Режиссер Ирина Керученко – о спектакле "Отцы и дети"
Заканчивается этот спектакль как совершеннейшая трагедия: умирая, в агонии, Базаров произносит, как и в романе, свои последние слова: "Теперь темнота". Сцена и зал погружаются во мрак. Всё. Занавес. У Тургенева, напомню, есть последняя, 28-я глава, она о том, что было дальше с другими персонажами: Павел Кирсанов, главный оппонент Базарова, благополучно живет в Германии, в Дрездене; Анна Одинцова, невольная виновница смерти Базарова, удачно вышла замуж в Петербурге; Аркадий женился на ее сестре Кате; папа его женился. Всё прекрасно, жизнь пошла на лад. Достаточно было того, чтобы этот смутьян, нигилист Базаров отправился на тот свет. И вот этот возможный вывод, который напрашивается, в спектакле размылся и пропал. В театре, который замахивается на выдающуюся прозу, всегда что-то размывается и пропадает. У театра другие правила. Пришлось вспомнить об этом и по ходу нашей беседы с Ириной Керученко, автором инсценировки и режиссером-постановщиком.