Мэр Москвы вмешался в реконструкцию Большого театра
На стройплощадке, где вовсю идут работы по реконструкции, а теперь уже и реставрации Большого театра, появились неожиданные трудности. Разобраться в них попытался культурный обозреватель радио "Вести ФМ" Григорий Заславский.
Те, кто внимательно следит за ходом главной театральной стройки Москвы, а можно сказать и России, наверное, заметили, что в рапортах мэра Москвы Юрия Лужкова, когда среди прочих, он посещает и стройплощадку Большого театра, появились новые слова. Даже не слова, а объекты, о которых мы раньше не знали.
После очередного совещания на стройплощадке Большого театра Юрий Михайлович пообещал вскоре открыть под Большим театром рекреационную зону, где будут кафе и музей. Причем - без дополнительных расходов. Путем несложных умозаключений можно понять, что эта самая зона появится там, где еще недавно строили подземный концертный зал.
Очень странно. Вроде бы недавно, этой весной, руководитель Дирекции по строительству, реконструкции и реставрации Яков Саркисов, который, собственно говоря, и отвечает сегодня за все, что происходит на стройплощадке, заявил, что Камерный зал Большого театра под Театральной площадью будет введен в эксплуатацию в 2010 году. А теперь получается, что зала не будет. А вместо него построят кафе и музей.
Как это возможно без дополнительных расходов, понять невозможно, а любой строитель скажет, что не только понять, но и построить - тоже нельзя.
Пожалуй, самое время углубиться в историю, впрочем, недавнюю. В конце мая, чтобы активизировать стройку, была создана межведомственная рабочая группа по вопросам осуществления реконструкции, реставрации и технического оснащения Большого театра. Ровно через четыре дня заместитель мэра Москвы, руководитель стройкомплекса Владимир Ресин сообщил, что власти Москвы приняли решение об активном участии в реконструкции Большого театра, а вскоре Юрий Лужков после очень долгого антракта появился на стройплощадке и сделал первые громкие заявления. В частности сказал, что устойчивость фундамента Большого театра до сих пор была под угрозой, но вот-вот будет восстановлена. Дня через два, правда, сказал, что устойчивости угрозы нет и вообще все не так страшно.
Коротко говоря: те, кто привлекал Лужкова к сотрудничеству, точнее было бы сказать, кто считал, что его внимание к этой стройке пойдет на пользу Большому, не учли, что Юрий Михайлович не только трибун и не только коллективный организатор, - он еще и строитель. А там, где он появляется, почти всегда возникает деликатная, можно сказать, стилистическая проблема, связанная с тем, что с Юрием Михайловичем невозможно вести дискуссии. По той простой причине, что возражения не принимаются.
И вот теперь Юрий Михайлович бьет кулаком по столу и говорит: здесь будет кафе и музей. И хотя деньги по прежнему идут из федерального бюджета и за все происходящее по-прежнему отвечает "Курортпроект", а иного проекта нет в природе и никто его никому не заказывал, и заказчик - прежний, и генподрядчик, никто из сопровождающих Юрия Михайловича не смеет ему возразить.
При этом надо понимать, что Юрий Михайлович, по существующим законам, за последствия не отвечает. Ему даже подпись свою нигде не надо ставить, поскольку и подписи ставят, и распоряжаются бюджетом, и договора со строителями заключают другие люди. Кстати, им-то и придется отвечать, если вдруг с перепугу подземный концертный зал наскоро начнут переделывать в кафе и музей. Без проекта и всех положенных согласований.