Прокуроры получили на вооружение психические расстройства. Реплика Максима Кононенко
На сайте Минздравсоцразвития опубликован проект постановления правительства "О порядке проведения медицинского освидетельствования на предмет наличия заболевания, препятствующего поступлению на службу в органы и учреждения Прокуратуры Российской Федерации". К проекту постановления прилагается "Перечень заболеваний, препятствующих исполнению служебных обязанностей прокурорского работника". И чего там только нет!
Прокурором не может работать человек с эпилепсией и тяжелыми нарушениями зрения. Нечего и пытаться поступить на службу в прокуратуру людям со стойким снижением слуха, крайней степенью ожирения и алкоголизмом. Не годятся люди с гемофилией, ревматоидным артритом, циррозом печени и хроническими болезнями почек. И, разумеется, какой же список болезней без системной красной волчанки! Так вот с волчанкой в прокуроры тоже нельзя.
Не знаю как вы, а лично я этим постановлением очень доволен. Ведь ни у кого не вызывают удивления списки противопоказаний для работы, скажем, пилотом гражданской авиации. А ведь работа прокурора значительно ответственнее, чем работа пилота. Пилот просто управляет самолетом, а прокурор, на минуточку, сажает в тюрьму. И если у прокуратуры когда-нибудь, не дай бог, конечно, возникнут вопросы ко мне, то я хотя бы буду достоверно знать, что у задающих эти вопросы нет системной красной волчанки и алкоголизма. И тяжкие недуги не помешают прокурорским работникам исполнить свою правоохранительную задачу честно и в соответствии с законодательством.
У меня к этому списку есть лишь один, дилетантский вопрос. Вот в пункте номер 8 написано: "Хронические и затяжные психические расстройства с тяжелыми стойкими или часто обостряющимися болезненными проявлениями". То есть - хронические и затяжные. С частыми обострениями. А если болезненные проявления психического расстройства обостряются редко, то, стало быть, всё в порядке. Можно быть прокурором. Это очень удобно. Вот мы, например, знаем, что практически каждый совершивший преступление милиционер, как оказывается, уволился из органов внутренних дел как раз накануне совершения преступления. Иногда даже складывается ощущение, что каждый уволившийся милиционер немедленно идет совершать преступление. А с прокурорами так не получается. Прокурор - не милиционер, его задним числом не уволишь, потому что его жалко. Ведь прокуроров значительно меньше, чем милиционеров. Поэтому любое преступление прокурора можно объяснить редким обострением болезненного проявления психического расстройства. Изнасиловал трех школьниц, как тот заместитель прокурора в Хабаровском крае? Это у него обострение! Сбил пешехода на переходе? Обострение! Пьяный выехал на встречную полосу? Болезненное проявление! А за разрешенные болезни у нас не увольняют. И, разумеется, не наказывают. Пропишут таблетки - и дальше работать.
Реплика Максима Кононенко на радио "Вести ФМ"
Читайте также на сайте радио "Вести ФМ":
За российский газ заплатят "друзья" Лукашенко
Украина готова заменить Белоруссию
ММКФ готовится к показу жарких сцен