Как Ксения Собчак в президенты баллотировалась - фантазирует Максим Кононеко. Однажды в одном из “тайных кабинетов” собрались несколько представителей федеральных и региональных элит. Здесь была пара-тройка лидеров партий, столько же губернаторов, несколько политологов, журналистов и даже 2 председателя комитетов.  - Я пригласил вас, господа, - сказал самый старший из собравшихся, лидер одной из политических партий, - чтобы сообщить вам пренеприятное известие: к нам едет Ксения Собчак. - Как Ксения Собчак? - спросил один из журналистов. - Как Ксения Собчак? - спросил один из политологов. - Ксения Собчак собственной персоной, - подтвердил лидер другой из политических партий. - И она баллотируется в президенты.  - Вот не было заботы, так подай! - воскликнул кто-то из губернаторов. - Господи Боже! - возопил кто-то из председателей комитетов. - Еще и баллотируется в президенты! Вдруг двери в кабинет растворились, и в помещение стремительно вошла белокурая девушка в деловом костюме и строгих очках.  - Я Ксения Собчак, - прямо с порога заявила она. - И мне есть что терять.  - Нет, это нам есть что терять! - наперебой закричали представители федеральных и региональных элит. - Что вы комедию-то ломаете, барышня? Вы вообще кто? - А вы сами-то кто? - немедленно отвечала Собчак. - Я - председатель комитета! - кричал председатель комитета. - А я - лидер партии! - кричал лидер партии. - Конечно, можно выдвигаться, но понятно же, что должен быть определенный набор качеств, должна быть за спиной какая-то историческая эпоха… Нужно работать на разных работах, нужно на выборах быть. Ты на каких выборах была? Ни на каких и никогда, никто за тебя не голосовал! У тебя партия вообще есть? - Партии у меня нет, - отвечала Ксения, - но у меня есть аудитория. И вам лучше даже не знать, какая она… - А за что будет голосовать-то эта аудитория? - раздался возглас откуда-то из глубины кабинета. - По приколу? - Да хоть бы и по приколу, - пожал плечами один седой политолог. - Главное ведь не в том, за что голосовать. Главное - чтобы была аудитория. - У нас тут у всех аудитория, - возражал политологу человек, похожий на престарелую рок-звезду, - но для меня как для человека с мозгами маловато предложения “проголосовать по приколу”.  - Это еще кто? - пронеслось шепотом по рядам. - Из Вашингтона или из Киева? - Это универсальный эксперт, - проносилось в ответ по рядам, - по всем вопросам. Фамилия какая-то виноградная. Совиньон, что ли? Каберне? - Лоза, - уважительно шептали в толпе, - это - сам Юрий Лоза! Он знает толк! - Да при чем тут приколы! - выступил вдруг из толпы пылкий юноша с горящим взором. - Лично я каждому, кто будет работать на Собчак, руки не подам!  - А это еще кто? - опять пронеслось шепотом по рядам.  В ответ же не пронеслось ничего. Тишина. Ксения Собчак, не обращая внимания на реплики, прошла к столу, стоявшему в центре кабинета, и решительно вынула из сумки Birkin пачку бумаг. - Итак, - сказала она, обводя ледяными глазами притихших посетителей кабинета, - я знаю, что вы все тут меня ненавидите.  - Ну, может, не все, - хихикнула в глубине кабинета какая-то женщина с высокой прической.  - Может, и не все, - холодно сказала Ксения, глядя в сторону женщины, - но вы-то точно.  Женщина покраснела. - Теперь всё будет иначе, - продолжала Собчак. - Во-первых, у меня будет программа.  - Кто напишет программу? - раздалось из толпы. - Программу напишет… - сказала Ксения, перебирая бумаги, - напишет программу… сейчас… вот! Экономист Морчан… То есть Овчан! - Мовчан, - крикнули из глубины кабинета. - Может, ну ее, эту программу?  - Ну, может быть, - пожала плечами Собчак, ища глазами корзину для бумаг, - важно ведь не это. Важно, что это - я.  И, найдя глазами корзину, Ксения ловко бросила в нее все свои бумаги. Немедленно к девушке “подкатил” какой-то небольшой кругленький человечек. - Ксения, дорогая, - быстро заговорил человечек, беря Ксению под локоток, - у нас маленькая, но гордая партия. Мы не спойлеры, не клоуны и не экстремисты. И, мне кажется, вам лучше всего было бы выдвигаться от нас. - А деньги-то у вас есть? - спрашивала Ксения, глядя на человечка сверху вниз. - Или вы, может быть, в Думе? И мне не придется собирать подписи? - Деньги? - удивленно посмотрел на Ксению человечек. - А мы думали, что у вас они есть… Ну, если так, извините… И человечек куда-то исчез. Ксения Собчак улыбнулась. - Я так понимаю, - сказала она, оглядывая собравшихся, - что вы просто не знаете, кто у меня будет начальником штаба.  Собравшиеся одновременно пожимали плечами.  - Ну хорошо, - отвечала Собчак, - так вот он! Двери в кабинет распахнулись, и на всех собравшихся пролился невозможный по яркости свет, который при этом не обжигал, а наоборот - как будто бы нежно ласкал.  Присутствующие замерли. Лидеры партии - в виде столбов с распростертыми руками и запрокинутыми назад головами. По сторонам от них - губернаторы, устремившиеся к лидерам партий движениями всего тела. За ними - политологи, превратившиеся в вопросительный знак. Дальше - журналисты и председатели комитетов.  Прочие гости оставались просто столбами.