Шоу Риты Митрофановой

Выпуск 13 ноября 2010 года
Радиопрограмма, 2009 – 2011
Россия
Новостные

3 сезона, 199 выпусков по 32 мин

МИТРОФАНОВА: В студии Константин Крюков. Здравствуй, дорогой. КРЮКОВ: Здравствуйте всем. Я очень рад быть здесь. МИТРОФАНОВА: Хотелось бы узнать о тебе, о мажоре, о сыне таких родителей, у тебя дядя даже режиссер. Чем ты занимаешься, как человек, который особо, по-моему, не упирался, чтобы прославиться. КРЮКОВ: Я снимаюсь в кино, совсем недавно вернулся из длительной поездки в Таиланд, где мы полтора месяца снимали очень интересный проект, на котором было огромное количество подводных съемок. Это первая часть занятий моей жизни. Вторая часть – открыли Ювелирный дом в декабре прошлого года, и сейчас я и мой партнер очень плотно над этим работаем. МИТРОФАНОВА: Ювелирный дом┘ То есть ты сам являешься дизайнером ювелирных изделий? КРЮКОВ: Да, я дизайнер плюс совладелец компании, которая производит и продает ювелирные изделия. МИТРОФАНОВА: Вот это да! А как вообще в это можно попасть? Теоретически, как, вообще вот люди просыпаются и думают: а я хочу стать дизайнером, и что надо делать для этого, знакомых искать? КРЮКОВ: Ну, во-первых, надо знать материал, с которым ты работаешь. МИТРОФАНОВА: Образование нужно. КРЮКОВ: Да, образование нужно обязательно. Если у тебя нет художественного, то, как минимум, это какой-то технологичный, текстильный или еще что-то, смотря какой дизайн. Я специалист по драгкамням, поэтому мне это очень близко. МИТРОФАНОВА: А ты специально заканчивал какую-то школу, колледж? КРЮКОВ: Да, у меня американский диплом. Я такой типа геммолог. МИТРОФАНОВА: Ты в Америке учился? КРЮКОВ: Я учился здесь в их представительстве, потому что у нас с этим в стране очень хорошо, мы страна-производитель, здесь куча всего. МИТРОФАНОВА: И, главное, что ты поймал момент, поскольку до какого-то момента у нас продавались только золотые, из розового самоварного золота изделия с красными камнями рубинами, больше ничего не было. КРЮКОВ: Да, советская такая история. До сих пор, если вы приедете на выставку, где выставляются все наши производители, большинство, конечно, именно занимаются такими вещами. Но разница ценовой ниши, есть там суперпопулярные, это как раз розовое золото и русский производитель, есть чуть подороже, есть совсем дорого. МИТРОФАНОВА: То есть, ты даже разбираешься в цене и качестве? КРЮКОВ: Ну, конечно, мы уже давно занимаемся этим бизнесом. Сейчас, единственное, он стал публичным, мы открыли Ювелирный дом, в котором уже всё продается официально. А до этого у нас было, грубо говоря, тет-а-тет с клиентом. МИТРОФАНОВА: А сейчас, поскольку перестали сажать за частное предпринимательство, ну, скоро, во всяком случае, обещали┘ КРЮКОВ: Да, да, поскольку страна стала немного свободней, мы занялись этим бизнесом. На самом деле, в этом сошлись все мои увлечения, развлечения и дела, которые я делал по жизни. МИТРОФАНОВА: То есть, ты повзрослел. КРЮКОВ: Может быть, не знаю. Я пишу картины. МИТРОФАНОВА: Ну, актерство, разве ж это серьезно?! КРЮКОВ: Нет, от этого я ни в коем случае не отказываюсь. Кино – это главный столп в моей жизни, мне очень это нравится, очень интересно и хочется в этом как-то развиваться дальше. МИТРОФАНОВА: Да, но не начинал ты, как актер? Ты стихийно, тебя призвал, по-моему, в армию любовников актеров Бондарчук, твой дядя, Федор Сергеевич? КРЮКОВ: Бондарчук призвал абсолютно стихийно, я никогда даже камеру не видел до первого съемочного дня ╚9 роты╩. Но с тех пор занимаюсь очень много всем, что связано с кино. МИТРОФАНОВА: А как он, просто твою фотографию нечаянно увидел где-то в семейном альбоме? Говорит: о! КРЮКОВ: Мы живем в соседних домах, и как-то за ужином, сначала моя мама предложила абсолютно какую-то странную для всех мысль: а попробуй-ка ты Костю. Федя сказал: давай, попробуем. Я приехал к нему на ╚Мосфильм╩ на пробы, мне это было очень странно, стул изображал, танк, там где-то за кабинетом гора, читал какой-то текст. Но потом коллективным советом было принято решение, что мне надо эту роль играть, и уже были безумно сложные 4,5 месяца съемок. МИТРОФАНОВА: Да, это роль Джоконды. Скажи, а актеры, которые профессионалы или такими являются, или считают себя, бывают же люди, очень серьезно к себе относятся, они дедовщину устраивали в актерской сфере? КРЮКОВ: На проекте ╚Роты╩ нет, потому что все были настолько сфокусированы на какой-то хороший личный результат, и все были очень заинтересованы, чтобы кино получилось хорошее. Поэтому, где я не дотягивал, наоборот, ко мне подходили, что-то советовали, очень помогали, чтобы в итоге сам продукт был хорошим, и чтобы никто не провисал. В дальнейшем, конечно, везде, куда бы ты ни пришел: вот, у тебя нет образования, ты там Бондарчук, племянник и т.д. МИТРОФАНОВА: Да, это журналисты, наверное, упивались. КРЮКОВ: Да, всем, конечно, было очень хорошо. Но у меня была какая-то позиция, я не знал, что по этому поводу сказать. МИТРОФАНОВА: Иммунитет. КРЮКОВ: На ╚9 роте╩ меня спрашивали: а как вы сюда попали? Я говорю: вот видите, дядя лысый ходит, это дядя мой родной┘ И все как-то сразу┘ МИТРОФАНОВА: А знаешь, что можно еще говорить, Николас Кейдж тоже не безызвестный артист, он племянник Фрэнсиса Копполы. КРЮКОВ: На самом деле, у нас в семье есть такая распространенная история, потому что есть очень много потомственных профессий, начиная от шахтеров, продолжая всем остальным. Во всех остальных средах это считается нормальным, какие-то потомственные дела, которые передаются из поколения в поколение. Я думаю, что у нас это тоже так должно быть. МИТРОФАНОВА: В последнее время, кстати, многие актрисы взрослые, мамы обычно говорят: ой, не дай, бог. КРЮКОВ: Моя мама тоже всю жизнь говорила, что не дай, бог, и папа очень ее поддерживал: не дай, бог. Но вот так занесло, хотя изначально у меня были совершенно другие планы на свою жизнь. Но, слава богу, что они не осуществились, очень я этому рад. МИТРОФАНОВА: Ну, бывает по-разному. А отец по-прежнему как-то скептически относится? КРЮКОВ: Ну, отец, я думаю, что по-прежнему скептически относится к этой профессии, но видит, что она дает какую-то радость и какой-то свой внутренний результат. Хотя и очень-очень он хочет, чтобы я развивался в сторону каких-то более интересных профессий в рамках кино. МИТРОФАНОВА: Куда уж интереснее? КРЮКОВ: Ну, режиссура, например. МИТРОФАНОВА: А, согласна. Но тут очень большая зависимость от сценаристов и всех, двух сценаристов, трех в нашей стране, ну, ладно, четырех. Все, кто приходил, жалуется, что сценариев мало. КРЮКОВ: Вы знаете, мне кажется, что огромное количество классической литературы, которую при наличии хороших адаптаторов можно экранизировать, что всегда интереснее, чем современщина для меня, по крайней мере. МИТРОФАНОВА: Ну, да, и потом еще неплохая история. Я сегодня смотрела фильм дремучего 80-го года ╚Кадиллак мэн╩, там Робин Уильямс играет и Тим Роббинс. Удивительное дело, дремучие 80-е, даже не дублированный смотрела. Там история, как салон по продаже ╚Кадиллаков╩ захватывает сумасшедший парень, всем угрожает убийством, но это все еще и комедия, потому что его жена, которая там работает, изменяет с кем-то из салона, но с кем, никто не знает. КРЮКОВ: И он пытается это выяснить. МИТРОФАНОВА: В общем, фильм совершенно неизвестный, нигде никогда не пиарился. Может быть, нам брать тогда неизвестные фильмы и адаптировать на русский, кто узнает? КРЮКОВ: Может быть, но кто-то уже так делает. Даже в рамках русской действительности мне присылают сценарии, которые точно повторяют те фильмы, в которых я уже играл, вот, что самое страшное. МИТРОФАНОВА: Это ты намекаешь на ╚Жару╩, наверное, ╚Жару-2╩. КРЮКОВ: Ну, ╚Жара╩, мой ╚Пикап╩, я тут недавно получил сценарий, где три кадра абсолютно один в один. МИТРОФАНОВА: А ╚Пикап╩ – это недавняя какая-то работа? КРЮКОВ: Да, ╚Пикап╩ – это была такая сложненькая работка тотального изменения внешности, поведения и всего остального. Мне было интересно. МИТРОФАНОВА: А как тебя изменили? Раскрутили┘ КРЮКОВ: У меня были прямые волосы, я ходил в кедах, в каких-то курточках, такая молодая шпана. Очень был интересный проект, очень мне хотелось, чтобы это был первый герой, которого не ассоциировали со мной лично. Но не получилось. МИТРОФАНОВА: А фильм-то хороший? КРЮКОВ: Актерский хороший, а само кино, я думаю, где-то три с минусом. Просто изначально планировали снять трагедию, это тоже гениальность российского кинопроизводства, мы снимали трагедию, потом за счет рыночных требований решили трагедию перемонтировать в комедию. Вот так легко у нас все делается. Ну, это, мне кажется, нонсенс полный, но вот бывает. МИТРОФАНОВА: Но иногда из какого-то нонсенса что-то путное выходит, а иногда, конечно, еще более этот нонсенс усугубляется. А ╚Солдаты╩ и чуть ли ни ╚Скифская невеста╩? КРЮКОВ: У меня это третий телевизионный проект, в котором я принимал участие, и в свое время это было прямо очень приятным для меня опытом. Особенно после ╚Роты╩ у меня сразу была ╚Жара╩, 128 серий на Первом канале, в компании ╚А-Медиа╩, что дает, конечно, титанический производственный опыт по всему, что хочешь. МИТРОФАНОВА: То есть, ты стал на какое-то время сериальным актером, и не стыдишься этого опыта? КРЮКОВ: Нет, хотя я участвовал в очень крупных сериальных проектах, очень крупных, ╚Любовь как любовь╩ шла два с половиной года. МИТРОФАНОВА: Это где же она? КРЮКОВ: По Первому каналу. Но это, когда мне было лет 19. И все говорили: вот, сериалы, как ты можешь, ты себе все портишь. МИТРОФАНОВА: А ты? КРЮКОВ: Но, тем не менее, я снялся. МИТРОФАНОВА: И что ты себе испортил? КРЮКОВ: Ничего я себе не испортил. Я снимался у Соловьева, сейчас снялся в полном метре, еще у меня два ждут. Полный метр – это, конечно, очень хорошо, но в сериале есть┘ То есть, мне кажется, это надо пройти, потому что профессионально это дает очень много каких-то интересных вещей. Когда бегает девочка и орет, что сцена должна закончиться через три секунды, и ничего ты не сделаешь, тебе надо ее за три секунды снять. Тоже такой бред своеобразный, никак с творчеством не связанный, но это совершенно два разных мира – сериал и кино, это небо и земля. МИТРОФАНОВА: Ну, в данном случае продюсеры за все это дело ответственны, и говорят, что настолько много все равно проектов сейчас снимается и проходит, что все актеры востребованы и никакого клейма сериального нет, и все считаются с тем, что люди зарабатывают деньги. КРЮКОВ: Я думаю, да, ну, это не стоит долго обговаривать, есть сериалы, есть кино, мы снимаемся и там, и там. Это во многом, в первую очередь, зависит от материала, потому что у сериала бывает приличный материал. МИТРОФАНОВА: Ну, принято считать, что, кто в сериалах снимался, тот┘ за границей только, предположим, в Голливуде только Клуни один превзошел себя и перерос эту сериальность, и стал таким известным, что теперь кофе рекламирует. КРЮКОВ: Ну, вы знаете, на моем примере не так получается. МИТРОФАНОВА: Об отношениях с твоим известнейшим родственником хотят спросить. Призывает он тебя в армию своих актеров, или перерыв у него пока с тобой? КРЮКОВ: Вы знаете, у нас хорошие отношения, потому что он мой дядя, у нас есть отдельные семейные отношения, отдельные рабочие отношения. Рабочие отношения все-таки завязываются, в первую очередь, на работе. И хотя все упрекают нас в том, что мы кинодинастия и друг другу все устраиваем по блату, но для нас всегда первичны не семейные отношения, а работа. Если человека нельзя ставить на какую-то роль, никогда никто никого не поставит, потому что превыше всего – это хорошее кино и хороший кинопродукт, который выйдет в итоге. Поэтому, если где-то будет роль, на которую он посчитает, что я ему нужен, как актер, конечно, наверное, он призовет. МИТРОФАНОВА: Очень личный вопрос. Ты его давно видел? КРЮКОВ: Да, на прошлых выходных. МИТРОФАНОВА: А усы на месте или┘? КРЮКОВ: Усы мой дядя сбрил. МИТРОФАНОВА: Ну, девушки по всей стране сейчас, разные эмоции захлестывают. КРЮКОВ: Мы все очень рады, Федор Сергеевич тоже, по-моему, сильно рад. МИТРОФАНОВА: Он для роли, видимо, это выращивал. КРЮКОВ: Да. МИТРОФАНОВА: И красил ведь еще. КРЮКОВ: И красил, выращивал, причем очень сильно удивляется, что люди не понимают, что все это делается для ролей. Меня это тоже удивляет. Когда я ходил с прямыми волосами, люди тоже думали, что я их зачем-то себе специально выпрямил, так, для жизни. Люблю я с прямыми ходить, каждый день утюжком их обрабатывать. МИТРОФАНОВА: А ты знаешь, есть такие люди, российские металлисты, вот вокалист из группы ╚Ария╩, один раз я видела, на вручение вышел с барсеткой. КРЮКОВ: У меня очень часто люди, которых я вижу впервые, спрашивают: слушай, а у тебя химия? Круто. Я думаю: брат, неужели ты думаешь, что я каждое утро встаю с бигудями, и вот это все накручиваю? МИТРОФАНОВА: Ну, вопрос серьезный, я тебе задала как-то невзначай насчет зависти в таком не очень хорошем смысле. Поскольку ты, не секрет, из семьи мажорной, и как-то предполагаю, что тебе не очень пришлось упираться руками, из Омска приезжать в Москву, снимать в Алтуфьево квартиру┘ Вот такие сложности чисто бытовые┘ Зависть и такие чувства хорошие, наоборот, то, что ты не пользуешься теми благами, которые тебе судьба┘ КРЮКОВ: Я не могу об этом долго говорить, потому что я не сильно анализирую. Я не знаю, завидуют, не завидуют. Мне кажется, что люди настолько мало знают про окружающих себя, что зависть это какое-то глупое чувство, ты никогда не знаешь, чем человек живет, и что у него, на самом деле, происходит в жизни. У меня столько таких было примеров, что лучше об этом не думать вообще. Ты делай свое дело и иди своим путем, а что там вокруг происходит, это второстепенно. МИТРОФАНОВА: Ну, а твое поведение в обществе, может быть, плэйбоя высокомерного, симпатичного, знаменитого парня, как-то ты себя контролируешь, или у тебя были заходы, заскоки? КРЮКОВ: Ну, я какое-то время был очень такой загульный парень. МИТРОФАНОВА: Да, мы тебя все критиковали, все журналы тебя фоткали. КРЮКОВ: Критиковали, но я опять-таки не обращал на это особо внимания, у меня была тогда программа отгулять, я вроде как┘ МИТРОФАНОВА: Такие песочные большие часы, пока песок оттуда не пересыпится. КРЮКОВ: Да, да, пока все не отгуляем, мы не успокоимся. Ну, наверное, это говорит о том, что я мало обращаю на это внимание, потому что была куча меня в ╚желтой╩ прессе, но, тем не менее, программа стояла, и я делал то, что я хотел. Мне кажется, это правильно. Все проходит, что-то приходит новое, что-то уходит старое. МИТРОФАНОВА: Тебе сколько сейчас? КРЮКОВ: Мне 25 всего лишь, маленький еще, конечно. МИТРОФАНОВА: Тогда, господи, еще даже можно. Но, знаешь, пока серьезно. О судьбе твоих ювелирных коллекций, можно их где-либо увидеть, купить, насколько они дороги? КРЮКОВ: Первая коллекция очень дорогая в сравнении, посмотреть ее можно в Москве, в гостинице ╚Риц-Карлтон╩ в бутике ╚Лувр╩. МИТРОФАНОВА: Кстати, там даже наш мэр недавно новый открыл для себя и для всех стоянку, парковку, она там есть подземная, но почти пустая, то есть, можно заезжать, парковаться. КРЮКОВ: Вообще я, когда прочитал это сообщение, я был в ужасе, в шоке. Некоторые действия российской власти меня повергают в удивление, умиление и непонимание абсолютное. МИТРОФАНОВА: Ты следишь за тем, что происходит вне гламурных историй? КРЮКОВ: Да, конечно. У меня всякие новости на телефоне высвечиваются, которые меня периодически удивляют. МИТРОФАНОВА: Нас много слушает разного возраста женщин, и, может быть, намекнуть на то, что сейчас не то, чтобы модно, потому что иногда бывает слишком дорого, но все-таки какая-то тенденция или тренд, желтое золото, розовое, камни? КРЮКОВ: Мы сейчас сделали первую коллекцию – это белое золото, черные и белые бриллианты, черный и белый жемчуг. Я бы советовал в ювелирных делах не обращать внимание на бренды, а обращать внимание на качество товара, который вы покупаете, на качество золота и качество камней. Какие бы камни ни были, два главных весомых определения качества это цвет и чистота самого камня, начиная от бриллиантов, продолжая рубинами, сапфирами. Цвет и чистота – это центральная фишка. Не покупайте отбрендованные вещи, покупайте лучше просто хорошие вещи, если вы хотите, грубо говоря, сделать какое-то вложение. Все, что касается современных трендов, красивых вещей, что моднее, что не моднее┘ Вообще ювелирный бизнес очень консервативный бизнес, поэтому считается, что если ты покупаешь вещь и это настоящее ювелирное изделие, оно должно быть модным всегда. Поэтому, например, сверхпопулярность Дома ╚Картье╩, который 150 лет тому назад делал вещи, которые сегодня можно одеть, и они будут смотреться прекрасно. Сейчас мы выпускаем вторую коллекцию уже не такого высокого ценового сегмента, как первая, она будет больше, где продаваться, мы собираемся продавать в России, в Казахстане, на Украине, это больше, чем 26 точек продаж. МИТРОФАНОВА: Вижу, прямо глаз загорелся, говорит по делу Константин наш, Костя Крюков. КРЮКОВ: Ну, в общем, вторая коллекция, будет заметно подешевле, она будет заметно более приемлема для покупки большинством людей. И очень смешные всякие есть концепты. Я придумал символ веры ХХI века, у меня есть очень смешная коллекция, называется ╚Порезы╩, такая какая-то фэшн, красная с кровью. МИТРОФАНОВА: Я к ювелирному делу очень редко обращаюсь, но заметила, что от совковой кондовости надо отходить. И если есть опыт, например, есть иностранцы, дизайнеры делают, например, для недорогих марок свой дизайн. Я думаю, что должно быть такое у нас введено, вот эти бесчисленные ювелирные заводы какие-то. КРЮКОВ: Конечно, обязательно, но они, так или иначе, ведь есть же конкуренция, поэтому они все обновляются и уже когда-то в ближайшее время должна настать пора, когда Бронницкий ювелирный завод будет делать что-то, кроме того, что он сейчас делает. МИТРОФАНОВА: Согласна. А у нас женщин не выдолбить из нас такое мнение, что муж, если уйдет, золото все равно останется. Так что надо вкладывать в эти кольца дурацкие, в зубы. КРЮКОВ: Конечно, это хорошее вложение, приходите все, покупайте ювелирные изделия, нам это нужно. МИТРОФАНОВА: Спасибо огромное, приходи к нам еще. КРЮКОВ: Спасибо вам большое. Слушайте аудиофайл.

Выпуски
2011
2010
2009
2011
2011
Ещеинтересное