ТРАХТЕНБЕРГ: У нас в гостях Ксения Стриж. Итак, Ксения давай-ка мы начнем с самого-самого начала. СТРИЖ: Родилась я ногами вперед 4 января 1966 года. БАТИНОВА: В Москве? СТРИЖ: На Крестьянской заставе. ТРАХТЕНБЕРГ: А где у нас Крестьянская застава? СТРИЖ: Это на Таганке. Сейчас этого роддома нет. Это было деревянненькое двухэтажное здание. ТРАХТЕНБЕРГ: А чей-то ногами вперед? СТРИЖ: Ну, вот такой кульбит получился. Ну, в общем, это не очень хорошо на самом деле по той самой причине, что я до трех лет-то и не очень ходила. ТРАХТЕНБЕРГ: А че делала? Лежала на печи? СТРИЖ: Да-да-да, лежала на печи, сидела, все очень понимала, читала, писать рано начала, читать рано начала, а ходить чуть позже. Но зато побежала. ТРАХТЕНБЕРГ: Первое слово, помнишь, какое написала? СТРИЖ: Да. ╚Еще╩. ТРАХТЕНБЕРГ: ╚Еще╩. Я бы, наверное, удавился, если бы моя дочка написала бы ╚еще╩. БАТИНОВА: Первое слово сказала бы. ТРАХТЕНБЕРГ: Это вообще, знаешь, такое слово, которого боится любой мужчина: еще! Слово из трех букв – еще! Откуда взяться-то еще? В применении к любому понятию ╚еще╩ – это уже чересчур. А чем занимаются твои родители? Я знаю, что твой папа такой известный человек был. СТРИЖ: Папа, да, уже в театре работал. Я поздний ребенок, меня родили: 34 года было маме. Для того времени это очень┘ ТРАХТЕНБЕРГ: А сейчас нормально. Вот Батинова в 42 ребенка родила и нормально. СТРИЖ: Отлично. Маме 34, папе 36 было. То есть это еще для папы ладно, а вот для мамы┘ ТРАХТЕНБЕРГ: Какой старый папа. А ведь как это, разница такая огромная в годах? СТРИЖ: Да, да, очень┘ со мной. ТРАХТЕНБЕРГ: Папа в театре каком? СТРИЖ: В театре Вахтангова. Жили они в общежитии. Мама была юристом, она занималась бракоразводными процессами и очень быстро ушла из этой истории. ТРАХТЕНБЕРГ: Почему? СТРИЖ: Ну, как-то вот это все – раздел имущества, как-то оно не очень. И переквалифицировалась в художника-прикладиста. Потому что она всегда рисовала, всегда любила что-то там по дереву. Батик. ТРАХТЕНБЕРГ: Она прикладывалась, да? СТРИЖ: Прикладывалась, к батику. ТРАХТЕНБЕРГ: Это уже понятно, что художник, он уже точно прикладывается. СТРИЖ: Прикладное такое, по тканям. Жили они вместе собственно со мной, привезли из родильного дома аккурат в общежитие Театра Вахтангова, тоже в двухэтажный полудеревянный дом, в Арбатских переулках недалеко от театра. Кстати, не знаю, остался этот домик или нет. ТРАХТЕНБЕРГ: Но Арбат стоит, точно, я был там недавно. СТРИЖ: Я тоже недавно была. БАТИНОВА: Его не отреставрировали еще до конца. СТРИЖ: Нет, это чуть-чуть ближе к училищу Щукинскому. Кстати, 23-го мы были, у меня было 20 лет выпуска нашего курса, так было классно, такой праздник! ТРАХТЕНБЕРГ: Ты училась в Щукинском училище? СТРИЖ: Да. В скобках – ВУЗ. Училище (ВУЗ). Сейчас он уже институт, а у меня не укладывается. Полностью интервью слушайте в аудиофайле.