На "экономическом портрете" россиянин получился в песце и под наркозом. "Экономика. Итоги недели"
Убыточные компании выдавить с рынка в России невозможно
Яковлев: На прошедшей неделе Росстат России опубликовал долгожданные макроэкономические итоги 2009 года. Статистика вышла в целом так себе, да и кто, собственно говоря, ждал иного – все же год оказался очень непростым, спасибо, что нефтяная кривая кое-как но все же вывезла нас из ямы, куда все быстро катилось еще прошлой зимой назад. Однако меня лично заинтересовали не сводки о промпроизводстве и инфляции, а отдельный пресс релиз Росстата под абсолютно невзрачным заголовком "О финансовых результатах деятельности организаций в январе-ноябре 2009 года".
Между тем статистики выяснили, что по итогам этой самой деятельности за 11 месяцев прошлого года доля убыточных предприятий в России выросла на 5,8 процентного пункта по сравнению с 2008 годом, и составила (вдумайтесь) 33,1 процента.
При этом чистая прибыль российских компаний снизилась в 2009 году на 21 процент по сравнению с годом прошлым. Конечно, Росстат в этой сводке не учитывал организации, работающие в отрасли сельского хозяйства, а также банки, страховые, бюджетные организации и субъекты малого предпринимательства, однако в целом итог, как мне кажется, получился репрезентативным и грустным. Как сухой остаток: Треть российской экономики не то чтобы не эффективна, а просто убыточна. Конечно, сразу можно возразить, а что ты хочешь от такого года? Весь мир вон еле-еле вбирается из рецессии, а ты тут очерняешь. Однако, как мне кажется, корень зла здесь глубже, и дело не в кризисе. Российская экономика была низкоэффективна, монополизирована и неконкурентна и в прошедшем десятилетии, и есть нехорошее ощущение, что кризис здесь катарсисом не станет.
Рынок и конкурентная среда должны бороться с убыточными компаниями и выдавливать их с экономического поля, однако в России это по ряду объективных причин невозможно. Пример того же АвтоВАЗ уже, что называется, навяз в зубах. Но как можно заниматься модной нынче модернизацией, когда треть хозяйствующих субъектов в стране убыточны, но при этом продолжают функционировать? Что тут модернизировать? Вопрос, конечно, риторический, но иной другой на ум сразу и не приходит.
Как повысить эффективность российской экономики, мы спросили директора Департамента стратегического анализа компании ФБК Игоря Николаева.
Николаев: Складывается такое впечатление, что если мы не придумаем что-то, не сделаем что-то реальное, вот эти средства на модернизацию будут потрачены понапрасну. Почему? Потому что это все средства на модернизацию, понимаемую как внедрение новых технологий, прежде всего. Но что мы не учитываем? И это принципиально важно. Если мы даже разработаем эти новые технологии, если мы приобретем какие-то новые высокотехнологичные активные, но наша рыночная, или экономическая среда останется прежней, то эти новации будут отвергнуты. В чем проблема нашей среды, нашей экономической среды? Проблема в том, что у нас экономика – экономика с низким уровнем конкуренции. Есть замечательная статистика Федеральной антимонопольной службы. У нас 60% дел о нарушении конкуренции – это дела в отношении органов власти. Всех уровней, от муниципального и выше. Значит, что надо делать, чтобы уровень конкуренции был выше? Надо проводить реальную административную реформу, и чтобы не государство было врагом конкуренции. Если мы это сделаем, то будет экономика с высоким уровнем конкуренции, и такая экономика будет восприимчива к инновациям, восприимчива к идеям и реальным шагам по модернизации.
Стоит ли распродавать российские банки?
Яковлев: На прошедшей неделе глава Сбербанка Герман Греф выступил за приватизацию госбанков и предложил начать с продажи части госпакета акций возглавляемого им крупнейшего российского банка, средства от которой могут пойти на покрытие дефицита бюджета.
Выступая на одном из мероприятий Давосского экономического форума, г-н Греф заявил, без частичной приватизации Сбербанка"российские власти не смогут эффективно решить проблему бюджетного дефицита.
"Надо приватизировать госбанки. Я предлагаю начать со Сбербанка", - сказал Греф на завтраке для участников экономического форума в Давосе. "У государства дефицитный бюджет. Высочайшая капитализация Сбербанка позволяет очень выгодно продать большой пакет акций", - также отметил гн Греф.
Справка
Сбербанк России является крупнейшим банком Российской Федерации и СНГ. Капитализация банка 1 трлн 940 млрд рублей. Основной акционер – Центробанк, ему принадлежит 60% голосующих акций. Чистая прибыль Сбербанка по итогам 2009 составила 36 млрд рублей, это втрое меньше, чем годом ранее.
В свою очередь российский министр финансов Алексей Кудрин предложил начать не со "Сбербанка", а с ВТБ. "ВТБ будет приватизирован раньше Сбербанка, - заявил глава Минфина в ответ на высказанное Грефом предложение. При этом он добавил, что пока приватизировать госбанки рано, поскольку рынок еще полностью не восстановился. Выяснилось, что первый вице премьер, как и глава Сбербанка, ждет момента, когда РФ начнет продавать государственные банки.
Вообще говоря, идея приватизации банков отчего-то очень активно муссируется именно в последние недели. Так, совсем недавно глава Агентства по страхованию вкладов Александр Турбанов предложил обязать крупнейшие банки провести IPO и разместить до 25% акций. Речь при этом велась о кредитных организациях, активы которых превышают 5% совокупных активов всех банков России.
Стоит ли распродавать российские банки, и кому это будет выгодно? Говорит директор Банковского института Государственного университета - Высшей школы экономики Василий Сладков.
Сладков: Для того чтобы услуги шли по премиям ценам, а для того чтобы реально нам с вами предлагались какие-то инновационные продукты, должна быть конкуренция. Это означает, что на рынке должно быть достаточно большое количество участников, и то, что силы у них должны приблизительно равны. У нас с вами сложилась такая ситуация, что четыре госбанка, и они, по сути дела, монопольно закрывают где-то около 80% всего банковского рынка. Хорошо это или плохо? В условиях кризиса вот то, что мы сейчас с вами переживаем, может быть, это и хорошо. С другой стороны, система гарантий, допустим, по депозитам, распространяется на любые банки вне зависимости от формы собственности. И когда государство через госбанки пытается каким-то образом регулировать экономику, это тоже не есть хорошо, поскольку эти банки являются коммерческими, и их основная задача - при допустимом уровне риска зарабатывать деньги, финансируя этим самым экономику. Не те проекты, которые им пальцем указывает государство, для этого есть банки развития, а те, которые они считают для себя целесообразными.
Акции РУСАЛа восприняты если и не в штыки, то без энтузиазма
Яковлев: В прошедшую среду в Гонконге стартовали торги акциями UC Rusal, который открыл сезон российских IPO 2010 года. Первый торговый блин, в отличие от самого размещения, вышел немного комом. Инвесторы поддались общим негативных настроениям, царившим на мировых площадках, и восприняли новые бумаги если и не в штыки, то без энтузиазма. Сыграло свою роль и падение цен на алюминий, а также опасений игроков относительно дальнейшего ужесточения денежно-кредитной политики китайских властей. В итоге акции российского алюминиевого холдинга при открытии потеряли сразу 8% к уровню размещения, а по итогам своей первой торговой сессии просели на 10,6%. Распродажа акций компании продолжилась в Париже: торги бирже Euronext, где также торгуются расписки холдинга , начались с падения цен на 11%.
Справка
По итогам IPO объединенная компания РУСАЛ была оценена в 21 млрд долларов США, и за проданные 10,6% акций получила 2 млрд 240 млн долларов. Согласно заявлениям РУСАЛаl, после IPO в Гонконге число акционеров алюминиевого холдинга существенно возросло – с 4 до 233 акционеров.
Впрочем, динамика цен акций компании сейчас не главное. Важно то, что РУСАЛу все же удалось привлечь с рынка деньги, и сделать это на вполне приемлемых для себя условиях. Колоссальная долговая нагрузка, незавершенное соглашение по реструктуризации долга с синдикатом иностранных банков и неустойчивая динамика цен на алюминий естественным образом должны были отпугивать инвесторов от покупки еще совсем недавно очень привлекательного актива. Однако все прошло для компании весьма успешно, хотя, конечно, тут не обошлось без помощи государства. Внешэкономбанк выступил якорным инвестором на IPO, выкупив порядка трети от всего планируемого размещения, о своем "желании" купить акции РУСАЛа объявили еще два госбанка: ВТБ и Сбербанк. В итоге размещение вышло нерыночным, но вполне себе качественным. При этом РУСАЛ добился главной своей цели – сумел привлечь финансирование, а это все, что было нужно увязшей в долгах компании. Важно еще и то, что приличный старт алюминиевого гиганта может подтолкнуть к выходу на IPO и другие русские компании, которые отложили свои планировавшиеся еще на прошлый год размещения.
Последуют ли за РУСАЛом на биржи другие российские пока что не публичные компании? Об этом рассуждает научный руководитель Института фондового рынка и управления Игорь Костиков.
Костиков: Говоря об IPO в этом году, и мне бы хотелось отметить, что во многом это зависит от того, как будет развиваться международный рынок капитала. Потому что мы видим, что рецессия затягивается, надежды на то, что в первом квартале этого года будет быстрый выход из кризиса, не оправдались, и, естественно, это сдерживает инвесторов, это сдерживает тех, кто готов вкладываться в новые рынки, несмотря на оптимизм в отношении развивающихся стран, стран БРИК. Поэтому я бы посмотрел на рынок IPO для российских компаний достаточно консервативно. Скорее всего, мы увидим несколько IPO - одно, два, может быть, до пяти, но массовый выход российских компаний снова на международный рынок капитала, скорее всего, следует отнести на следующий год и последующие годы. После того, как очевидным будет выход из кризиса.
Специалисты нарисовали экономический портрет россиянина
Яковлев: Напоследок еще немного занимательной статистики от Росстата. Анализируя сегменты российской промышленности за 2009 год, уважаемые эксперты выяснили, что двузначные цифры роста в прошлом показало производство таких явно необходимых продуктов как коньяк, икра и препараты для наркоза.
Абсолютным же рекордсменом по темпам роста в прошлом году стало производство кожаных папок – их выпуск вырос в 8,8 раза до 2,2 миллиона штук на фоне общего спада легкой промышленности на 16 процентов. Следом идут шкурки голубого песца – их производство увеличилось на 34 процента, и детская обувь – рост более чем на 16 процентов. Коньяк стал единственным исключением в грустной динамике алкогольной отрасли: производство спирта и ликероводочных изделий сократилось на 1,6 и 7,3 процента. Худшие показатели в потребительской индустрии показали производство льняных тканей и женских пальто, сократившееся более чем на 40 процентов, а также валенок, где падение составило 35 процентов.
Занятным выходит, судя по структуре выросших промышленных сегментов, портрет среднего потребляющего все это россиянина в 2009 года. Это человек с кожаной папкой, в манто из голубого песца, с бутылкой коньяка и под общим наркозом. Ну, кризисный год, что делать...
"Экономика. Итоги недели" с Александром Яковлевым на радио "Вести ФМ".
Комментарии экономических специалистов слушайте в аудиофайле.