"Время и язык - две вещи, которые сто лет назад по-другому были устроены. Мы ведь во дворах росли, тот язык не родной нам... Я поэтому девятнадцатый век не перевожу. И так слово не вспомнишь, которое тебе нужно, а тут еще надо думать: а было ли оно тогда? Все время себя за руки хватаешь, чтобы не написать чего-нибудь лишнего. В "Словарь Пушкина" лезешь, ищешь... Я думаю, сам перевод - сомнительное дело, а уж перевод человека другой эпохи -- это дважды сомнительное..." "Сомнительным делом", по его собственным словам, Виктор Голышев впервые занялся, когда учился в Физико-техническом институте. Вероятно, сказались гены: его мать Елена Михайловна Голышева переводила Грэма Грина и Бернарда Шоу, Эрнеста Хемингуэя и Соммерсета Моэма. Переведенные ею "Гоголь" Набокова и "Корни неба" Ромена Гари были изданы уже после ее смерти... Итак, Виктор Петрович Голышев, русский переводчик. Переводит англо-американскую литературу, ведет семинар художественного перевода в Литинституте. Президент Гильдии литературных переводчиков, член общественного редсовета журнала "Иностранная литература". По собственному признанию, переводу нигде не учился... (Запись этой беседы слушайте в аудиофайле) - Лично я запомнил для себя вашу фамилию много лет назад, когда на пару своих книг я выменял первое советское издание "Всей королевской рати" Роберта Пенна Уоррена в переводе Виктора Голышева. Это был русский язык, который было до крайности трудно встретить в современных книгах. Если я не путаю, этот роман сначала печатался в "Новом мире"... Напомните мне, - начало, кажется, пятой главы: "...Все мы собираемся когда-нибудь поехать на запад..." ГОЛЫШЕВ: Может быть... Эту книжку, мне кажется, я знал почти наизусть. Но в какой части - уже не помню. - Когда-то мы тоже знали эту книгу на Ленинградском филфаке почти наизусть... "На запад ты едешь расти вместе со страной, на запад ты едешь, получив телеграмму со словами "Все открылось, - беги"... Или просто едешь на запад. Я просто ехал на запад"... ГОЛЫШЕВ: Это я помню... - И вот уже в новые интернетные времена, открыв Википедию, узнал, что вы на самом деле не филолог, не окончили что-то как переводчик, - вы окончили МФТИ. А МФТИ - это первая десятка элитных институтов страны, база подготовки прежде всего физиков-ядерщиков... ГОЛЫШЕВ: Нет-нет: ядерщики - это инженерно-физический, а здесь были другие... Атомщики действительно были в МИФИ, а в МФТИ - ну, кибернетика, физика низких температур, оптика, радиоастрономия. Другая физика... ... - Можете ли вы сказать, с какого момента, с какой работы вы сами считаете себя профессиональным переводчиком? ГОЛЫШЕВ: Профессиональным? Наверное, с того момента, как я ушел со всех работ, - это был, кажется, год 66-й. Скажу правду: впервые я попытался уйти в 64-м. ... Мы жили не в Москве, жили в Тарусе; жратвы уже никакой не было - хрущевские дела - извели коров, гусей, магазины были пустые, так что можно было жить рублей на шестьдесят в месяц... Я тогда переводил "Завтрак у Тиффани"... Никто меня об этом не просил, но я ушел с работы, - делать-то что-то надо было. Кроме того, конечно, что нужно было печку топить... Книгу издали спустя год после перевода: сначала - журнал "Москва" (не полностью): первые десять страниц они печатать не захотели, - героиня там живет с негром. Конечно, у нас Ку-клукс-клана не было, но это почему-то задевало... (фото "Коммерсантъ", Валерий Мельников)