Наш собеседник – народный артист России, художественный руководитель Театра эстрады, прекрасный драматический актер Геннадий Викторович Хазанов. Поговорим о театре, о роли творческой интеллигенции, об эстраде, о новых театральных спектаклях с его участием, – все это так или иначе касается его судьбы, жизни, творчества... (Запись этой беседы слушайте в аудиофайле) - Я видел с твоим участием спектакль Театра Антона Чехова на сцене Театра эстрады "Ужин с дураком". А есть ведь еще и другие – "Все как у людей", "Смешанные чувства"... Партнеры у тебя выдающиеся – Инна Чурикова, Олег Басилашвили; молодые – Галина Петрова, Инга Оболдина... С чего начался твой интерес в театре – с пьесы, с режиссуры, с роли? С желания раскрыть себя в новом амплуа? ХАЗАНОВ: Думаю, для ответа на этот вопрос нужно вернуться лет на двадцать назад. В конце 70-х – начале 80-х годов я почувствовал, что актеру, даже если он работает на эстраде, необходим театральный режиссер. Были гениальные режиссеры, которые все свои умения и свои дарования применяли именно на эстраде. Но когда мы говорим о Сергее Андреевиче Каштеляне, уникальном режиссере, который имел дело с оригинальным жанром, то это несколько иное. Когда речь идет о разговорном жанре, как он у нас называется, в силу вступают обыкновенные театральные законы... Судьба свела меня с Романом Виктюком на заре его московской деятельности; в Москве шумел его спектакль на самодеятельной сцене. Это было на Каширском шоссе во Дворце культуры "Замоскворечье". Шел спектакль по пьесе Людмилы Петрушевской "Уроки музыки". По тем временам это была какая-то театральная революция. В театрах давно перестали играть в том, я бы сказал, театрально-достоверном ключе. Видимо, дарование Виктюка, которое обрушилось на Москву, многим показалось революционным, но что уж нестандартным – это точно. Да и Петрушевская была для того времени нестандартом – это абсолютно точно. Я, после того как посмотрел этот спектакль, попросил Виктюка поработать со мной. Мы начали репетировать, но я совершенно не понимал, чего он от меня хочет. Мне казалось, что он совершенно ничего не понимает в этом жанре... - Не поэтому ли ты как-то признался, что Роман Виктюк – не твой режиссер? И тем не менее он сыграл огромную роль в твоей творческой жизни... ХАЗАНОВ: Огромную роль! Все дело в том, что Виктюк – эдакий певец режиссерского театра. Артист, который выходит на эстраду, в принципе никакую чужую режиссуру играть не может. С помощью режиссера он может только раскрываться. Артист, выходящий на эстраду, не имеет вспомогательных средств в виде драматургического материала, партнеров, если мы говорим о моносуществовании на эстраде. Почти никогда не бывает музыки, костюма, то есть всей театральной атрибутики. И артист должен быть до определенной степени самодостаточным... ХАЗАНОВ: Как только артист начинает играть чью-то сложную режиссерскую партитуру, становится сразу видно, что это не он, что он играет какую-то роль. Но на эстраде это смерть!