Программу "Пятидневка" ведёт Вадим Тихомиров. 29 декабря родился выдающийся архитектор Карло ди Джованни Росси (по русским документам он был Карлом Ивановичем), который обессмертил своё имя тем, что построил огромное количество зданий и самых главных архитектурных комплексов в Санкт-Петербурге. Насколько Карл Иванович был русским человеком с итальянской кровью? И действительно ли он внёс большой вклад в русскую культуру? О его роли в истории архитектуры мы говорили с Зоей Валерьевной Золотницкой, искусствоведом, сотрудником Государственного музея архитектуры имени Щусева. З. Золотницкая: Вы сказали, что Карл Иванович Росси был человеком итальянского происхождения, но, как недавно выяснилось, мать его, балерина Гертруда Росси, была урождённой Облессер, то есть немкой, родившейся в Мюнхене. Так что он наполовину немец, наполовину итальянец, потому что отцом его был некий венецианский дворянин Антонио Доменико де Росси. Вглядываясь в историю архитектуры России, я вдруг понял, что все основные культовые, знаковые здания в Москве, Санкт-Петербурге и вообще во всей стране чаще всего строили итальянцы. С чем это было связано? З. Золотницкая: Это связано было с тем, что в Италии была эпоха Возрождения, которая создала не только редчайшие произведения, но в то время были написаны трактаты, которые повлияли затем на эпоху западноевропейского классицизма, а несколько позже и на эпоху русского классицизма. Поэтому у нас было палладианство, были Джакомо Кваренги и Чарльз Камерон, последователи палладианства. Это вторая половина XVIII века. Затем и другие архитекторы итальянского и полуитальянского происхождения тоже здесь были. Они, конечно, по-разному прибывали в нашу страну и, конечно, оставили разное о себе впечатление и разное наследие. Карло России оставил после себя замечательное наследие по одной простой причине, ведь это он ввёл понятие архитектурного ансамбля в городе. Именно благодаря ему Петербург стал Петербургом. З. Золотницкая: Да. Поэтому, когда мы приезжаем в Петербург, первое, что мы видим и чем восхищаемся, это, конечно, то, что создал К. Росси в центре города. Эта красота и неповторимость города – его заслуга. Хотя, конечно, в это время в Петербурге работали и многие другие архитекторы, К. Росси был невероятно смел. И вот эта его смелость позволяла ему делать перепланировку в центре города, строя новые площади, открывая новые пространства, создавая новые улицы. Например, когда он создавал Михайловский дворец, то была проложена новая улица, параллельная Итальянской, которая была названа Инженерной. Была также созданы прекрасная Михайловская площадь. И Михайловская улица (бывшая улица Бродского), которая открывает с Невского великолепный обзор на портик Михайловского дворца, тоже была проложена К. Росси. Он же продолжил Садовую улицу. Тогда не было никакой компьютерной 3D-графики, а человек выстраивал ансамбль города, в котором человеку легко жилось и дышалось. Почему сейчас, возможно, потому что нет итальянских кровей у отечественных архитекторов, нет ощущения воздуха и лёгкости в городе? Создаётся такое ощущение, что дома просто натыканы в разных местах. З. Золотницкая: После эпохи классицизма, которую блистательно завершил Карл Иванович Росси (это были 30-е годы XIX века, когда он ушёл в отставку и когда закончили творчество все эти архитекторы классицизма), началась другая эпоха. Капитализм стал застраивать каждый клочок земли, продавать каждый участок земли. Это же и сейчас продолжается. Мы неслучайно говорим про точечную застройку в наших дворах. Всё, что сегодня творится, – это господство денег.