22 сентября 2022: Клод Вивье – одинокое дитя, в любом смысле слова

В нашей рубрике "Легендарные альбомы прошлого" – диск Клода Вивье – Claude Vivier – Susan Narucki, Schönberg Ensemble, Asko Ensemble, Reinbert de Leeuw, 1996.

Собственно, именно они привлекли внимание к творчеству этого канадского композитора, который погиб двенадцатью годами ранее в Париже. Считается, что в ночь с 7 на 8 марта 1983 года (возрасте 34 лет) – нашли его тело только через 5 дней. Обстоятельства его смерти и тем более, жизни не поддаются никакому осознанию. Лично я поначалу даже не верил, что композитор был убит 19-летним бандитом и убийцей, который, собственно, и промышлял тем, что знакомился с мужчинами, шел к ним домой и там убивал и грабил. Самое поразительное, что на столе у Вивье лежала партитура его последнего, так и не законченного сочинения под названием "Веришь ли ты в воскресение души?". С текстом самого Вивье о том, как некоего Клода (то есть его самого?) убивает в метро ножом в сердце некто в черном… Ноты на столе, предсказание, молодой человек в черном, 45 ножевых ранений… Когда в 1990-е Вивье посмертно стал знаменитостью, были опубликованы доказательства, абсолютно бесспорные, что так оно и было.

На тот момент композитор был мало кому известен: ученик канадского экспериментатора Жиля Трамбле и самого Карлхайнца Штокхаузена (который, между прочим, своего ученика, мягко говоря, недолюбливал). Кто родители будущего композитора – никому не было известно: мальчика усыновила семья простого рабочего из Торонто по фамилии Вивье, когда ему было всего 2 года. Причем приемные родители были убеждены в том, что мальчик глухой! И обнаружили, что он все-таки слышит, когда ему было 6 лет.

По словам самого Вивье, он подростком пережил мистический опыт, который заставил его поверить в бессмертие. Он поступил учиться в католическую семинарию, но был исключен. И в возрасте 17 лет стал студентом консерватории в Монреале. Получил грант на учебу в Европе. В возрасте 28 лет чуть ли не целый год провел в Азии – от Ближнего Востока до самого дальнего. В том числе, он был и в советском Узбекистане. У него даже есть сочинения – одно под названием "Бухара", второе – "Самарканд".

Вивье всерьез изучал и использовал в своих сочинениях неевропейскую музыку, особенно индонезийский гамелан. Кроме круга Штокхаузена, Вивье в последние годы жизни сблизился с французскими спектралистами. Успел найти свой индивидуальный стиль письма, который, на мой взгляд, совершенно ошибочно связывают с так называемой "новой простотой". Единственное, что его музыку с "новой простотой" связывает, это первенство мелодического начала. Недаром у него преобладают хоровые и вообще вокальные сочинения, в том числе одна опера, которые написаны на интеллектуальные книжные тексты и на слова собственного "футуристического" языка; как та же "Бухара" и средняя часть композиции "Одинокое дитя" для сопрано и камерного ансамбля, фрагмент которого мы послушаем с того самого исторического диска, который был выпущен ровно 25 лет назад.

Диск – своего рода введение в мир его музыки. 4 разных сочинения в интерпретации двух выдающихся нидерландских коллективов: "шёнбрег-ансамбля" и "АСКО-ансамбля" (дирижер Райнберт де Леу), а также известной исполнительницы новой музыки – американки Сюзен Нарукки (Susan Narucki). Слова самого композитора – это смесь всего и вся: вечность, бессмертие, детские сказки и мифы – Мерлин из "Короля Артура", злая фея Карабос из "Спящей красавицы", как бы китайский Нефритовый дворец. И вдруг – имя Тадзио из повести Томаса Манна "Смерть в Венеции": "Вне времени появляется мое дитя, звезды на небе сияют для тебя, Тадзио, и я люблю тебя вечно" (Hors temps apparaît mon enfant, les étoiles au ciel brillent pour toi, Tazio, et t'aiment éternellement).