До конца декабря неизбежно должен быть принят новый закон "Об образовании". А к завтрашнему дню должны быть подготовлены все поправки к его второму чтению. Министерство образования и науки, как и правительство в целом, настроены весьма решительно. А настроения в обществе и главное – в профессиональном сообществе, я думаю, смело можно охарактеризовать как растерянность и непонимание. У многих есть опасения, что с принятием закона ситуация в образовательной сфере не улучшится. Гость эфира – председатель комитета Госдумы РФ по образованию Александр Дегтярев – желанная персона в студии "Радио России". - Министр образования и науки Василий Ливанов, приехав на первое чтение на Охотный ряд, утверждал, что закон фактически написан самими гражданами, поскольку было его широкое общественное обсуждение. Почему тогда сохраняются эти страхи и опасения? Александр Дегтярев: Дело, по всей видимости, в том, что в любом даже самом совершенном документе найдутся некие изъяны, которые рождаются в ходе написания таких сложных документов. Надо сказать, что основные страхи у наших педагогов, родителей, студентов возникают главным образом потому, что есть некие статьи, которые, к сожалению, не были прописаны достаточно основательно. И мы сейчас, готовя этот документ ко второму чтению в ходе экспертного анализа, а в этом принимают участие сотни специалистов высокого класса, эти вещи мы установили. И уже в числе поправок, которые будут в ближайшее время вынесены на второе чтение в палате Государственной Думы, они найдут отражение. Я убежден, что несколько сот поправок мы туда внесем. Причем, они, конечно же, делятся на сущностные и достаточно простые – юридического характера, лингвистического и т.д. Я говорю только о серьезных. Шла работа над обращениями, предложениями наших граждан – а их поступило больше ста тысяч, и мы все их обработали – было порядка десяти тысяч только коллективных обращений от различных школ и педагогических коллективов. И все страхи и опасения в них хорошо просматриваются. Можно даже выстроить своеобразный рейтинг этих опасений. И, основываясь на тех самых резонансных и проблемных вопросах, мы, конечно же, четко сформулировали свои требования к этому закону. Мы их четко и однозначно обозначили на парламентских слушаниях, которые проходили в середине ноября. Среди них мы заявили о том, что мы, конечно же, не можем согласиться с теми нормами закона, которые ухудшают социальное положение, например, сельских учителей. И мы вписали в таблицу поправок для принятия поправку, касающуюся возвращения этой нормы для более чем миллиона сельских педагогов. Я говорю о том, чтобы сохранить компенсации за жилищно-коммунальные услуги, то что в новом тексте закона прописано как-то двусмысленно. Кроме того, мы вернули туда норму, обязывающую правительство Российской Федерации делать ежегодный доклад – отчет о реализации государственной политики в сфере образования, чего тоже не было в этом законе, а в законе 1992-го года это требование было. Мы бы хотели, чтобы правительство регулярно информировало законодательный орган страны и общество, как же реализуется эта политика. Мы вписали в качестве обязательных к принятию поправок требование о том, чтобы в законе нашли отражения те требования, которые прописаны в указах президента – в майском пакете указов. А там речь шла и о студенческих стипендиях и об обязательном бесплатном обеспечении дополнительным образованием наших детей. Такие моменты уже повлияли на настроения в обществе, потому что люди увидели, что комитет по образованию работает, опираясь на экспертное сообщество, что их видят и слышат. Я даже в своем выступлении на парламентских слушаниях назвал несколько фамилий педагогов из дальних дальних районов нашей страны – из Уссурийской тайги, из Хабаровского края, из Архангельской области, со Ставрополья, – то есть люди поняли, что мнение каждого для нас очень ценно и важно. Полностью интервью слушайте в аудиофайле.