Российская Госдума уже в эту сессию может "скоропостижно" принять закон, который позволит уже с июля 2012 года выплачивать накопительную часть пенсии. И этой новости можно было бы порадоваться, если бы не тот густой туман, который продолжает клубиться вокруг нашей пенсионной системы. Попробуем этот туман развеять. Руководитель Экономической экспертной группы Евсей Гурвич – желанная персона в студии "Радио России". Высокопоставленные чиновники из Минздравсоцразвития рассказывают, что сейчас идет активная работа над стратегией долгосрочного развития пенсионной системы России, рассчитанной до 2050-го года. Но прежде чем заглядывать так далеко, хорошо бы понять, в какой точке сегодня прибывает наша пенсионная система. По вашей оценке, в каком она находится состоянии? Евсей Гурвич : Наша система, с одной стороны, в 2010-м году сделала шаг вперед: во-первых, ликвидирована бедность среди пенсионеров. Как известно, с 2010-го года если у человека пенсия не дотягивает до прожиточного минимума, то ему идет доплата до этого уровня. Я считаю, что это правильно. Это хорошо. С другой стороны, повышен уровень пенсий. В 2010-м году он вырос на 45% по сравнению с 2009 годом. Но в результате получается, что средств на пенсионные выплаты мы тратим немало. Мы тратим на это около 9% ВВП. Это больше, чем в среднем по Организации экономического сотрудничества и развития. А это этакий клуб наиболее развитых и благополучных, успешных стран. По отношению к ВВП мы тратим на пенсии больше, чем в среднем эти страны. Хотя, конечно, есть западноевропейские страны, которые тратят больше. Уровень этих пенсий, которые принято мерить соотношением пенсий к зарплате, у нас он примерно 37%. Даже после резкого повышения, которое было в прошлом году. В тех странах – в среднем 57% по благополучным странам ОЭСР. Получается картина, которая характерна для всей нашей социальной политики. Мы тратим довольно много средств, но тратим их довольно бестолково, поэтому получателям достается не очень много. А как тратить толково? Евсей Гурвич : Тратить толково – значит направлять, по крайней мере, ту часть пенсий, которые связаны с решением социальных задач только нуждающимся. Во всем мире так устроено. Задача пенсионной системы состоит из двух частей. Первая – обеспечить нетрудоспособным – не только пожилым, и инвалидам это может быть, и детям, которые потеряли кормильца – обеспечить им какой-то социальный минимум, чтобы они, тем не менее, могли прожить, хотя у них нет возможности зарабатывать. Во-вторых, это замещение утраченного заработка: человек работает, потом уходит на отдых – и для того, чтобы его жизнь более или менее плавно переходила из одной стадии в другую. Стараются сгладить изменения дохода. Во время работы он отчисляет часть со своих заработков – какой-то процент. Во время пенсии он получает часть за счет накопленных денег. Человек вложил, теперь он уже получает. Вторая часть – это решение социальных проблем. Социальные проблемы должны решаться только в отношении нуждающихся. У нас поддерживают всех, в том числе, например, работающих пенсионеров. Я недавно изучал вопрос. Оказалось, что средний доход некоторых категорий пенсионеров, например, инвалидов – в два раза ниже, чем средний по стране. А средний доход работающих пенсионеров в полтора раза выше, чем в среднем по стране. Их нельзя рассматривать как нуждающихся. Но они тоже получают базовые пенсии, которые по смыслу представляют собой разновидность социальной поддержки. Но если вы отнимите у них это базовую часть пенсии – вы представляете, какая будет реакция? Евсей Гурвич : Как это сделать – это другой вопрос. Здесь ни у кого ничего не нужно отнимать. Но в отношении новых пенсионеров, по-моему, вполне это оправдано. И я хочу еще сразу сказать, чтобы не настраивать просив себя радослушателей – я не стараюсь защитить государство от пенсионеров. Пенсионеры так рассматривают всякую пенсионную реформу. Я хочу предложить как раз что-то в интересах самих пенсионеров. Дело не в том, чтобы что-то отнять, а чтобы разумно распределять имеющиеся ресурсы. Чтобы не было так, что, например, пенсионеры-инвалиды по-настоящему бедны, а другие, у которых по сравнению с зарплатой социальная доплата составляет малую часть, чтобы они начали получать ее только когда действительно закончат работу. Это ключевая проблема – как сбалансировать бюджет Пенсионного фонда. Сегодня недостаток средств в нем компенсируется за счет федерального бюджета. Причем этот дефицит весьма серьезный – порядка одного триллиона, правильно? Евсей Гурвич : Даже больше на самом деле, потому что есть такое понятие, как валоризация. То есть в прошлом году были пересчитаны пенсионные права, которые были накоплены в советское время – до 1991-го года. И это сейчас идет отдельной строкой и финансируется напрямую из федерального бюджета, а на деле это тоже можно было бы добавить к дефициту Пенсионного фонда – тогда получается гораздо больше. Полностью интервью слушайте в аудиофайле.