Вести недели

14 июня в районе луганского аэропорта был сбит транспортный Ил-76. Погибли днепропетровских 40 десантников и девять членов экипажа. Ополченцы сбили Ил-76 - дали залп из ПЗРК - в момент, когда он заходил на посадку. До полосы тяжелый транспортник не дотянул 15 километров. Этим бортом следовало пополнение для группировки нацгвардии, заблокированной в луганском аэропорту. Была на борту и военная техника. Боевая машина десанта уничтожена полностью, от нее остались куски гусениц и башня. Лишь только огонь потух, силовики забрали тела погибших - ополченцы им не мешали. На место падения самолета они прибыли много часов спустя. Среди обломков нашли кассетные боеприпасы, которыми сейчас забрасывают луганские станицы, документы и записные книжки солдат. Уже известно, кто был на борту: 40 десантников из Днепропетровска, 9 членов экипажа - военнослужащие Мелитопольской авиационной бригады. Луганский аэропорт, куда направлялся Ил-76, находится в блокаде. Там сейчас крупная группировка украинской армии и нацгвардии. Ополченцы выдвинули ультиматум: все заходящие на посадку самолеты будут сбивать. Очевидно, украинские военные всерьез эту угрозу не восприняли. В Киеве произошедшее назвали "терактом". Но если это - теракт, тогда что было 2 июня, когда штурмовик нанес удар по центру Луганска? О восьми погибших и 30 раненых уже и не вспоминают. "Как можно на мирных людей сбросить бомбы?!" - говорит один из жителей Луганска. Из его тела извлекли 45 осколков. Он - инвалид до конца жизни. Александр Захарченко пришел в администрацию 2 июня ради сына. Хотел просить, чтобы ребенка эвакуировали в Крым. Не дошел до крыльца Дома правительства несколько метров. Штурмовик украинских ВВС как раз делал второй заход над парком. "Я видел, как он заходил, стрелял", - вспоминает мужчина. У другого мужчины вся спина - в мелких ранах, он тоже попал под осколочный дождь. Врачи думали, не выживет - слишком много крови потерял. "Если я остался жив, значит, что-то не успел сделать в этой жизни, значит, надо идти дальше. Мы начали строить новую республику, так пусть она будет чистая", - считает Андрей Пожидаев. Бомба упала в парке, там, где мамы с колясками неспешно прогуливаются у фонтана, где детская площадка. Смертоносные осколки кассетного боеприпаса, разлетевшиеся по округе. Их не выкинули в мусорный бак. Аккуратно собрали и сложили на украинский флаг. Символ государства, в котором они когда-то жили, - теперь символ врага, который пришел их убивать. Украина, говорят в Луганске, для них - чужое враждебное государство. С ворот облсовета болгаркой срезают гербы. Собираются упаковать в бандероль и отправить в Киев. Луганск опустел. Улицы без людей и машин выглядят как-то особенно гнетуще. В день по несколько раз ревет сирена воздушной тревоги. Ополченцев в городе осталось немного. Почти все - на передовой. Линия фронта проходит на севере. Луганск готовится к штурму. На город с севера движутся колонны бронетехники. Поселок Счастье за сутки несколько раз переходил из рук ополченцев к украинским военным и обратно. Нацгвардия со своих позиций ведет артподготовку. Бьет, правда, чаще всего не по противнику, а по жилым домам. Ребенка в комнате не было. Когда первые снаряды рухнули, на дороге и возле газовой заправки, семья спряталась в погребе. "Содрогнулся дом, стены задрожали. Нас забрасывают снарядами. Мы не расисты. За что нам это, мы не понимаем. Как объяснить это детям?" спрашивает Светлана Зембицкая, жительница поселка Счастье. В деревне Макарово еще недавно выстрелы не звучали ни разу. За все время карательной операции из поселка уехало только две семьи. После ночного обстрела все изменилось. Началась паника, люди бросают дома и бегут на восток. Часть границы контролирует народная армия. Через коридоры везут гуманитарные грузы. Но Луганск по нынешним меркам живет неплохо, так что сам может оказывать помощь. Отсюда ее направляют в Донецкую область. Сотни коробок с лекарствами, водой, продуктами - осажденному Славянску. 15 июня указом Петра Порошенко объявлен днем траура по погибшим в авиакатастрофе военным. Только за последние три дня в Луганской области погибло больше пятидесяти человек. Это не только ополченцы, но и мирные жители. Пора и обобщить результаты февральского госпереворота на Украине. Счет погибшим - на сотни, если не тысячи. Жизнь обесценена, и точно считать никто не берется. Собственные города разгромлены. Золотовалютные резервы таят и подпитываются лишь деньгами, взятыми за границей в долг под невыносимые для Украины проценты. Экономика еле дышит, а впереди - неизбежный коллапс. Международные рейтинги у страны - "мусорные". Цены на все - от ЖКХ до бензина, от лекарств до транспорта - скакнули как никогда. Гривна упала в полтора раза. Оплата валютных кредитов стала неподъемной. Зарплаты и пенсии задерживают или вообще не платят. Абсурд в том, что люди скидываются на армию, чтобы та стреляла в свой же народ. При этом в Киеве говорят, что во всем виноваты "москали", а вдоль границы с Россией планируют строить ров и железную стену с электричеством длиной две тысячи километров. Психоз. Нормальной работы становится все меньше. Единственное место, где стабильно платят, - нацгвардия или территориальные войска. Сейчас там служат уже порядка 20 тысяч человек. Судя по динамике призыва, к концу года в них может быть до полумиллиона бойцов. Но это уже серьезная армия и большая война в Европе. Техника для нее стремительно расконсервируется на военных заводах разных городов Украины, которые уже получили под это госзаказы. Танки и бронетехника расконсервируются в Харькове и Львове, авиатехника снимается с консервации в Чугуеве и Одессе. Американцы рады. Они, похоже, толкают Украину на Россию, как в свое время Грузию.