"Лоэнгрин" возвращается на сцену Большого театра
Тим Йип проводит все время в мастерских Большого театра. Художник, создавший костюмы для фильма "Крадущийся тигр, затаившийся дракон," принесший ему "Оскар", теперь создает мрачные миры вагнеровского "Лоэнгрина".
Тим Йип, художник: "Это сложные миры. В них разные смыслы. Много тёмного. Но есть и светлое. Это измерение я передаю через цвет".
Тим работает в области современного искусства, театра, кино, литературы. Он не только художник — дизайнер одежды, что очень помогает ему в театральных проектах. Для оперы Вагнера в Большом придумал костюмы в тон декораций. Четырехцветные плащи на магнитах.
"Хор будет одет в плащи. Каждый раз певцы будут их перестёгивать, меняя цвет, чтобы показать принадлежность к определенным героям и событиям. Каждый участник знает вплоть до секунды, когда и какой цвет должен быть на сцене", — рассказал Тим Йип.
180 плащей. Вес каждого — четыре килограмма. Художники расписывают их вручную. Мария Горюнова, художник: "Сначала делаем подложку — серый цвет. Далее у нас идет а-ля плесень зеленоватый и рыжий оттенки".
Превращения будут происходит на глазах зрителей. Тим создаёт историю будущего. Возможно таким оно будет лет через шестьдесят. Это будущее не очень счастливое. Будущее после войны, когда всё разрушено, когда у людей нет надежды, и тогда возникает Лоэнгрин, который приносит надежду.
Это причудливое платье для Эльзы — главной героини — сделали из вяленой пряжи и проволоки. Художники Большого впервые работают с таким материалом.
Ирина Вещева, заведующая художественными мастерскими по производству костюмов Большого театра: "Это в технике крейзи-вулл, руками сваленная тряпочка. Он хотел единения с природой, что-то такое, чтобы напоминала нам о природе. Чтобы Эльза, она была дитя природы".
Платье напоминает ветки дерева. Елена Аглатова, художник: "Ветка — это проволока, она обмотанная мягкой тканью и сверху крашенная".
В каждом костюме Тим использует определенную символику: "Образ Эльзы связан с природой и любовью. Когда приходит любовь, в замёрзшей земле прорастают первые ростки. Но как только любовь заканчивается, снова все замерзает".
Сцену Большого театра художник увидел два года назад. Он специально приезжал в Москву, чтобы посмотреть пространство. Решил, прозрачный мир германского эпоса будет контрастировать с роскошью золота и красного бархата зала.
Тим Йип: "Музыка требует определенной статики. Но все время будет что-то происходить. Будут меняться цвет, свет. Хор будет постоянно взаимодействовать с декорациями".
Светодиодные экраны — тоже часть декорации. Ожившие фантастические иллюзии Тима Йипа станут реальностью.
"В восточной культуре нет твердых определений, все время что-то меняется. И здесь тоже сложный рисунок, движение, которое может исчезнуть или из которого может возникнуть новый образ, такая реальность сна", — пояснил художник.
Тим много работает в кино. Сотрудничает с театрами. Ему рады на всех континентах. В Нью-Йорке, Пекине, Париже. На фестивалях в Авиньоне, Эдинбурге. Теперь Москва и первая совместная работа с режиссером Франсуа Жираром.