"Метель" Владимира Сорокина отсылает читателя и к прошлому, и к будущему. Реплика Антона Долина
В продажу поступила новая книга знаменитого писателя Владимира Сорокина – "Метель". О ней реплика обозревателя радио "Вести ФМ" Антона Долина.
Долин: Вероятно, найдутся те, кто поспорит с негласным статусом Владимира Георгиевича Сорокина как первого русского классика XXI века. Бесспорно одно: ни за чьей литературной эволюцией в последние годы не было так увлекательно наблюдать. Подпольщик и убежденный нон-конформист советского времени, подхвативший знамя абсурдизма из рук обэриутов, Сорокин мастерски имитировал и официозный бюрократический язык центральной печати, и велеречивую прозу писателей из школьной программы. В 1980-х появились "Норма", "Очередь" и "Тридцатая любовь Марины", после перестройки – более радикальные и смелые "Месяц в Дахау" и "Роман". Уже после этого Сорокин внезапно ударился в не слишком научную фантастику и футурологию в нашумевшем романе "Голубое сало", тут же превратившись из неформала в модного писателя, а впоследствии занялся сектантством и утопизмом в монументальной "Ледяной" трилогии. К этому же времени относятся и дебюты писателя в театральной драматургии, сценарном деле и даже работе оперного либреттиста, итогом которой стали скандальные "Дети Розенталя".
А теперь появилась "Метель". Заголовок – обязывающий; и по объему, и по духу это вполне себе "повесть Белкина". Остро злободневные сатирические "День опричника" и "Сахарный Кремль" остались позади. Сорокин покинул опостылевший город, теперь он живет в Подмосковье, и природа – а также подзабытая им лишь на недолгое время традиция классической прозы – занимают его больше, чем политика. Без карикатурной преувеличенности "Романа" и "Нормы" Сорокин любовно выписывает глубинку – провинцию, в которой ничего не меняется: язык отсылает читателя к XIX столетию, фантастические реалии – кажется, к концу будущего века. Доктор Гарин, типический русский интеллигент, в компании с дружелюбным ямщиком Перхушкой пытается добраться до соседней деревни, где необходимо вакцинировать местное население от загадочной боливийской чумы, превращающей людей в зомби.
"Книга дороги", как "Мертвые души", ведет от одной негаданной точки к другой, и пункт назначения растворяется в снежном тумане. На открытом бездорожье человек парадоксальным образом остается решать важнейшие вопросы наедине с собой – и это, пожалуй, лучше всего отражает дух времени в новейшей, забавной, но вместе с тем, лиричной, глубокой и неподдельно-печальной прозе Владимира Сорокина.