Уволишь 200 тыс. милиционеров - появится 110 тыс. преступников. Реплика Максима Кононенко

Уволишь 200 тыс. милиционеров - появится 110 тыс. преступников. Реплика Максима Кононенко
Недавно в "Живом журнале" появилось свидетельство неиллюзорности реформы органов внутренних дел. Один несистемный оппозиционер попал в отделение за участие в уличной акции.

Недавно в "Живом журнале" появилось свидетельство неиллюзорности реформы органов внутренних дел. Один несистемный оппозиционер попал в отделение за участие в уличной акции. И, удивившись царившей в туалетной комнате антисанитарии, обратился к одному из милиционеров с вопросом: "А че ж вы не убираете-то?" Посмотрев на наглеца с жалостью и сочувствием, милиционер вздохнул и ответил: "Реформа у нас. Масштабные сокращения. Вот, пришлось уволить уборщицу".

Лиха беда, как говорится, начало! Сначала уборщиц, потом дворников и секретарш. А там дойдет дело и до собственно милиционеров. И если уборщица, дворник и секретарша моментально найдут себе новую работу, то милиционеру будет сложнее. Никаких специальных программ по трудоустройству сокращаемых сотрудников МВД российское правительство не планирует. Заместитель главы Минздравсоцразвития Максим Томилин так и сказал: "Для милиционеров - нет". А потом успокоил: "Не беспокойтесь! Без работы они не останутся. Население им поможет. Население любит милицию".

Уж не знаю, пошутил Максим Томилин или же нет - но сами милиционеры с ним не очень согласны. Именно в той части, где говорится о любви населения. Проведенный недавно на сайте милицейского профсоюза анонимный опрос показал, что 55 процентов милиционеров после сокращения собираются уйти в криминал. Не надо даже быть газетой "Ведомости", чтобы подсчитать: если в ходе реформы будут уволены 200 000 милиционеров, то Россия обретет 110 тысяч потенциальных преступников. Причем хорошо обученных рукопашному бою и обращению с оружием преступников. Причем наша милиция и сейчас не очень хочет бороться с бандитами - ей куда как интереснее бороться с бизнесменами. Это следует из другого опроса, согласно которому 19 процентов милиционеров пришли в милицию чтобы заработать, 37 процентов - чтобы заработать, внимание, любым способом, 7 процентов - сами не знают зачем. И только оставшиеся 37 процентов - для того, чтобы бороться с преступностью. А теперь представьте себе, как эти 37 процентов будут бороться со своими бывшими коллегами, приятелями и собутыльниками. Представляете? Вот я тоже не очень-то представляю. Честно говоря, иногда хочется построить над этой милицией большой саркофаг. Как в Чернобыле.

Реплика Максима Кононенко на радио "Вести ФМ"