Топтание на одном месте крайне редко бывает полезным. Не зря доктора неустанно твердят, что движение – это жизнь. Есть немало примеров, что пресловутая гиподинамия может угрожать не только отдельным малоподвижным гражданам, но и целым странам с богатой историей. Известный экономист, ректор Академии народного хозяйства при правительстве России Владимир Мау – гость программы "Персона грата". - Еще совсем недавно нами в России владели весьма оптимистические настроения. Казалось, еще немного, и страна выберется на дорогу экономического процветания. Теперь же крепнет ощущение, что она топчется на месте или же, если и продвигается вперед, то крайне медленно и со скрипом. Это ощущение верное или это просто эмоции? МАУ: Вопрос преимущественно психологический, в большей степени - к социальному психологу и в меньшей мере - к экономисту. Иностранец, не бывший в России несколько лет, с удивлением замечает, что Россия стала опять другой страной и отнюдь не в плохом смысле этого слова. Россияне же, которые наблюдают страну в ежедневном режиме, видят не только позитивные тенденции, но и серьезные проблемы, особенно сравнивая развитие страны за последние годы. Естественно, если сравнивать нынешний экономический рост с 90-ми годами, то сейчас темпы роста достаточно приличны, в то время экономика сжималась. Но эти темпы роста сегодня оказываются ниже, чем всего несколько лет назад. Конечно, снижение темпов роста может отражать неэффективность экономической политики по решению проблем, которые решаются не так успешно, как хотелось бы. Но другой стороны проблемы является то, что важны не темпы роста сами по себе, а продвижение России в направлении модернизации, повышения эффективности и диверсификации структуры российской экономики. Это, на мой взгляд, гораздо важнее цифр. Кажется, что это происходит медленно, и это вызывает гораздо большую тревогу, чем темпы экономического роста сами по себе. Досье Мау Владимир Александрович, ректор Академии народного хозяйства при правительстве РФ. Родился 29 декабря 1959 г. в Москве. Окончил Московский институт народного хозяйства им. Плеханова. Работал в Институте экономики, в Институте экономической политики, в Институте экономических проблем переходного периода. Был советником Егора Гайдара в правительстве. В 1997 г. возглавил Рабочий центр экономических реформ при правительстве РФ. В 2002 г. был избран ректором Академии народного хозяйства при правительстве РФ. Член редколлегии журналов "Вопросы экономики", "Вестник Европы", "Российское предпринимательство", зарубежных экономических изданий. Преподавал в МГУ, Оксфордском и Стэндфордском университетах. Доктор экономических наук, профессор, заслуженный экономист РФ, автор более 400 научных работ по истории экономической мысли, политэкономии, социально-политическим аспектам рыночных реформ, экономической политике. - Какова логика модернизации, политического и экономического развития России? МАУ: Модернизация – очень сложный процесс. В отличие оттого, что страна переживала в 90-е годы с макроэкономикой - макроэкономическая стабилизация, переход от кризиса к росту, процесс модернизации гораздо сложнее. Задачи, которые стоят перед страной в экономике сейчас, гораздо более индивидуальны. Все страны идут к своему экономическому несчастью или катастрофе одинаково, а вот к экономическому счастью – по-разному, своими путями, и почти всегда попытка повторить опыт одной успешной страны в другой приводит, если не к катастрофе, то к топтанию. Потому что просто слишком много нюансов. - Есть ли в истории примеры успешной модернизации стран? МАУ: Успешные примеры есть, но их меньше, чем неуспешных. Это ряд европейских стран в XIX веке, США начинали с весьма отсталой аграрной структуры, Германия, Япония. Из последних примеров – Ирландия, Эстония, Испания, Финляндия. Эти страны проводят глубокие структурные реформы в экономике, быстро двигаясь от индустриальной системы к постиндустриальной, к экономике высоких технологий. Часто говорят о Китае, как о примере модернизации, но это не тот пример, который уместно обсуждать применительно к России. Китай по своей экономической, социальной структуре, задачам, которые решает, напоминает Россию конца 20-х годов. Китай, действительно, решает модернизационную задачу перехода аграрного производства к индустриальной экономике. Это очень интересный опыт, но Россия его уже проехала. У нее нет задачи индустриализации, которая стоит перед Китаем. - Замглавы Кремлевской администрации Владислав Сурков в интервью немецкому "Шпигелю" сказал: "Технические интеллектуальные решения нужно искать на Западе. Представление, будто бы мы на ровном месте изобретем что-то новое, нелепо. Мы должны пойти в ученики". Не унизительно ли для России пойти в ученики? Похоже, не все представители российской элиты сегодня готовы переступить через собственные амбиции? МАУ: Для меня подобная постановка вопроса В. Сурковым понятнее и привлекательнее, чем заявления типа "Запад нам не указ, а иностранные языки учить вредно". Несомненно, очень много полезного России надо почерпнуть из развитых рыночных демократий Запада, но тут надо четко понимать, что зарубежный опыт на нынешнем российском этапе скорее позволит сказать, что делать нельзя, чем, что делать нужно. Можно точно сказать, какие популистские шаги в макроэкономике и в политике могут привести к кризису или катастрофе, например, отказ от защиты демократии. Но не делать этих шагов – это условие необходимое для экономического успеха, но недостаточное. Необходимо вырабатывать очень тонкие механизмы настройки, которые индивидуальны для каждой страны. (Полную версию программы "Персона грата" слушайте в аудиофайле).В. Мау. Общество недоверия