Ошеломляющие цифры: сорок процентов всех тяжких преступлений в России совершается в семьях, от домашнего насилия ежегодно гибнет четырнадцать тысяч россиянок. После этой информации не хочется шутливо вспоминать старую русскую поговорку о внутрисемейных отношениях - "Бьет - значит, любит". И вообще шутить не очень хочется, а хочется разобраться, в чем причины семейного насилия, и как от этого насилия спасаться. Директор Национального центра по предотвращению насилия "Анна" Марина Петровна Писклакова-Паркер - желанная персона в студии "Радио России"... (Запись этой беседы слушайте в аудиофайле) - Цифры эти действительно печальные, более того - жуткие. Давайте попробуем понять, откуда что берется. Когда люди идут под венец или просто в ЗАГС, они не думают, что будут друг друга бить, тем более - убивать. Они рассчитывают вместе идти по жизни, жить счастливо, растить детей, строить дом. А потом все это так неожиданно поворачивается... Почему? Марина ПИСКЛАКОВА-ПАРКЕР: Дело в том, что это, наверное, не совсем неожиданно; во многих случаях это предсказуемо. Насилие в семье - это, в общем-то, воспроизводимая модель поведения родительской семьи, и бывает это довольно часто. То есть ребенок, который является свидетелем насилия, либо потом будет терпеть насилие, либо сам применять насилие в своих отношениях. Если подумать, это результат того, как видят мир дети: когда ребенок маленький, для него вселенная - это мама и папа. И в этой вселенной все строится по тем правилам, по которым взаимодействуют мама и папа. И если начинается сначала эмоциональное насилие, - крики, или мама просто подавлена, - ребенок, даже маленький, это чувствует. И особенно маленькие дети, трех - четырех лет, которые не могут объяснить поведение родителей, которые в этом еще не ориентируются, - эти дети вообще склонны брать вину на себя. То есть они думают... - Что виноваты они? Марина ПИСКЛАКОВА-ПАРКЕР: Да. Они думают: наверное, я что-нибудь сделал не так, поэтому папа сердится на маму. И когда такой ребенок вырастает, его проблемами никто не занимается. Это не потому, что мама "плохая", просто мама постоянно выживает. А папа не задумывается, каковы последствия насилия для детей, которые растут в такой семье. И еще такой момент. Доказано психологами, что уровень посттравматического стресса, которому подвергаются дети, такой же, какому подвергается мама. То есть даже если ребенок напрямую не подвергается насилию, сам факт, что он является свидетелем насилия, очень серьезно действует на психику ребенка. - Тогда получается нескончаемая история. Если все это вырастает из родительской семьи и потом повторяется, значит, это будет повторяться и дальше, и дети детей потом также будут видеть насилие и воспроизводить его в своих семьях. Получается, эту историю никак нельзя прекратить? фото: viprutv.com Марина ПИСКЛАКОВА-ПАРКЕР: Можно. Но для этого необходима целая система реагирования, и у нас в стране она развивается, она частично существует. Но она не доформирована. Что я под этим понимаю? У нас такое высокое количество убийств, потому что законодательство несовершенно, оно обладает только уголовными мерами. В законодательстве, например, не учтены такие формы насилия как психологическое, эмоциональное, экономический контроль. Учтено только физическое насилие, и то только тогда, когда имеют место повреждения средней тяжести, тяжкие или убийство... Повтор выпуска программы "Персона грата" от 2012/12/11