Занимая очередь, ознакомься с правилами этикета. ГУСЕВА: Не болтать, не обгонять, не тормозить. Что нужно знать, занимая очередь? Сегодня обсуждаем, как сделать вынужденное ожидание в компании незнакомцев комфортным для всех. У микрофона Татьяна Гусева, здравствуйте. И наш постоянный эксперт – педагог-консультант, специалист по этикету и протоколу Алена Гиль. Алена Викторовна, вы часто стоите в очередях? ГИЛЬ: Всякое бывало. Я, например, очень люблю очереди, сейчас, конечно, крайне редко в них бываю, но вы заметьте, у нас есть выставки и какие-то особые художественные мероприятия... ГУСЕВА: События, да. ГИЛЬ: События, в которых, в такой очереди постоять – это… ГУСЕВА: Стоит того. ГИЛЬ: Стоит того. Во-первых, много интересного узнаешь. ГУСЕВА: Знакомишься, опять же. ГИЛЬ: Да. И о художественной жизни узнаешь, и об этом художнике, о каких-то околохудожественных там событиях. Потом, ты знакомишься с людьми. Можно, конечно, молча стоять и подслушивать чужие разговоры, что на самом деле не запрещено. Почему? Потому что ты же не глухой, ты не можешь отойти, потому что ты все-таки должен стоять в очереди. ГУСЕВА: Другой вопрос – вести эти личные разговоры в очереди. ГИЛЬ: Да. Но можно, конечно, простоять эти два часа, но если, Татьяна, мы с вами все-таки давно знакомы, и мы взрослые женщины, умеем общаться, нам есть о чем поговорить, нам интересно мнение друг друга, то зачем, простите, посвящать время телефону, когда есть возможность посвятить его живому человеку. Вы скажете: но тогда, если мы стоим и общаемся с телефонами, зато мы не докучаем никому разговорами. ГУСЕВА: Да, не нарушаем общественный, скажем так, порядок. ГИЛЬ: А с 36-й стороны, Татьяна, все-таки мы понимаем, что двухчасовое стояние в очереди на такое мероприятие, например, на какую-то выставку, все равно создает определенную атмосферу… Мы можем, знаете, буквально на два шага отойти от своей очереди, то есть мы стоим, мы вместе с ней движемся, мы этими двумя шагами показываем, что мы не хотели бы вам докучать, но тихонечко переговариваться, согласитесь, это не запрещено. И формально, если мы разговариваем именно таким низким голосом и четко посылаем звук в лицо друг другу, чтобы не докучать остальным, то это считается… ГУСЕВА: Это допустимо. ГИЛЬ: Это допустимо и социально приемлемо. ГУСЕВА: Алена Викторовна, но ведь некоторые и присоединяются к разговору. То есть они слышат, что идет обсуждение какого-то там предмета и события, и начинают: а вот я тоже там… И так далее. Как реагировать? ГИЛЬ: Давайте так, чтобы уж до конца размять эту ситуацию... Если мы стоим и я говорю: Татьяна, вы знаете… То есть интимная интонация, интимный голос, почти шепот. Я думаю, что адекватный человек – уже потому, что мы стоим достаточно близко, и по самой интонации, и по самому тембру голоса, и по стилистике, они поймут, что мы обсуждаем с вами какие-то интимные вопросы. Неважно, даже если он слышит, что это про художественную выставку, и мы говорим: вы знаете, там то-то… То есть интонация и эта на два шага в сторонку мизансцена, она… ГУСЕВА: Она дает сигнал людям. ГИЛЬ: Да, сигнал, что мы не готовы принимать… ГУСЕВА: Что да, у нас между собой разговор, и мы не готовы принимать третьего. ГИЛЬ: Да, третьего. Если он вдруг решил вмешаться, то опять же, Татьяна, а, может, мы с вами опытные бойцы, мы с вами пошепчемся еще тысячу раз, мы можем его принять. Он скорее всего будет говорить не такими же интонациями интимными, он скорее будет говорить спокойно, и если мы перейдем на его интонацию, мы показываем, что мы принимаем эту игру. ГУСЕВА: Ну, что уже такая общественная идет беседа. ГИЛЬ: Да, да. Если мы не хотим принимать, что тоже возможно, действительно такие прям буки, и человек такой: а, вот вы знаете, мы тоже знаем… Да, спасибо большое, мы в курсе, мы это заметили. Спасибо вам, спасибо, что напомнили. Да, чувствуете? ГУСЕВА: То есть так с благодарностью… ГИЛЬ: Да, вот с благодарностью. Да, сказать: ой, да, действительно, это очень интересно, да, спасибо большое. ГУСЕВА: Дать понять, что разговора не будет. ГИЛЬ: И снова повернуться друг к другу... Слушайте в аудиофайле!