Вести недели

Автор: Елена Ерофеева Как на самом деле и в каких условиях работает медицинский коллектив под руководством академика Андрея Каприна? Обход начинается в 8. Рабочий день Андрея Каприна – академика РАН, генерального директора НМИЦ радиологии, директора МНИОИ имени П. А. Герцена, главного онколога Минздрава России — на час раньше, в 7. В анамнезе — сухие цифры. Перед глазами — живые люди. Он для каждого находит простые слова. После обхода — видеоконференция. В 10:30 Андрея Каприна ждут в операционной. Пациент под наркозом — можно начинать. "Это первая любовь. И шел-то я в эту профессию, чтобы оперировать людей. Что такое неоперирующий хирург?" – говорит Карин. Почку, пораженную огромной опухолью, будут удалять. Откладывать операцию уже никак нельзя. Случай и так запущенный. Они выигрывают в борьбе со смертью иногда годы. Валентине Васильевне было 56, когда врачи смоленского онкодиспансера выдали направление в хоспис. Утраченную надежду вернули в Обнинске. Дочь привезла ее в радиологический центр, когда женщина уже совсем не ходила. "Они мне дали вторую жизнь. Я всю жизнь буду за вас Богу молиться, сколько буду жить. Вы мне продлили жизнь. Жить-то хочется", — признается Валентина. Это сложная операция, когда у пациента удаляют все органы малого таза. А после делают реконструкцию утраченного, возвращая к нормальной жизни. Здесь каждый случай — тяжелый. И дожить до утра, значит, выжить. Но у рака сегодня новый союзник – COVID-19. "Знаете, как в онкологии: кажется, что тебя это никогда не коснется, поэтому не надо идти обследоваться. Так же и здесь. Кажется, что эта инфекция коснется любой страны, любого города, кроме нашего. И когда мы поняли, что начали поступать такие больные, для меня большой школы была собранность коллектива в этих сложных условиях", — отметил Андрей Каприн. Национальный центр радиологии — это три филиала, стационары на тысячу пациентов и больше четырех тысяч сотрудников. Академик Каприн отвечает за каждого. "Нас испугало то, что будет совсем приостановлена онкологическая помощь. Мы понимали, что еще неизвестно, сколько умрет от COVID-инфекции, но мы четко знали, что 26 человек в день в мире умирают от онкологических заболеваний. Рак на карантин не уходит", — отметил Каприн. НИИ урологии имени Лопаткина — перепрофилируют под COVID. Радиологический центр имени Цыба в Обнинске и институт Герцена в Москве оставляют "чистыми". Всех пациентов, которые приезжают на лечение Обнинск, тестируют на коронавирус. Бригады врачей сменяют друга друга каждые две недели, чтобы снизить риск заражения. Метод протонной терапии есть не в каждой стране мира. Лечение редкое. Направленный пучок протонов атакует без промаха и действует только на опухоль, не затрагивая здоровые клетки. "В нашей практике довольно часто встречаются случаи неоперабельных образований головного мозга, когда говорить о радикальном хирургическом удалении опухоли не приходится. В этом случае на помощь приходит лучевая терапия, в частности, метод протонной терапии как наиболее щадящий", — рассказал Алексей Семенов, радиотерапевт отделения протонной и фотонной терапии МРНЦ имени А. Ф. ЦЫБА НМИЦ радиологии. Протонный ускоритель работает и в период пандемии, когда курс прервать нельзя. Сеансы брахитерапии тоже продолжаются. Впервые в России этот метод лечения рака применил академик Каприн еще в 2008-м. В Институте Герцена как до пандемии, так и сейчас продолжают лечить онкобольных. Здесь принимают пациентов из регионов: хирургия, лучевая и химиотерапия. Иногда у онкологического пациента плановая операция — это и есть экстренное лечение, когда удаление опухоли отложить нельзя. С руководителями региональных онкоцентров Андрей Каприн дважды в неделю проводит видеоконференцию. Главный онколог Минздрава России рассказывает, как работать в условиях пандемии. Он и сам несколько раз в неделю сдает тест на коронавирус. За день перед операцией — обязательно. То же самое делают его сотрудники. "Болеют, конечно, врачи, но не в таком количестве, как пишут наши иностранные коллеги. Там есть центры, где до 70% выкосило врачей. У нас сейчас болеют в центре 12 человек", — сказал Каприн. Он каждый день заходит в "красную зону". В Институте урологии имени Лопаткина — это филиал национального Центра радиологии — с 24 апреля лечат больных COVID-19. "Надо же знать, что у тебя происходит. Как можно руководить учреждением и не знать, что у тебя происходит? Это так же, как не оперировать в хирургическом стационаре", — считает Каприн. Он знает, как тяжело порой дышать в респираторе, как потеют очки, не единожды обработанные специальным спреем. Ежедневный обход. Каприн навещает каждого пациента. А их в стационаре больше 150. Он каждого знает в лицо и помнит их показатели из медицинской карты. Пациенты узнают его по глазам и ободрительному тону — все будет хорошо. Роковой вирус для раковых больных — эти пациенты в зоне особого риска. Из-за ослабленного иммунитета они особенно восприимчивы к коронавирусу. Врачи до последнего борются за жизнь каждого онкобольного. Доктора онкоцентра заведомо умеют работать с такими пациентами. В мирной жизни они часто сталкиваются с поражением и метастазами в легких. Реаниматологи выводят из критического состояния даже очень сложных больных. "В Европе нет такой практики и не было. Из-за этого они здорово погорели на онкологической службе. Дело в чем? У них вся онкологическая служба — и нас когда-то уговаривали — была выведена из специализированных учреждений, а передана в многопрофильные стационары. И при закрытии многопрофильных стационаров, естественно, онкологическая служба выпала. За этими больными некому наблюдать. А у нас осталась", — подчеркнул Андрей Каприн. Заведующая кардиоотделением Института Герцена Вера Потиевская теперь лечит пациентов в ковидном госпитале. Она предложила использовать ксенон. Этот газ уже давно применяют в кардиологии. Врач предположила, что и в лечении коронавируса он может дать эффект. "Уменьшает проявление гипоксии, то есть недостатка кислорода. Наряду с такими его эффектами, как снятие тревоги. стресса, он будет с успехом использован для лечения наших пациентов. Особенно у тех, у кого тяжелая степень пневмонии по данным КТ", — отметила Потиевская. Реаниматолог Наталья Проскурякова теперь сама — пациент. Каждый раз, заступая на смену, врач не боялась заразиться. Но вирус все-таки пролез. Даже сейчас в больничной палате она думает не о себе, а о тяжелых больных, которых надо спасать. "Какая-то странная инфекция, которая лечится очень трудно. У одних больных она стабилизируется, и они выбираются из того состояния. Другие больные никак не стабилизируются. Это очень выбивает из колеи", — признается Проскурякова. Из колеи их выбивают и анонимки в Интернете. Здесь доктора жизнь спасают, а их за это поливают грязью. Публикация от "Альянса Васильевой", где ни слова правды — лишь мерзкая ложь, обязательно вернется бумерангом. "Это огромная школа человеческого отношения, глубины человеческих отношений, поэтому мы действительно непобедимы. И вот эти испытания, которые нам сейчас даны, в том числе такие вот выступления, они не бьют по коллективу, как думают эти люди, они сплачивают коллектив. Я говорю: ребята, значит, правильно на что-то наступили. И ребята идут дальше, сил им. Господь этим людям — судья", — считает Каприн. Академик Каприн уже два месяца не был дома. Сейчас нельзя оставить коллектив, ведь это — вторая семья. И каждый день расписан наперед. В 7 — на работе, в — 8 обход, еще операции, совещания. И "красная" полоса, за которой опасно. Но мимо пройти нельзя.