«Слово убийца, как яд, поразило меня и привязалось к моему честному имени», - жаловался Сухово-Кобылин Николаю I. В 1841 г. Александр Сухово-Кобылин  24 лет от роду решил развеяться в Париже. Там он познакомился с француженкой Луизой Симон-Деманш, которая на несколько лет стала его спутницей и проклятием. Госпожа Деманш приехала  в Россию к Сухово-Кобылину, и тот  устроил её модисткой, помог открыть винно-торговый магазин (который француженка благополучно разорила) и поселил неподалёку от Страстного бульвара, возле дома генерал-губернатора, наняв горничных, кучера и повара. Вскоре Луиза  сделалась его гражданской женой. Через несколько лет «постыдной связи» Александр Васильевич  стал подумывать о том, чтобы отправить французскую любовницу-модистку восвояси. Но неожиданно она пропала. Сухово-Кобылин пошёл в полицию и написал заявление с просьбой отыскать беглянку. А на следующий день  «за Пресненской заставой, на Ходынском поле найдено у дороги мёртвое тело женщины неизвестного звания». «Мёртвым телом» была Луиза. Полиция начала расследование. В квартире купчихи-модистки Деманш улик не нашли. Зато на Страстном бульваре, во флигеле рядом с домом Сухово-Кобылина, обнаружилось множество кровавых пятен. Слуги уверяли: на дворе курам рубили головы, одна обезглавленная «шельма» вырвалась из рук, залетела во флигель и ударилась о стену - вот вам и пятна крови. Но следствие и часть великосветского сообщества не верили в невиновность Сухово-Кобылина и Нарышкиной… Загони русского человека в тюрьму, он тебе и пьесу сочинит. Так  случилось с Александром Васильевичем Сухово-Кобылиным,  который до момента ареста и не помышлял о литературном творчестве,  но,  испытав  ужасы чиновничьего произвола,  написал потом знаменитую трилогию  о российском чиновничестве, неистребимом, как Гидра - срубаешь ей голову, а на её месте появляется новая...