Государство проведет работу над ошибками молодости. "Утро с Владимиром Соловьевым"
11декабря более 5000 человек собрались на Манежной площади на несанкционированную акцию в честь погибшего в массовой драке с участием выходцев из регионов Северного Кавказа болельщика "Спартака" Егора Свиридова, которая обернулась массовыми беспорядками. Тогда милиции удалось задержать около тысячи человек, и большинство задержанных оказались подростками. Что сделать, чтобы спасти наших детей? Почему они реализуют себя в беспорядках? Какие вопросы должна решить реформа образования? Какие шаги должны быть предприняты властью для воспитания подростков? Это и многое другое Владимир Соловьев и Анна Шафран обсудили со слушателями "Вести ФМ" в программе "Утро с Владимиром Соловьевым. Полный контакт".
Соловьев: Кто, что, чего участвовал в этих акциях? Половина – дети до 16 лет. Возникает вопрос: где работа колледжей? Ну, имеются ввиду те, которые принимали участие в противоправных действиях. Где центры патриотического воспитания? Где это все? В Москве за это когда-то отвечала госпожа Ларионова – бывший руководитель департамента образования. Ее сняли. Что делали директора школ, преподаватели? Как они, вообще, намерены на эту тяжелейшую ситуацию реагировать? Ведь, очевидно, что произошедшее в Москве и в некоторых других российских городах, это, если угодно, приговор школьной реформе последних лет. Вот вам увлечение ЕГЭ, вот вам отсутствие пионерской и комсомольской организации, октябрят. Вот вам проявление деидеологизирования школы. Потому что вместе с деидеологизированием куда-то делась и гуманность. И выяснилось то, что школа-то как воспитатель ничтожна. Просто ничтожна.
Любопытно, что когда проверили, что за студенты, что за школьники были, оказалось, что довольно многие были с липовыми студенческими билетами. Притом как наши, так и гости с Кавказа. Были студенты из неаккредитованных вузов. То есть левые такие вузы. Теперь у них есть проблемы. Но у меня вопрос в другом. А деканы этих вузов где? Я считаю, что должна быть персональная ответственность директоров и деканов. Вот из какого института повалили – понятно: хромает идеологическая работа. Из какой школы повалили – понятно. И когда директор говорит: "А вы пойдете на мое место работать?" - Другую найдем на твое место. Не справляешься – до свидания. Нечего занимать чужое место.
Шафран: Прямо сейчас с нами на связи Евгений Бунимович – уполномоченный по правам ребенка в городе Москве. Доброе утро, Евгений Абрамович
Бунимович: Доброе утро!
Соловьев: Доброе утро! Евгений Абрамович, вот произошедшее на Манежке, у Киевского вокзала, Останкино показало, что нет у нас достойной идеологической воспитательной работы с молодежью. Вышли как раз все те, которые уже жили в эпоху школьной реформы. Как Вы считаете, что необходимо сделать в школе, чтобы изменить ситуацию?
Бунимович: Ну, прежде всего, вы знаете, школе надо перестать делать вид, что ничего этого не существует. Может быть, действительно, с этой точки зрения, Манежная будет сигналом. Вспомните, когда появился на телевидении сериал "Школа", первое, что говорили все учителя, особенно директора, в таком праведном гневе, что ничего подобного у них в школах не существует. Если сейчас опросить, будет примерно то же самое. Такое впечатление, что все эти ребята на Манежной или особенно в Останкино, где было еще больше именно школьников, появились с Марса, а не из наших школ. То есть первое, что нужно ясно понять, что это все существует. Все почему-то хорошо понимают, что для того, чтобы, я не знаю там, решить квадратное уравнение, нужно сначала что-то такое выучить. А то, что все эти вопросы очень сложные, больные вопросы, межнациональные, межрасовые... Кстати говоря, самая большая проблема наших школ – это богатые и бедные, это дает наше исследование.
Соловьев: Конечно.
Бунимович: Вот что это все требует не менторского, как сейчас хотят сделать духовно-нравственного воспитания. То есть придет кто-то и один час будет что-то вещать. Совсем не это требуется. Требуется вступать в диалог, разговаривать с ними. Пусть даже неполиткорректные они будут делать высказывания, но пусть они их делают в школе, а не на Манежной. Пусть они ощущают то, что с ними разговаривают, что их пытаются понять. Это первый, самый простой момент, который говорит о том, что надо вообще...
Соловьев: Посмотреть правде в глаза.
Бунимович: Да. Это первое. Потом говорят, что наши школьники перегружены. Но перегружены те, кто учится, понимаете. А примерно больше трети, по международным исследованиям, сейчас у нас были катастрофические результаты.
Соловьев: Конечно.
Бунимович: Примерно мы заняли по математической грамотности из 65 стран 38-40 место, по читательской грамотности 41-43 и по естественнонаучной - то же самое, где-то в районе 40 места.
Соловьев: А раньше какие были показатели?
Бунимович: Ну, раньше показатели были получше. Там были 20-25. Тоже не подарок, но все-таки. И примерно треть (28,5%) там вообще не достигает никакого порогового уровня, даже минимального. Вот это сегодняшняя наша школа. Они недогружены. Недогружены, может быть, не какими-то трудными математиками и так далее, а тем, чтобы что-то было позитивное. Кружки закрыты и спортивные секции. Они только для профессионалов, понимаете, они для тех, кто будет в Сочи выступать, а вовсе не для тех, кто живет в наших дворах, подворотнях и так далее. И самое главное – они не видят перспективы. Это не школа здесь поможет. То есть ощущение социального лифта, понимаете, это очень важное ощущение.
Соловьев: Конечно.
Бунимович: Ощущение того, что они завтра могут что-то сделать.
Полностью эфир программы "Утро с Владимиром Соловьевым. Полный контакт" слушайте в аудиофайлах.