Top.Mail.Ru

Персона грата

Выпуск 15 ноября 2006 года
Радиопрограмма, 2004 – 2016
Россия
Исторические, общественно-политические

13 сезонов, 2528 выпусков по 25 мин

Уже всем понятно, что политика сродни яркому, красочному, эффектному шоу, и политические споры – занятие чрезвычайно увлекательное. Словно в гигантскую воронку в них затягивает самих спорящих, и они могут ломать копья вокруг, например, того, брито или стрижено, при этом свято веря, что, как только появится ответ на поставленный вопрос, тут же незамедлительно воцарится всеобщее благоденствие. Ректор Академии народного хозяйства при российском правительстве Владимир Мау – желанная персона в студии. – Я так понимаю, что в науке любое столкновение мнений полезно и продуктивно. А в политике так же? Мау: Скорее всего, да. Хотя я бы не сказал, что политическая борьба является более яркой, чем борьба мнений в экономической дискуссии. Политическая борьба является яркой, когда в обществе неспокойно и напряженно. Когда в обществе происходит стабилизация, политическая борьба становится скучной. – В последнее время идет много споров и дискуссий о суверенной демократии. Есть ли от них реальный толк? Мау: Это всего лишь слова, важно понять, что за ними стоит. Если "суверенную демократию" использовать как синоним "народной" или "социалистической демократии", терминов, которые были популярны до краха Советского Союза и прикрывали отсутствие демократии, то такая дискуссия не очень интересна. В конце концов, не суть важно, является она суверенной или социалистической. Если же дискуссия идет о политическом содержании процесса строительства определенной политической системы в нашей стране, то это, конечно, интересно. – Здесь важно понять, что же такое реальный суверенитет и что значит для России быть суверенной, независимой страной? Что является фундаментом такой независимости? Мау: Я не юрист, поэтому не готов обсуждать правовые аспекты суверенитета, но как экономист считаю, что реальной основой суверенитета является экономическая мощь страны, которая в современном мире определяется термином "конкурентоспособность". Досье: МАУ Владимир Александрович, ректор Академии народного хозяйства при правительстве РФ. Родился в столице 29 декабря 1959 года. Окончил Московский институт народного хозяйства имени Плеханова. Работал в Институтах экономики, экономической политики, экономических проблем переходного периода. Преподавал в МГУ, в Оксфордском и Стэнфордском университетах. Был советником премьер-министра в правительстве Егора Гайдара. Возглавлял рабочий центр экономических реформ при кабинете министров. В 2002 году избран ректором Академии народного хозяйства. Доктор экономических наук, профессор, автор более 400 научных работ, а также многих публикаций в отечественной и зарубежной прессе. В круг научных интересов Владимира Мау входят, в частности, история экономической мысли, политические проблемы экономики и история российских реформ. Заслуженный экономист России. – Какие факторы влияют на конкурентоспособность страны? Мау: Конкурентоспособность определяется совокупностью факторов. Но если говорить по большому счету, то это собственно политика, причем совершенно необязательно экономическая. Для конкурентоспособности экономики важно, чтобы человек, он же потенциальный инвестор и предприниматель, чувствовал себя в стране комфортно, защищенным, не боялся властей и своего соседа. Это очень важный, как бы внеэкономический фактор конкурентоспособности, но без которого экономика не существует. Я часто привожу пример. Когда в начале 20-х годов Советская власть приняла декрет о сохранности вкладов в Госбанке, один из юристов спросил нарождающегося нэпмана, понесет ли теперь новая буржуазия деньги в банк? Нэпман ответил, что, конечно, не понесет, потому что власти обещали защищать вклады, но никто не гарантировал безопасность жизни вкладчика. Второе – это экономические правила игры, это законодательство, процедуры, связанные с функционированием бизнеса. Говоря о ситуации в современной российской экономике, я бы сказал, что мы живем в условиях падающей отдачи от экономического законодательства. С экономическим законодательством у нас все более-менее в порядке. – Падающей отдачи? Мау: Отдачи, то есть каждое новое улучшение экономического законодательства, дает меньшую отдачу. Потому что у нас достаточно хорошее экономическое законодательство, его, конечно, можно бесконечно улучшать, но оно не хуже, а скорее лучше, чем у большинства развитых стран в части налоговых и бюджетных процедур. А вот общий климат, процедура исполнения законодательства, способность власти реализовывать то, что написано в законе, сильно отстают. Если посмотреть на структуру рейтинга конкурентоспособности, то состояние политико-правовой и судебной систем является основным фактором, тянущим нашу страну вниз. Тогда как позиции по простоте открытия бизнеса, многие жалуются, но тем не менее небюрократичность открытия бизнеса в России гораздо лучше, чем во многих странах. Лицензирование тоже является достаточно простым и т.д. – В теории? Мау: Нет, на практике. У нас сейчас гораздо проще фирму открыть, чем ее закрыть. – Сейчас много говорят о конкурентоспособности страны, но при этом рейтинги конкурентоспособности России лучше не становятся, а только снижаются. Почему? Мау: Основная причина этого кроется не в характере законодательства, а в его исполнении, в эффективности всех частей системы – государственной, судебной властей и т.д. Недаром мы сейчас, говоря об экономике, прежде всего говорим не об экономических законах, а о правоприменительной практике. Нам очень нужен эффективный, понятный и простой суд. Нам очень нужна система, когда милицию не боятся, а опираются на нее. Но это гораздо труднее, чем решение экономических проблем. Наше общество в своем посткоммунистическом развитии прошло три этапа. Первый был социально и политически очень болезненным, но интеллектуально очень простым. Стояла задача макроэкономической стабилизации. Тогда, в начале 90-х годов, в стране был период очень высокой инфляции и бюджетного дефицита, измеряющегося не процентами, а десятками процентов, товарного дефицита. Решение этой проблемы было болезненным, но простым. Десятки стран в XX веке решали задачу макроэкономической стабилизации. Для этого нужно было просто понимание того, как это делать, как стабилизировать валюту, как преодолевать бюджетный дефицит. Следующий этап (условно говоря, первое президентство Путина) – создание основной массы экономических институтов. Начался этот процесс, конечно, раньше, но основной пакет налогового и бюджетного регуляционного законодательства был принят именно тогда. Эта вещь гораздо более сложная, но тоже вполне понятная. Есть опыт развитых стран, можно было выбрать, что более подходит к России, адаптировать его. Словом, понятно, как это делать. А вот дальше страна вошла в фазу, очень сложную в интеллектуальном смысле, хотя, может быть, более простую в социальном отношении. Это – как заставить институты функционировать, как преодолеть коррупцию, как повысить эффективность суда. Эти проблемы не решаются быстро и по стандартным процедурам. Многие страны тоже решали схожие проблемы, какие-то более успешно, какие-то – менее. Но здесь требуется время. Коррупция не побеждается законом против коррупции. Она побеждается сложным набором шагов как в правовой сфере, так и, что более важно, вне узкого смысла правовой сферы. Все это связано с административной реформой, то есть эффективностью функционирования государственного аппарата. Все эти вещи требуют очень больших усилий, нестандартных решений и, главное, времени. – Если попытаться дать прогноз, что может случиться с Россией в экономическом плане в ближайшие десятилетия? Мау: Сто лет назад крупнейшие государственные деятели России полагали (Витте, Столыпин и Коковцов, сменивший последнего во главе правительства): дайте нам 20 лет мира, и вы не узнаете России. Ситуация с тех пор не изменилась. 20 лет достаточно спокойного развития без конституционных реформ внутри страны, катаклизмов вне страны, и Россия будет вполне современной западной страной, примерно на уровне нынешних среднеразвитых стран Запада. Мы достаточно динамично развиваемся, перспективы понятны, но мы вряд ли совершим какое-нибудь экономическое чудо. Ну и слава богу. Само по себе стабильное поступательное развитие с сближением уровней России и наиболее развитых стран мира при мирном развитии событий в силу набора экономических и политических факторов приведет к неизбежному сокращению разрыва. Конечно, самым тяжелым и неприятным фактором неопределенности является то, что принято считать нашим достоянием. Это природные ресурсы. За последние 100 лет ни одной стране, богатой нефтяными и газовыми природными ресурсами, не удавалось совершить рывок вперед. Есть два исключения – Норвегия, которая получила это богатство, будучи уже очень развитой страной, то есть она не решала задачу преодоления отсталости. И в какой-то мере это страны Персидского залива. Но здесь далеко не все однозначно. Все они – абсолютные монархии, где государственный бюджет равен личному бюджету правящей семьи. То есть, там отношение к этим деньгам другое, и понятие "будущее поколение" имеет конкретные имена внуков и правнуков правящего монарха. Во всех остальных случаях – в демократиях и так называемых "квазидемократиях" – природные ресурсы всегда были негативным фактором. В этом смысле очень важно, сумеет ли Россия удержаться на той очень аккуратной грани антипопулистской политики, которую она проводит сейчас. То есть, это реальное существенное изъятие (конечно, это не удается сделать полностью) незаработанных денег из экономики, денег, которые не связаны с ростом производительности труда, попытка строить благосостояние не на падающих и тем самым развращающих деньгах, а на деньгах, связанных с реальным производством и трудовыми усилиями. – У слушателей может возникнуть вопрос: чем же наше будущее поколение хуже, чем внуки и правнуки эмиров? Мау: Наше будущее поколение несомненно лучше, но дело в том, что, как только речь начинает заходить о будущих поколениях, о том, что мы сейчас что-то будем делать для них, на мой взгляд, жди беды. Коммунизм строили для будущих поколений, высокоскоростную магистраль между Петербургом и Москвой – тоже для будущих поколений. Обычно это такое прикрытие для экономических экспериментов и популизма. Лучше делать то, что принесет благо текущему поколению, которое само, будучи одновременно и избирателем и поколением, сможет решить, насколько это эффективно…

Выпуски
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2016
2016
Ещеинтересное