Мифы об Александре II. Какие клише мешают реальному взгляду на исторические события? Почему попытки императора модернизировать общество провалились? САРАЛИДЗЕ: Здравствуйте, уважаемые слушатели. В студии "Вести ФМ" Дмитрий Куликов, Марат Сафаров и Гия Саралидзе. Это наш проект "Цивилизация". Приветствую, друзья. КУЛИКОВ: Здравствуйте. САФАРОВ: Приветствую. САРАЛИДЗЕ: Сегодня мы будем говорить об Александре Втором. Ну, я предлагаю все-таки начать вот с каких-то штампов, мифов, которые существуют. Мы, когда делали программы, серию программ о Николае, как его принято называть, Палкине, которому ярлык главного такого душителя свобод был прилеплен, мы много об этом говорили. Кстати, наши программы, которые были посвящены Николаю Первому, были очень обсуждаемые в интернете, много людей дискутировало по этому поводу, и это очень приятно. Неважно, там кто-то соглашается с нами, кто-то спорит, но приятно, что наши программы вызывают такую реакцию, люди думают, говорят, это всегда хорошо, узнают что-то новое. Так вот я хотел бы начать этот разговор вот с чего. Значит, Александр Второй – царь-освободитель, царь-мученик. Реформы, которые он проводил, которые назревали давно (это я сейчас вот расхожие фразы), назревали давно, они были резкими, переломными там, и так далее. Я вот как раз хочу об этом сначала поговорить, вот об этом переходе от эпохи Николая Первого к Александру Второму. Все-таки насколько вот это – царь-освободитель, главный либерал из всех императоров, и так далее – насколько это соответствует действительности? Давай, Дима, с тебя начнем сегодня. КУЛИКОВ: В какой-то степени соответствует, в какой-то не соответствует. Вот. Но вообще, мы, конечно… Может быть, ты сейчас, Гия, кстати, сформулировал один из, может быть, главных смыслов нашей работы во время программ, и вообще, и в частности над программой "Цивилизация". Потому что если мы будем продолжать двигаться в осмыслении нашей истории в рамках устоявшихся клише (неважно каких – либеральных или там консервативных), то этот путь будет для нас печальным. Клише ведь ничего не ухватывает. Реальность историческая гораздо глубже, тоньше, разнообразнее, сложнее, что самое главное. А сложность объекта, с которым мы имеем дело, требует и сложности инструментария, и сложности самого анализа. Вот от этого, кстати, прямо зависит наше будущее. Потому что, знаешь, вот я хотел бы здесь подчеркнуть, ну все любят, сейчас модно – "образ будущего, образ будущего". А меня вот интересует вопрос. Ведь образ будущего полностью, тотально зависит от того, кто именно его строит. А вот то значит "кто именно"? Ну вот смотри, очень просто. Если вот, например, Вася считает, что победа советского народа в Великой Отечественной войне и есть наша культурно-историческая святыня, и что сражались мы со всей Европой, которая пришла нас уничтожить, и никогда еще Запад не был настолько консолидирован и подготовлен для решения русской проблемы, а мы не дали им решить русскую проблему. И вот человек, который так считает, у него будет один образ будущего. А Федя какой-нибудь, который считает, что Власов так любил родину и хотел ее освободить с помощью Гитлера, а Ленинград защищать не надо было, ну и много чего, он построит другой образ будущего. Вот это и есть значение историзма и истории, которое мы все время подчеркиваем, оно в этом заключается. Поэтому в тот момент, когда ты начинаешь пользоваться вместо исторического знания разными клише, ты сразу оказываешься в весьма определенной колее, которая непонятно… точнее так: наоборот заранее понятно, куда тебя приведет. Вот. Давай теперь вернемся к Александру Второму. Слушайте в аудиофайле!