Театральное объединение "Вахтанговский Практикум" показали в театре "Дневник писателя" Достоевского
1876-й год, Достоевский публикует первую часть "Дневника писателя". Это ни роман, ни дневник в привычном понимании, ни сборник статей, а всё сразу. "Петербургская газета" публикует стихотворный отклик: "Вот ваш "Дневник"… Чего в нем нет? И гениальность, и юродство, и старческий недужный бред, и чуткий ум, и сумасбродство, и день, и ночь, и мрак, и свет. О, Достоевский плодовитый! Читатель, вами с толку сбитый, по "Дневнику" решит, что вы – не то художник даровитый, не то блаженный из Москвы".
В корпусе исследователей творчества Достоевского "Дневник писателя" даже выделен в отдельную отрасль – до такой степени он необычен, не равен всему прочему, неровен по форме и содержанию, сбивчив жанрово и стилистически. Сочинённый рассказ вытесняется реальной судебной хроникой и наоборот. Это ж какую смелость надо иметь, чтобы хотя бы и часть дневника (он огромен) инсценировать, показать в театре. Только молодые да дерзкие за такое берутся: режиссёр Ася Князева и её единомышленники из Театрального объединения "Вахтанговский Практикум".
С этим текстом режиссер знакома еще со школы, хотя это, конечно, совсем не детское чтение. Для спектакля отобрала семь историй. Ася подчеркивает: Достоевский следил за новостями, был в курсе происходящего. Она долго искала образ этого текста.
"Зачем мы всматриваемся в жизнь вокруг себя? Что нам это дает? И таким образом возникла идея всматривания в себя через мир вокруг себя. И появились образы окон. Мы всегда когда смотрим в окно на улицу – мы же зачем-то смотрим на улицу? Потому что мы хотим увидеть мир, понять его вокруг себя. Но когда мы смотрим на улицу, мы видим еще стекло, в котором отражаемся мы сами", – говорит режиссер Ася Князева.
Двойной взгляд – во вне и внутрь – воплощен и в актерском существовании. "Это, скорее синтез, где мы можем включаться как персонажи и проживать ситуацию, о которой говорит писатель. И тут же выходить и смотреть на это со стороны. То есть это всегда внутри и снаружи", – рассказывает актриса Мария Лисовая.
В команде постановщиков – победители конкурса ArtMasters. Художник по костюмам Елизавета Холмушина уверена, Достоевский – это сложный серый, символичный монохром.
"Ткань мы полностью сделала самостоятельно, подбирали принты. Мы соединяли их, создавали макет для печати – отдельно производили полотно ткани, которое использовали уже для пошива. В полотне использовались элементы газет того времени, эпохи Достоевского, карты эпохи писателя, карты Петербурга, определенные изображения домов. То есть это старые фотографии, куски текстов произведений", – делится художник по костюмам Елизавета Холмушина.
Для спектакля написана оригинальная музыка. Композитор Иван Авдеев сам актёр, так что хорошо понимает драматургические задачи музыки. "В большей степени это минорные интонации. Потому что истории достаточно сложные. Они про человеческую судьбу, они трагичны во многом. Там есть юмор, конечно, свой. Но в большей степени это все-таки человеческая трагедия", – считает композитор Иван Авдеев.
События хроники времен Достоевского – поразительно злободневны. Сам собой встает вопрос: неужели человеческая природа совсем не меняется? При этом режиссер подчеркивает: Достоевский из тех, кто верил – даже самую запачканную Душу возможно очистить.