6 сентября 1941 года главнокомандующий вермахта А. Гитлер в своей Директиве № 35 приказал разгромить советские войска на московском направлении до наступления зимы.Смоленск, Можайск, Тула, Тверь, Вязьма, Брянск, Орел, Кашира, Белёв, Козельск…Крупные и помельче города и городки вокруг Москвы, где решалась судьба сражения на этом направлении фронта.  Битвы, в несколько этапов проходившей с конца сентября 1941 по апрель 1942 года. Мы не будем проводить военное исследование, где, когда, как и какими силами велась операция. Это дело военных историков. Нужны другие подробности – загляните в мемуары командующих...Мы же отправимся в район между подмосковным Клином и Тверью. Здесь тоже шли бои и не было громких побед. Тут просто гибли солдаты, чтобы защитить нас с вами, сегодняшних. Бросались на амбразуры, горели в танках…Много чего было. Об этой страничке войны нам расскажут памятники…Московские и тверские. И потомки уже тех, кто когда-то воевал или жил в этом регионе… А сводка событий многолетней давности – вот, в приказах, письмах, фотографиях, наконец, просто в военной летописи. Той же Клинско-Солнечногорской операции, случившейся 6 декабря 1941 года против немецкой группировки армий «Центр», чтобы вновь вернуть контроль над захваченными 23 ноября Клин и Солнечногорск…       26 ноября 1941 года генерал армии Георгий Жуков написал: «Московский узел является сейчас решающим… Пройдет ещё немного времени, и наступление врага на Москву должно будет захлебнуться. Нужно во что бы то ни стало выдерживать напряжение этих дней». 5 декабря началось контрнаступление советских войск под Москвой. Были проведены Калининская, Клинско-Солнечногорская, Нарофоминско-Боровская, Елецкая, Тульская, Калужская и Белёвско-Козельская наступательные операции. 8 декабря главком вермахта Адольф Гитлер подписал Директиву № 39 о переходе к обороне на всём советско-германском фронте.    Из письма генерал-полковника Г.В. Гудериана жене: "Холодное и никуда не годное жилье, недостаток обмундирования, большие потери в живой силе и технике, скудные поставки горючего, все это превращает боевые операции в пытку, меня все больше и больше гнетет тяжкий груз ответственности, который, несмотря ни на какие высокие слова, никто не может снять с моих плеч".  Гудериан сидел над картами и донесениями в своей штаб-квартире в пятнадцати километрах от Тулы в знаменитой усадьбе Льва Толстого «Ясная Поляна». Неподалеку находилась покрытая снегом могила писателя. Гудериан позволил семье Толстого остаться в комнатах в большом доме, а сам со своим штабом обосновался в музее, но даже и тут две комнаты были отведены специально для хранения экспонатов и заперты. Там, в сельском жилище Толстого, в ночь с 5 на 6 декабря Гудериан принял решение отозвать передовые части своей танковой армии и перейти к обороне. Ему пришлось признать: "Наступление на Москву провалилось. Мы потерпели поражение".