Москва сознательно уподобляла себя Иерусалиму, но при этом неосознанно воспроизводила столицу Римской империи. В XIX веке москвовед Снегирев посчитал холмы, на которых расположилась столица. Некоторые возвышенности он пропустил, другие прибавил. Снегирев заключил, что Москва, подобно Риму, стоит на семи холмах. Однако сходство с Римом стоит искать не в количестве холмов, а в топографических и символических значениях. Контуры Москвы-реки и Тибра практически совпадают. Если считать Боровицкий холм средоточием императорской власти, то Ваганьковский холм, на котором расположен дом Пашкова, соответствует Капитолию – центру патрициев и городской власти. На плече холма Капитолия находилась цитадель – так и Ваганьковский холм преграждал врагам путь к Кремлю. Таганку можно сравнить с Авентином – холмом Рема, который проиграл соревнование за место будущего города.