Белые "бежали" из Крыма стройными рядами. История с Андреем Светенко
В эти дни ровно 90 лет назад, в 1920 году, в Крыму полным ходом шла эвакуация - то, что Булгаков потом назовет характерным словом "бег". С подробностями – обозреватель "Вести ФМ" Андрей Светенко.
Бегство, впрочем, шло организованно, то есть, вопреки другой закрепившейся в памяти картинке из фильма "Служили два товарища", - без паники. Паника была чуть раньше - в Одессе и Новороссийске, а из Крыма уходили организованно, воинскими частями, лазаретами, управлениями и службами, организациями и ведомствами. Всего 150 тысяч человек на 126 судах.
Трагический финал упомянутого фильма, где герой Владимира Высоцкого, поручик Бруснецов, кончает жизнь самоубийством, - это то самое желаемое, которое в советском фильме выдано за действительное. Такие, как Бруснецов, уходили тогда с твердой уверенностью, что вернутся. "Уходили мы из Крыма среди дыма и огня. Я с кормы все время мимо в своего стрелял коня" - это стихи участника событий Николая Туроверова. Другое дело, что он, как и десятки тысяч уходивших, будет очень удивлен, что англичане и французы, оккупировавшие тогда Константинополь, первым делом прикажут пришедшей из Крыма русской армии разоружиться и неделю будут держать эскадру и конвой на внешнем рейде, в ужасных условиях, давая понять, что Белой армии не существует, что все эти люди для них, как и для советской власти, просто перебежчики. Такое вот странное завершение похода Антанты против советской власти. Да, тех, кто ушел, ждала незавидная участь эмигранта. Но хуже пришлось тем, кто остался.
Ведь далеко не все, кто находился в 1920 году в Крыму и кому встреча с большевиками ничего хорошего не сулила, пустились тогда в бега. Многие просто не чувствовали за собой вины, кто-то надеялся на обещанную амнистию. А она действительно была обещана: "сдавшихся и добровольно явившихся ждет полное прощение всех проступков, связанных с гражданской борьбой".
Но это был циничный обман. 28 ноября в Крыму начались массовые аресты и расстрелы. По некоторым оценкам, уничтожено было тоже 150 тысяч людей всех сословий - от офицеров до гимназисток. Один из организаторов "красного террора" в Крыму, венгерский интернационалист Бела Кун, открыто заявил: "Так как Крым отстал в своем революционном развитии на три года, то мы быстро подвинем его к общему революционному уровню России".