Вести недели

Автор: Дмитрий Киселёв В свете последних мировых событий интересна судьба Европы. При нынешнем ее позиционировании у Европы, фактически не осталось хороших ходов. Евросоюз воюет на два фронта. На Востоке — с Россией, а теперь еще и на Западе — с Америкой. Не по своей воле. Меркель, конечно, не устает повторять в разных вариациях, что Европа должна стоять на своих ногах. Но пока как-то не очень это просматривается впереди. Были бы хорошие отношения с Россией — в общем-то, с естественным союзником по всем статьям — тогда и в Вашингтоне европейских лидеров принимали бы иначе. Пока же единственный жест внимания, которого удостоился от Трампа Макрон, — это то, что американец стряхнул с француза перхоть, да еще шумно всем рассказал об этом. Фамильярный груминг от Трампа Макрон тогда предпочёл обернуть в шутку, поскольку надеялся еще на нечто большее. Вернувшись из Америки ни с чем, а он ведь нижайше просил там Трампа не выходить из ядерной сделки с Ираном, Макрон уже заговорил по-другому. Вот, например, как он комментирует американский ультиматум Европе с требованием подключиться к антииранским санкциям в ущерб собственной экономике: "Примем ли мы чужую власть или даже тиранию над собой? Кто имеет право решать за нас в торговле? Те ли, кто угрожал нам, потому что правила их больше не устраивают? Мы сделали выбор в пользу того, чтобы созидать мир на Ближнем Востоке, а другие державы не держат свое слово. Должны ли мы уступать политике худшего?" Макрона можно понять. Ведущие компании Франции — Airbus, Total, Renault, Peugeot — после отмены санкций успели немало инвестировать в Иран. И что теперь? Из-за чьего-то самодурства все собаке под хвост? С какой стати? А у Германии это такие промышленные гиганты, как, например, Volkswagen и Siemens. Да и огромные объемы нефти Евросоюз покупает сейчас в Иране. Не покупать теперь по воле Америки? И так цена на нефть с февраля подскочила с 60 долларов до 78, а что впереди, если так пойдет? Добавим сюда подскочившую процентов на 20 цену на алюминий по воле Трампа и угрозы фактически заблокировать пошлинами ввоз автомобилей из Европы: где остановиться-то? Осознавая горечь положения, канцлер Германии Меркель уже признает: "Европейская совместная внешняя политика — в младенческом состоянии. И для самого нашего существования важно добиться прогресса в этом отношении, поскольку характер конфликтов чрезвычайно изменился со времён холодной войны". В этих словах — многое. И признание, что до сих пор Евросоюз действовал в логике холодной войны, а ведь сейчас характер конфликтов другой, и признание того, что внешней политики ЕС, по сути, нет. Единственное, на что Евросоюз отважился радикально сообща, — так это санкции в адрес России. Но вот и сама Меркель называет такое поведение младенческим, то есть капризным и неосмысленным. А как иначе можно трактовать ее слова? Какое поведение, какую внешнюю политику Евросоюза сегодня можно было бы назвать взрослым и зрелым? На мой взгляд, ответ дает глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер. "Мы должны учиться разговаривать с российской стороной на равных условиях. Мы, европейцы, иногда думаем, что мы боссы всего мира. Мы забываем, что мы — часть вселенной. Мы теряем экономическую силу. Есть и демографические потери. Мы должны прислушиваться к другой части Земли", — считает он. Это было сказано еще в конце апреля. Но вот уже 11 мая в Брюсселе тот же Юнкер заявил: "Мы должны заменить Соединенные Штаты, которые как международный субъект утратили силу, а потому и свое влияние в долгосрочной перспективе". Хорошо, но как это получится у теряющего удельный вес в мире Евросоюза — заменить собой Соединенные Штаты — без широкого, доверительного, искреннего взаимодействия с Россией?