Застройщики бегут от долевого строительства

Две недели назад в силу вступил закон, обязывающий продавать квартиры в строящихся домах только по договорам долевого участия. Как защитить свои права и почему новый закон не работает, "Вести ФМ" рассказал руководитель аналитического центра "Индикаторы рынка недвижимости" Олег Репченко.

Две недели назад в силу вступил закон, обязывающий продавать квартиры в строящихся домах только по договорам долевого участия. За нарушение грозит штраф - от 500 тысяч до 1 миллиона руб. Однако, несмотря на весомые штрафы, застройщики продолжают работать по старым схемам, оформляя сделки задним числом. Как защитить свои права и почему новый закон не работает, "Вести ФМ" рассказал руководитель аналитического центра "Индикаторы рынка недвижимости" Олег Репченко.

"Вести ФМ": Олег Николаевич, добрый день. Скажите, пожалуйста, чем новые правила отличаются от старых? Почему застройщики не хотят по ним работать?

Репченко: Следует отметить, что закон, обязывающий продавать квартиры по договорам соинвестирования, вступил в силу еще в 2005 году.

"Вести ФМ": Но он не был жестким?

Репченко: Скорее, не был жестким контроль за его исполнением. Во многом эта ситуация сохраняется и по сей день.

"Вести ФМ": Кто сейчас будет контролировать и каким образом?

Репченко: За последние годы ситуация заметно изменилась. Конечно же, контроль лежит на местных властях, поэтому исполнение закона о продаже квартир по договорам соинвестирвоания, а не по "серым" схемам, очень сильно разнится от региона к региону. Есть регионы, где практически все квартиры продаются правильно, по договорам соинвестирования, причем, как правило, это даже регионы не центральные, а удаленные от Москвы. Больше всего нарушений, на мой взгляд, как раз таки в Московском регионе. Почему так происходит? Мне кажется, что очень существенное влияние оказывает, во-первых, уровень цен на жилье, во-вторых, наличие спроса. В Москве ситуация такая, что квартиры - дорогие, их всегда не хватает, а спрос всегда есть.

"Вести ФМ": Даже сейчас?

Репченко: Даже сейчас. И даже, допустим, тот же самый миллион рублей для провинции - это большая сумма. А в Москве средняя стоимость квартиры в новостройке порядка полумиллиона долларов, то есть, соответственно, в рублях это 10-20 миллионов. Один миллион для застройщика, который нарушает этот закон, совершенно не существенен. Если продавать квартиры по договорам соинвестирования, то застройщик несет гораздо большую ответственность, например, выплачивает неустойки за задержку сроков строительства. Он несет ответственность за качество и многие другие вещи.

"Вести ФМ": Именно поэтому они и сопротивляются?

Репченко: Да, совершенно верно. И поэтому застройщик понимает, что у него есть альтернатива – либо заплатить штраф в миллион рублей, либо нести на себе дополнительные обязательства перед покупателями, которые могут вылиться во много миллионов рублей, поэтому и продолжают нарушать. Есть пример Петербурга, где власти проявили политическую волю и в течение месяцев начали все строки санировать и в оперативном режиме переводить продажу квартир на правильную, законную продажу. В Москве, вроде как, тоже существуют органы контроля, но пока они не хотят работать. 70-80% рынка, по нашей статистике, продается не по договорам долевого участия, а по различным альтернативным схемам.

"Вести ФМ": А что же делать? Куда жаловаться?

Репченко: Как я уже сказал, "серые" схемы живут в тех регионах, где жилье в дефиците и на него высокий спрос. А вторая сторона медали - то, что люди все равно покупают. Сложный вопрос – куда жаловаться. Существует Москонтроль, который был создан в прошлом году и должен контролировать эту тему, но опять же, пока в Москве каких-то активных действий нет. Но тем не менее можно, конечно, попытаться туда обратиться. Я думаю, что в ближайшее время ситуация должна постепенно налаживаться, потому что кризис все-таки усилил конкуренцию на рынке и все больше застройщиков понимают, что продавать по закону – это определенное конкурентное преимущество перед другими компаниями.
 

Комментарии Олега Репченко слушайте в аудиофайле.