Несколько дней назад президент Дмитрий Медведев в программе встреч с активными членами общества пообщался с людьми, которых у нас называют и инвалидами, и людьми с ограниченными возможностями... Возможно, и то, и другое название не вполне политкорректно (или тактично), но все мы понимаем, о ком речь: это люди, которые в силу каких-то причин либо трагических происшествий не могут позволить себе физическую активность, привычную для других людей. И мы рады приветствовать в студии "Радио России" Наталью Пинскую, президента Международного фонда социальных программ, и поговорим с ней о тех самых людях, положение которых интересовало и президента... (Запись этой беседы слушайте в аудиофайле) - В последнее время общество, хотя и не настолько, насколько хотелось бы, все же поворачивается лицом к людям, которых у нас называют людьми с ограниченными возможностями. Почему вы занялись именно этой деятельностью? ПИНСКАЯ: Долгая история; она начинается где-то в 94-95-м году. Вообще-то я была профессиональной балериной, танцевала. Но сломала позвоночник и, к сожалению, вынуждена была проститься с балетом. Совершенно понятно, что это была трагедия, длительная депрессия; но спасательным кругом стало то обстоятельство, что я, как и многие "балетные", училась на театроведческом факультете тогда еще Ленинградского государственного института театра, музыки и кинематографии и как раз получила диплом театроведа. И в какой-то момент я познакомилась со своим нынешним мужем, который (это уже чисто личное) помог мне выбраться из моей депрессии. Я много ездила по миру, многое видела. Тогда эти вопросы в России были еще вне политики, вне каких-то социальных программ, но я вдруг поняла, что есть люди, которые у нас изначально просто становятся изгоями. Они ходят в отдельные детские сады, потом - в отдельные школы, и так далее. Хотя они же не ментальные инвалиды! (кстати, я тоже не очень люблю это слово; на Западе их называют людьми с ограниченными возможностями, - по-русски тоже не очень, но тем не менее). И я подумала: наверное, стоит что-то изменить. Изменить так, чтобы эти дети изначально ходили в общие детские сады, потом - в общие школы, затем получали высшее образование на общих основаниях... Они же могут вполне состояться в этой жизни, если им дать такую возможность! Тем более что - тогда я об этом не думала, но сейчас уже говорю об этом, - в конечном счете это выльется в перераспределение той самой социалки, в которой так нуждаются очень и очень многие. А, с другой стороны, у таких людей появится чувство собственного достоинства: если человеку позволить самому зарабатывать, все сразу станет на свои места. И вот в 2001-м году я озадачилась такой идеей: переоборудовать обычную общеобразовательную школу, в которую бы дети с дефектами опорно-двигательного аппарата пошли учиться наравне с остальными детьми. - Это теперь называется "инклюзивное образование"... ПИНСКАЯ: Абсолютно верно... Мы открыли такую школу в городе Иркутске, - там было много друзей, которые помогли это сделать. Правда, многие мне говорили: ты ненормальная! При той озлобленности, которая сегодня существует, этих детей просто затравят... Самое смешное, что этой школе сейчас уже одиннадцать лет, и она стала "школой выживания" и воспитания человеческого отношения к людям вовсе не только для детей-инвалидов (назовем их так), но и для всех остальных: для них она стала школой самовоспитания...