Книги нашего детства (архив)

Выпуск 19 сентября 2014 года
Радиопрограмма
Россия
Культура, литература

2 сезона, 59 выпусков по 28 мин

/фото с сайта coollib.net/ Ведущие программы "Книги нашего детства" – историк Тамара Эйдельман и писатель Пётр Алешковский. "Место действия": П. Алешковский: Мечта о полёте, о том, чтобы взмыть в небо и ощутить невероятную свободу и лёгкость, буквально переполняла литературный мир нашего детства. Кто там только не летал: учёные, которые конструировали необычные аппараты, уносившие их на Луну, как в романе Жюля Верна; на Марс, как в "Аэлите" Алексея Толстого; в бескрайние космические пространства, как во множестве произведений столь любимой в нашем детстве научной фантастики. Т. Эйдельман: Летали волшебники или просто герои сказок. Летала ступа бабы-яги, летали джин, Синдбад-мореход, летал Иван-царевич. То, что полёт – это волшебство, было понятно с детских лет, хотя бы исходя из того, какое огромное количество героев сказок с помощью волшебников или волшебных предметов взлетало в воздух. Вот Синдбад-мореход. Попадает сначала на остров, который при ближайшем рассмотрении оказывается спиной огромной рыбы. Затем он плывёт по морю и добирается до другого, уже настоящего острова, откуда нет никакой возможности выбраться. Но на этот остров, как выясняется, прилетает волшебная птица Рух. "Ориентировка на местности": П. Алешковский: В литературном мире нашего детства были даже персонажи, которые могли летать по той простой причине, что они превращались в летающие существа. Вот, Финист – ясный сокол (сказка "Перышко Финиста ясна сокола"), навещавший по ночам свою возлюбленную. Ночью – добрый молодец, утром – снова сокол. Он взлетал соколом в небо. Т. Эйдельман: "Когда все спать полегли, бросила Марьюшка пёрышко на пол и проговорила: "Любезный Финист – ясный сокол, явись ко мне, жданный мой жених". И явился ей молодец красоты неописанной. К утру молодец ударился об пол и сделался соколом. Отворила ему Марьюшка окно, и улетел сокол к синему небу. Три дня Марьюшка привечала к себе молодца. Днём он летает соколом по синему поднебесью, а к ночи прилетает к Марьюшке и делается добрым молодцом". П. Алешковский: Конечно, такому существу угрожают опасности. Сёстры завидовали Марьюшке и решили погубить её возлюбленного и устроили настоящую ловушку, причём не для человека, а именно для птицы. "Натыкали они в раму острых ножей, а сами притаились, смотрят. Вот летит ясный сокол, долетел до окна и не может попасть в комнату Марьюшки. Бился, бился, всю грудь изрезал. А Марьюшка спит и не слышит. И сказал тогда сокол: "Кому я нужен, тот меня найдёт, но это будет нелегко. Тогда меня найдёшь, когда трое башмаков железных износишь, трое посохов железных изломаешь, трое колпаков железных порвёшь". Т. Эйдельман: Конечно, Марьюшка, в конце концов, износит трое железных башмаков, изломает три железных посоха, порвёт три железных колпака и найдёт своего возлюбленного. Кстати, в конце сказки совершенно не ясно, кого же она находит: добра молодца или сокола? Очевидно, он так и сохранит своё волшебное умение и будет летать в небе, когда ему заблагорассудится. П. Алешковский: А что говорить про князя Гвидона, который может превратиться в комара и отправиться с острова Буяна к отцу царю Салтану, чтобы посмотреть, как там обстоят дела, но и заодно навредить своим зловредным тёткам. Помогает в этом превращении ему, кстати, ещё одно летающее существо – лебедь белая, которая, в конце концов, оказывается красавицей-девицей. "Урок географии": П. Алешковский: Ну, а если ты не можешь превратиться в комара или в птицу, то все равно можешь взлететь, борясь со злым волшебником. В "Руслане и Людмиле" главный герой летать не умеет, и волшебники, что встречаются на пути, не превращают его в комара. Летает как раз злобный Черномор, который Людмилу-то похитил, прилетев в её спальню среди ночи, и на бой с Русланом отправляющийся по воздуху. Но наш герой не промах. Недаром говорит он встретившейся ему Голове: "Я еду не свищу, как наеду, не спущу". И Черномору он не спускает, предварительно замучив его как раз во время полёта. Создаётся впечатление, что в литературном мире нашего детства было очень сильно загруженное воздушное пространство: волшебные птицы; сами волшебники; колдуньи на мётлах; Синдбад, привязавший себя к птице Рух; джины, которые могут перенести господина лампы или господина кольца в любую точку мира; князь Гвидон, обернувшийся комаром. Мало того, здесь могут летать самые неожиданные предметы и существа, которые в реальном мире к полёту отношения никакого не имеют. Т. Эйдельман: Ну, с ковром-самолётом всё понятно. Он просто создан для того, чтобы можно было на него сесть и понестись в далёкие восточные страны. Ступа у бабы-яги – замечательный летательный аппарат. Ступка, вообще-то, – это посуда, в которой можно пестиком растолочь, скажем, зерно. Каким образом баба-яга в ней помещается и почему ступа летает, непонятно. Но с детства ясно, что ступа может летать, или уж, по крайней мере, она идёт-бредёт сама собой. В музее Научно-исследовательского института чародейства и волшебства (НИИЧАВО), куда попадает герой романа братьев Стругацких "Понедельник начинается в субботу", эти летательные аппараты выставлены для всеобщего обозрения и тщательно описаны. "Литературная карта": П. Алешковский: В ершовском "Коньке-Горбунке" летает сам Конёк-Горбунок. В принципе, строчки, описывающие его полёт, можно истолковать по-разному. Полетел – в смысле быстро поскакал. Но Конёк уж больно волшебный, так и хочется поверить, что он не просто быстро поскакал, а нёс Иванушку по воздуху. Кстати, на иллюстрациях к этой сказке так его обычно и изображают – летающим. Т. Эйдельман: Неслучайно Конёк-Горбунок приведёт Ивана и к Жар-птице, и на небо, где тот сможет поговорить с Месяцем Месяцовичем. Он явно, хоть и конёк, но из летающей братии. Он сродни всем волшебным птицам, да и множеству волшебных коней, которые скачут по небу, везя волшебные колесницы, которыми правят то бог Гелиос, то Илья-пророк, то ещё какой-нибудь волшебное существо. П. Алешковский: Удивительным образом среди всего этого фольклорного разноцветья по небу литературного мира нашего детства ещё мрачно и угрюмо пролетел печальный "Демон, дух изгнанья", у которого, конечно, судя по картинам Михаила Александровича Врубеля, были крылья. Но, читая М.Ю. Лермонтова, можно было, скорее, представить себе, что он скользит над Кавказом по воздуху, не прилагая никаких усилий, не размахивая крыльями, а просто летит, потому что он может летать. Можно ещё очень и очень долго вспоминать всех тех, кто бороздил воздушные пространства в литературном мире нашего детства. Летать там было легко. Земное притяжение ощущалось далеко не всегда, и можно было представить себе, как через леса, через моря колдун несёт богатыря или как парит в воздухе золотая Жар-птица или несётся над океаном Синдбад-мореход от одного волшебного места к другому. И нелегко сегодня решить, за чем было интереснее следить: за путешествиями грандиозных космических кораблей, улетавших в другие галактики, или за полётами птиц, коней, волшебников, князя Гвидона? И то, и другое было одинаково сказочно и прекрасно. Передачу подготовили и вели историк Тамара Эйдельман и писатель Пётр Алешковский. Над передачей работали режиссёр Лада Широкая и музыкальный редактор Юлия Тихомирова.  

Выпуски
2014
2013
2014
2014
2013
2013
Ещеинтересное