В 1931 году, вероятно, на Рождество, он начал стихотворение, которое закончил только два года спустя, – "Зимний просек тих и полон снега..." Оно относится ко времени счастливого перелома в его жизни. Только что вышла первая его книга, его стали считать первым поэтом эмигрантской молодежи. Георгий Иванов, мэтр, в рецензии писал, что в этих стихах "почти ежесекундно случалось – необъяснимо и очевидно – действительное чудо поэтической "вспышки"". Поплавский долго стеснялся своей нищеты, но потом увидел в ней родство со Христом: "Я хочу знать и знаю Иисуса бедного и распятого", – пишет он в дневнике. "Разве Христос, если бы Он родился в наши дни, разве не ходил бы Он без перчаток, в стоптанных ботинках и с полумертвою шляпой на голове? Не ясно ли вам, что Христа, несомненно, во многие места не пускали бы..."