Либерализм опасен для сильных держав. "Стратегия" с Максимом Шевченко
Президент Дмитрий Медведев сказал, что российская демократия несовершенно и что правительство это прекрасно понимает, но идёт вперёд. Какова стратегия развития реальной политической системы нашей страны? Об этом Максим Шевченко поговорил с членом федерального политсовета партии "Правое дело" Борисом Надеждиным и политологом Павлом Данилиным в эфире радио "Вести ФМ".
Шевченко: Здравствуйте. В эфире "Вести ФМ" - программа "Стратегия". Максим Шевченко с вами. А вот в микрофоны по обе стороны от меня дышат так тяжело люди, которые ровно заинтересованы и имеют прямое отношение к той стратегической теме, которую мы будем сегодня обсуждать. А тема такая. Президент Медведев сказал: "Наша демократия несовершенна, мы это прекрасно понимаем, но мы идем вперед". Выступление в интернет-блоге с его мыслями об избирательной системе, об ее несовершенстве, о том, что в ней существует застой, и что этот застой надо бы преодолеть, и "что этот застой одинаково губителен и для правящей партии, и для оппозиционных сил", вот это мы и будем сегодня обсуждать. Какова стратегия развития реальной политической системы нашей страны, той, которая существует, и той, которую мы хотели бы видеть, и та, которая была бы объективна к Российской Федерации? У нас сегодня в гостях неоднократно страдавший от избирательной системы (по его словам) член федерального политсовета партии "Правое дело" Борис Борисович Надеждин. Борис Борисович, правильно я вас представил?
Надеждин: Да. Страдали, все верно.
Шевченко: Страдали. И политолог Павел Викторович Данилин, который очень много и интересно, и глубоко, и содержательно пишет, но не на оппозиционных сайтах. Правильно, Павел Викторович?
Данилин: Ну, конечно, конечно.
Шевченко: Правильно. Итак, Борис Борисович, первый вопрос к вам как к человеку, кровно заинтересованному. Такое ведь ощущение, что буквально вот президент ваши слова слышал, с которыми вы выступали, в частности, после московских выборов прошлого года, которые вы критиковали, что вот когда вас снимали с выборов, я помню, в Москве, вы говорили, что это под надуманными предлогами там и так далее. Есть застой, президент прав?
Надеждин: Ну да, меня можно, наверное, в Книгу рекордов Гиннеса заносить. За последний год меня сняли с выборов в трех субъектах Российской Федерации – в Москве, в Подмосковье и в Костроме. По самым разным причинам, там дело не в этом. И в этом я вижу некоторое несовершенство нашей избирательной системы, вот. Теперь, если, так сказать, по делу говорить. Медведев констатировал абсолютно очевидный для всех вообще людей факт. Дело в том, что современная политическая система России не обеспечивает реальной конкуренции, что в применении к современной политике означает периодическую смену власти, в данном случае в Кремле или в Думе, по итогам выборов. Вот этого она не обеспечивает.
Шевченко: А ведь периодической смены нет, если народ голосует за одну и ту же партию реально, то система несовершенна?
Надеждин: А вы знаете, смотря чего вы хотите добиться.
Шевченко: Чего вы хотите добиться. Я хочу добиться честного разговора.
Надеждин: Нет, я говорю не о вас лично, а о тех, кто во главе страны. Без всякого сомнения, Россия достигала на протяжении столетий максимальных успехов именно в период авторитарного правления, с этим глупо спорить. Но мир за это время сильно изменился. И если раньше великой державой была та, которая всех покоряла, управляла и так далее, в этом смысле там опыт Петра Первого и Иосифа Сталина можно расценивать как позитивный - страна стала гораздо больше, то сейчас...
Шевченко: То сейчас великой державой является та, которая всех покоряет и всем управляет.
Надеждин: Нет-нет-нет. Дело в том, что для того, чтобы такого типа сильную державу построить, демократия является, без всякого сомнения, вредной. Особенно гнусным является либерализм, отвратителен и ужасен.
Шевченко: Секундочку, подождите.
Надеждин: А вот я сейчас скажу, что дальше произошло.
Шевченко: Подождите, демократическая Россия может быть сильной?
Надеждин: Сейчас я скажу, Максим. А теперь смотрите. Мир, к счастью (я говорю "к счастью", хотя кто-то говорит "к сожалению"), сильно изменился. И теперь полем конкуренции государств является вовсе не военная мощь, а другие вещи, совсем другие. И вот эти другие вещи, среди которых я бы назвал экономику, культуру, продолжительность жизни – ну, все, что связано, они лучше достигаются в условиях такой системы власти, при которой она меняется.
Шевченко: Павел Викторович Данилин, а если власть не меняется? Просто потому, что люди не видят смысла ее менять. Что же, у нас эффективность не может быть достигнута?
Данилин: Ну, все нормально. В Японии власть не менялась 50 лет, и все было хорошо. Япония считается, между прочим, одним из демократических государств, хотя к демократии имеет достаточно относительное отношение (простите за тавтологию). Точно так же, как и США на самом деле. Если посмотреть то, как они в последнее время эволюционируют, в какую сторону, это тоже назвать демократией довольно-таки сложно.
Эфир программы "Стратегия" слушайте в аудиофайле