После революции у Густава Шпета было несколько возможностей покинуть Россию и вывезти семью. Первый раз – когда его старинный друг поэт Балтрушайтис стал послом независимой Литвы в России и буквально умолял принять литовские паспорта. Второй – в 1922 году, когда готовились списки на высылку ученых из страны, и Шпет фигурировал в них наряду с Бердяевым, Франком, Степуном. Он был кумиром немецких философов, его ждали в любом европейском университете, но он так и не сел на легендарный "философский пароход". А в 1935 году Шпет был арестован и сослан на пять лет в Енисейск.