Разговор с гостем эфира, главным режиссером театра "Школа современной пьесы" Иосифом Леонидовичем Райхельгаузом пойдет, конечно, о театре. И для встречи есть хороший повод: некоторое время назад в театре Иосифа Райхельгауза состоялся премьерный показ пьесы молодого драматурга Александра Демахина "Бабий дом". - На премьеру почти невозможно было попасть: поразительно, сколько людей спрашивали лишний билетик у входа в театр. И это стремление попасть в театр, что называется, примиряет с действительностью. А ведь долгое время говорили, что театр никому не нужен, что он скучен, перестал быть тем, чем был в годы тоталитаризма, - трибуной, где эзоповым языком изъяснялись все, от режиссера до актеров. Теперь такой необходимости нет. Но кроме большого количества желающих увидеть пьесу есть еще один замечательный факт: ее автор - человек совсем юный. А пьеса получила право быть поставленной в результате того, что стала лауреатом конкурса драматургов "Действующие лица". И очень много споров по поводу этого спектакля. Почему вы решили доверить пьесу юного драматурга совершенно молодым ребятам - постановщикам и актерам? РАЙХЕЛЬГАУЗ: С этой пьесой произошла любопытная история. Саша Демахин - ему сейчас 19 лет, а два года назад, когда он написал пьесу, ему было семнадцать, - отдал пьесу на конкурс "Действующие лица" и - невероятно! - по решению всех членов жюри ( а состав жюри был очень серьезным, там был и Гришковец, и Александр Соколянский, а возглавлял жюри Юрский) пьеса была признана первой, оттеснив даже Иона Друцэ, нашего классика и выдающегося драматурга, - он стал серебряным призером. И мы - театр Школа современной пьесы - сразу купили у автора право постановки, купили пьесу. И я стал думать, но как-то мне стало страшновато ее ставить. Я попросил Петра Фоменко; он сказал, что пьеса ему очень нравится, как, может, одна из немногих за последнее время, но ставить не стал. Тогда я отдал пьесу Женовачу... Это же мои коллеги, серьезнейшие режиссеры, люди, которые умеют читать пьесу и любить, уважать автора, а не превращать пьесу в абсолютный продукт для переваривания. Но везде я получил один ответ: нет. Тогда я подумал, что правильнее отдать пьесу сверстнику автора. А его сверстники - это мои студенты, третий курс, режиссерский факультет ГИТИСа. Я даже предложил им на экзамене сделать какие-то отрывки из современных пьес; это было пару лет назад. И один из них, Валерий Караваев, очень интересный парень из Хабаровска, сделал последнюю сцену из пьесы, когда дед приходит к бабке и уносит ее на руках в свой дом. Замечательная, лирическая, наивная сцена, и написана замечательно! Бабка спрашивает деда: а что мы с тобой делать будем? - Суп варить, отвечает он. - А что люди скажут? - А люди скажут - счастливые они! И вот, казалось бы, такие простые человеческие реплики, написанные рукой семнадцатилетнего мальчика, меня бесконечно тронули... Валера Караваев сделал эту сцену, я посмотрел и говорю: давайте, ставьте в театре. Как, студент, только перешедший на третий курс? Не может быть! Может быть. Мало того, я сказал: занимай в спектакле молодых артистов. И он занял молодых артистов. Только на роль бабки взял "старую" артистку тридцати лет - Анжелику Волчкову, которая в других спектаклях у нас играет Нину Заречную, - это наша молодая героиня. А уж остальные роли он отдал совсем юным. - Пьеса "Бабий дом" - история очень типичной для России семьи, которая состоит из одних женщин. Пять женщин живут в стареньком доме.... РАЙХЕЛЬГАУЗ: Дом находится в Сергиевом Посаде, и сам Демахин - оттуда; он там жил с мамой... - И оттуда - все реалии очень простой российской жизни, а основной декорацией служит довольно потрепанная подмосковная электричка. И очень многим людям это все хорошо знакомо. Жизнь в доме, где одни женщины, куда эта самая бабка не допускает мужчин, потому что считает, что все зло - от них, покалечила жизнь младших поколений женщин - дочерей и внучек. Но в прекрасном, светлом финале сама бабка, между прочим, свою жизнь устроила... РАЙХЕЛЬГАУЗ: Мне кажется, в этом-то и есть колоссальная сила этой пьесы: в ней есть выход. В отличие от огромного количества пьес, которые я регулярно читаю - очень талантливых, которые идут под грифом "новая драма" или "док." - документальная (например, сейчас мы узнаем, о чем говорят заключенные в женской колонии или молдаване в картонной коробке) - все это важно, нужно и иногда бывает очень талантливо, но, мне кажется, более важна и нужна хоть какая-то перспектива, хоть какая-то надежда. Хоть какое-то счастье, что эта жизнь есть, и люди живут - сейчас, здесь, сегодня... (Полная версия программы "От первого лица" с Иосифом Райхельгаузом - в аудиозаписи).