать. Подробности - в рубрике у Александра Яковлева на радио "Вести ФМ". Итак, грекам дали денег и простили 50% госдолга. Иного исхода я лично и не ждал, потому что сейчас Евросоюз уже готов на любые финансовые безрассудства, лишь бы не допустить греческого дефолта и сохранить еврозону в ее нынешней, мягко говоря, проблемной конфигурации. Что же теперь? Греческому народу нужно будет начинать трудиться в поте лица и отчасти бесплатно для того, чтобы тянуть налоговое бремя, которое, немного поменяв структуру, с Афин вовсе не снято. Готов спорить, что ничем подобным рассерженные граждане Эллады заниматься не собираются. Однако чтобы платить по долгам, нужно банально зарабатывать деньги, в масштабах экономики государства это означает, что нужно максимально быстро начать расти. Куда и как будут расти греки, когда их ВВП в четвертом квартале прошлого года упал на 7%, страна в глубочайшей депрессии и выхода из нее не видно - я не знаю. Проблема ведь в том, что еврочиновники и прочие спасатели из разных банков и фондов, продолжая якобы помогать Греции выйти из кризиса, загоняют ее в еще более глубокую яму. Манипуляции с госдолгом не решают ключевой проблемы - греческая экономика не способна эффективно функционировать в своем нынешнем виде, и есть большие опасения, что в таком состоянии находится еще несколько стран Еврозоны. И тут Еврогруппе, МВФ ЕЦБ нужно больше, чем списание долг и параллельное выкручивание рук местным властям, с целью заставить страну экономить на всем, в первую очередь, на гражданах. Тут нужен прорыв, нужно что-то такое, что вдохнет в нынешнюю Европу силы сопротивляться кризису. Но похоже, что с новаторами и лидерами в старом свете сейчас, увы, не густо.