Top.Mail.Ru

Провокация

Выпуск 21 июня 2025 года
Радиопрограмма, 2023
Россия
Психология

5 сезонов, 186 выпусков по 58 мин

С.НАСИБЯН: Добрый вечер, дорогие радиослушатели. Вы на волнах «Маяка», суббота, вечер, 17.10, а, значит, вы слышите меня, а я соответственно, Сергей Насибян, как говорят, психолог, которого вы заслужили. Даже не знаю, радоваться такому определению или расстраиваться. Но, в целом, вы слушаете «Маяк», слушаете «Провокацию» и с вами я. Сразу хочу сказать, что это не такое шоу, где мы бы кого-либо лечили, потому что все вы здоровы и все вы прекрасны. Особенно, если вы в состоянии слушать радио, а, если вы еще и в состоянии звонить или писать, так вы точно, что называется, в порядке. Но в чем ценность того, что мы здесь делаем. И ценность, поверьте, не в моих ответах, а в ваших вопросах. Каждый раз, когда я отвечаю вам на какие-то вопросы, каждый раз, когда мы с вами обсуждаем в прямом эфире те или иные ситуации, в которых вы оказались, потом я получаю кучу благодарностей в своих социальных сетях, директах, где люди пишут о том, что спасибо большое, прослушал такое-то шоу, прослушал такое-то шоу по номерам. И каждый раз люди что-то для себя открывают новое, что-то важное. Поэтому, друзья мои, от нашего с вами разговора в прямом эфире напрямую зависит судьба других людей. И в связи с этим я приглашаю вас к себе на прямой эфир, вы можете писать мне свои вопросы. Ну, либо набирайте прямой эфир, звоните и мы с вами поговорим. Также я напомню о том, что вы можете писать мне напрямую, что называется, если вы подписаны на мой Телеграм-канал «Сергей Насибян, психолог». Там вы увидите, что люди задают вопросы и там, внутри этого Телеграм-канала я отвечаю на эти вопросы даже после того, как мы завершаем эфир, потому что у меня есть такая возможность. Знаете, сегодня, когда ехал в студию, в прошлый раз меня не было, потому что я вел тренинг, мы с вами не слышались, получается, целые выходные, то есть две недели, сегодня ехал, думаю, о чем поговорить. Обычно я всегда еду на эфир от родителей и сегодня ехал от папы, думал, размышлял. И знаете, вот просто анализировал те вопросы, которые мне задают, разбивая их по контекстам. И один из самых ключевых, наверное, контекстов, в которых задаются вопросы, это, что мне делать, я вот там чего-то хочу, но не могу. Если вы меня слушаете не первый раз, то вы наверняка от меня слышали, что один из важнейших внутренних конфликтов человека, который находится, на самом деле, внутри нашей психики на границе, я считаю, между этикой и моралью, вот есть внутренняя этика, наши внутренние правила какие-то, есть мораль, то есть ожидание того, как мы себя будем вести от социума. И социум имеет право ожидать от нас того или иного поведения, потому что является, так или иначе, инвестирующим или инвестором в наше образование, в наше воспитание, в наше взросление, ну, много чего, потому что мы сами по себе, конечно, вырасти не можем. И всегда тот социум, внутри которого мы растем, является инвестором, который всегда ждет дивиденды, дивиденды в виде наших поступков. И вот этот конфликт внутри между «хочу» и «могу», «хочу» и «не могу», а, может, и «не хочу», вот этот конфликт, который ломает об колено, конечно, любого взрослого человека. Потому что взрослый человек это не ребенок, который живет только согласно своим желаниям. Нет, конечно. Но взрослый человек это тот, который способен отделить свое «хочу» от каких-то навязанных ему требований, долженствований и всего остального. Потому, как, если внутри нашей жизни не существует этого самого баланса между тем, что мы совершаем действия, исходя из мотива «должен, надо, необходимо кому-то», если там нет баланса с нашими желаниями, то, конечно же, постепенно, потихонечку у людей исчезает блеск в глазах. А, наверное, задача психотерапии ведь именно в этом, в первую очередь, чтобы вернуть человеку этот блеск в глазах. Меня регулярно спрашивают о том, зачем и как, главное, я веду уже на протяжении 20 лет тренинги. Казалось бы, одни и те же тренинги. То есть я раньше их вел в месяц по несколько штук, сейчас гораздо реже их веду в силу своей занятости. Но я очень люблю эту работу. И мне говорят – ну, тебе не надоело одно и то же, одно и то же? Так вот не одно и то же. Не одно и то же, потому что каждый раз, когда у людей вдруг почему-то по какой-то причине возникает вот этот самый момент трансформации их сознания, в этот же момент соответственно происходит тот самый блеск в глазах, который нам так необходим, потому что нам так это нужно. Блеск в глазах, как вкус жизни, радость это самой жизни. Так вот сегодня тему выпуска заложим такую – хочу, но не могу. Про наши вот эти внутренние конфликты и про самосаботаж. Вы знаете, я когда-то защитил магистерскую диссертацию по психоанализу как раз на тему самосаботажа. Потому что самосаботаж, как и саботаж вообще, в целом, в какой-либо группе, он всегда возникает в ситуации, когда нам необходимо выйти из так называемой зоны комфорта. Заезженная фраза пришла к нам откуда-то из Америки. И все уже посмеялись на тему того, когда там человек, миллионер из Лос-Анджелеса рассказывает бедняку откуда-нибудь из-под Владивостока, что ему надо выйти из зоны комфорта, хотя понятно, что он сам там не был никогда в этом Владивостоке, вот бы ему там побывать. Но, ребят, зона комфорта часто ошибочно определяется, как удобная с точки зрения того, что там все хорошо. Нет. В зоне комфорта достаточно нормально. Вот это «достаточно нормально» как раз-таки и заставляет нас сидеть на месте и не вылезать. Не уходить из отношений, в которых мы гаснем, тухнем, умираем. Не уходить с работы, которая нам не нравится. Ну, в целом, делать то, что, в общем-то, можно было бы в какой-то степени и не делать. И вопросы соответственно у нас, знаете, это такая опасная тема, я прекрасно это понимаю. Потому что очень похоже на то, что я провоцирую вас, я не знаю, менять свою жизнь. Ну, слушайте, друзья мои, если вы не хотите менять свою жизнь, то вы ее и не поменяете. А вот, если вы хотите и поменяете, то есть у меня ощущение, что одним человеком, если станет больше счастливым человеком или довольным, то этот человек приумножит огромное количество вокруг себя счастливых и довольных людей. Поэтому, когда вам кажется, что вы чего-то хотите, но почему-то не можете, объясняя это себе прокрастинацией, честностью какой-то или порядочностью, или чем-то, мне хочется задать вам вопрос, а вы, правда, хотите этих изменений? Ну, или вы все-таки боитесь, что, когда эти изменения произойдут, а вы получите то, что вы поставили себе, как цель, то в этот момент с этим придется что-то делать. И сегодня мы будем разбираться, есть у меня ощущение, с такими вопросами. Звоните, спрашивайте, пишите в прямой эфир. И вот мне уже пишут первый вопрос: «Сергей, почему я постоянно начинаю что-то новое и бросаю на полпути? Это лень или что-то глубже?» Как я и предполагал. И достаточно распространенный вопрос, прямо подобными вопросами часто люди задаются. Дело в том, что вы бросаете, с большой долей вероятности, не потому что вы ленивы. Если вы ленивы были бы, вы бы и не начинали. А вот успех страшнее провала для многих из нас. С этим, безусловно, надо разбираться. Но я отвечаю на вопрос так, как я его слышу. Дело в том, что в случае, если у вас ничего не происходит, то, ну, как бы жизнь же не меняется, можно просто продолжать ныть, хулить жизнь, не знаю, поносить на несправедливость этого мира, на все, что угодно. А вот, если получится, возникает обязательство. Обязательство быть успешным, богатым, счастливым, довольным, здоровым, каким угодно. Потому что теперь придется не просто соответствовать чему-то, а как бы, получив вот это, то, что вы желали, вы как будто бы теперь кому-то что-то должны. И поэтому есть ощущение, что не так уж вы это, на самом деле, и хотите. Продолжают вопросы писать. «Муж говорит, что любит, но ничего не делает». Ой, как я люблю это, как я такое люблю. Ну, он же говорит, что он любит. Смотрите, может быть, сейчас, знаете, хочется отсылочку сделать – «Пять языков любви», есть такая прекрасная книжка. Ну, есть всякие книжки типа там «Женщины с Венеры», «Мужчины с Марса», еще какие-то. Есть вот «Пять языков любви». Меня всегда умиляет эта книга. Хотя надо сказать, что идея-то неплохая. Ну, вот он говорит вам, что он любит, это же, как прекрасно. Я знаю, ну, тысячи пар, которые говорят – вот он все для меня делает, но слова ласкового не скажет. Или я часто привожу примеры из своей жизни. Однажды я спросил у папы – пап, ты, говорю, любишь маму-то хоть? Он говорит – ну, если бы не любил, 60 лет не жил бы с ней. Они прожили вместе 64 года. Для него такая форма любви, это просто быть, просто приходить, приходить домой, вот для него так, это значит, что я вас люблю, я же к вам пришел. Ну, так вот мой папа в этом смысле проявлял любовь. Так вот: «Я устала нести все сама, уйти страшно, остаться противно. Что делать?» Понимаете, какая штука, перед вами стоит развод. Если бы он не стоял, вы бы этот вопрос так не задавали. Ну, в том смысле, что развод, как выход из этой ситуации. Но вы этот развод, уже вы его проживаете снова и снова, как будто бы вы пересматриваете снова и снова какую-то игру или какое-то кино, за героев которого вы переживаете. Я вчера посмотрел, очередная была попытка посмотреть сериал «Черное зеркало» наобум с какой-то серии, неудачная попытка очередной раз, скажу, хотя сериал прекрасный, но все же. И вот там история про то, что есть игра, в которой люди приходят, ложатся и проживают какое-то событие прямо не просто 3D или 4D, а прямо вот в глубины это какое-то недалекое будущее. И вот человек с работы, с его работы, на которой его не уважают, не любят, не ценят, не воспринимают, не замечают, он торопится домой, для того чтобы скорее прийти домой, сесть в свое игровое кресло и нажать на эту кнопку и погрузиться в игру, в которой он капитан космического корабля, всех побеждает и так далее. Так вот в нашей голове, на самом деле, все время прокручивается эта картинка, прокручивается эта программа этой игры, где вот я уже развелась, и вот мне уже плохо, а он так и не понял, а он и не пожалел. И в этом смысле, к сожалению, очень много происходит ментального вместо того, чтобы просто взять и принять какое-то, например, решение, предположим. «Почему, когда я начинаю что-то важное для себя, обязательно случается какая-то фигня? Болезнь, ссора, сбой, будто меня что-то останавливает?» Я вот расскажу такую притчу. Однажды один молодой человек попросил мастера по стрельбе из лука научить его стрелять из лука. Он его вывел и сказал, в ветреную погоду, и сказал – стреляй столько, сколько сможешь. Он стрелял, стрелял, стрелял. Потом он вывел его в туман и сказал – целься, стреляй. Стрелял, стрелял, стрелял. Потом как бы он его вывел очень далеко от этой цели и сказал – стреляй. Тот стрелял, стрелял, стрелял. И в какой-то момент он к нему подошел и сказал – смотри, туман не для того, чтобы тебе было сложно целиться, ветер не для того, чтобы тебе сложно было попасть, дальность до цели не для того, чтобы тебе сложно было натянуть эту тетиву. Все эти условия только для того, чтобы ты тренировался. Это одна из моих любимых в этом смысле притч. И понимаете, какая штука, все эти болезни, ссоры, сбои, не знаю, они возникают просто, как некие условия, которые необходимо принять, и об которые необходимо учиться и тренироваться. Ваш внутренний контролер, который заставляет нас все время сидеть внутри этого кокона, он как бы все время говорит – сиди тихо, не высовывайся, не рискуй. Не рисковать – один из ключевых параметров нашего сознания, который выработан эволюционно. Потому что те, кто больше всего рисковали, ну, они, как правило, погибали в открытой природе, в дикой природе. А мы с вами, на самом деле, родившись, мы родились потомками не у самых сильных, а у самых трусливых, потому что они сидели, не высовывались, ну, посматривали со стороны. И поэтому трусость это нормально. Вопрос только в том, какого волка вы кормите, как в другой притче. И здесь это важно просто осознавать. Вот пишет Ирина: «Здравствуйте. Меня зовут Ирина, 44 года. Два года назад был развод с мужем. Не искала и не планировала новые отношения. И вот полюбила мужчину, чувства переполняют меня. Он женат. Как прожить это чувство любовь, не терзая себя мыслями о будущем?» Ох, Ирина, я отвечу, безусловно. Дело в том, что будущее сулит только страх. Любовь не живет со страхом в одном флаконе никогда. И, если вы хотите, действительно, это проживать, не планируя этих отношений, я так понимаю, то вам нужно проживать это в течение вот момента. Поверьте, только способность проживания этой любви в моменте сделает эту любовь наиболее яркой, сделает ее наиболее страстной. Просто ваша жизнь станет совокупностью таких моментов. Вот представьте себе, вы в темноте и у вас есть такой прибор. Вот в абсолютной темноте в ящике горит источник света, лампа, свеча, что угодно. Но этот ящик от вас закрыт плотной бумагой черной, то есть свет не проходит. И вот вы берете иголочку и делаете дырочку в центре. И вот вы видите – маленькая светящаяся точка. А потом рядом с ней делаете еще одну, а потом еще одну, а потом еще одну, а потом между ними прокалываете. И понимаете, в какой-то момент эта точка становится линией. Вот ваша жизнь это совокупность таких точек, она становится линейной, но она является совокупностью вот этих точек. И в каждой из этих точек нужно проживать эту любовь. Ну, знаете, как, каждый раз на век прощайтесь, когда уходите на миг. В этом стихотворении, мне кажется, есть хорошая подсказка. И в этом контексте я отвечаю, то есть не переносите свое чувство в будущее, там нет ничего. Там только, в общем-то, одна вещь точно, на сто процентов будет, мы все умрем. Ну, как, не думаю, что это будет как-то связано с любовью. «Сергей, здравствуйте». Вот представляете, прямо следующее, Елена пишет: «Как открыть свое сердце любви, чтобы пришел партнер? Заранее спасибо за ответ». Ну, Лен, смотрите, откроете, как Ира и придет, например, женатый или придет еще какой-нибудь. Здесь же вопрос заключается не в том, как открыть свое сердце, правда. Ваше сердце, оно само по себе перманентно, на самом деле, является открытым органом. Вот как вы его закрываете, вот, что важно осознать. Как мы закрываем свое сердце. Потому что закрывают наше сердце это страхи и обиды. И мы закрываемся в собственном коконе. Если вы хотите открыться, то вам необходимо сделать очень важную вещь. Вам необходимо поставить ставку на такое качество, на внутреннее качество, которым является уязвимость. Только в уязвимости открытое сердце и в уязвимости открытое сознание. Вот ничто так не расширяет сознание, никакие препараты и вещества, не верьте никому в этом смысле, как уязвимость. Знаете, я однажды приехал к своему учителю и задал ему очень такой сложный вопрос. И я отвечу на этот вопрос через несколько минут. Мы продолжаем, и я помню, что обещал ответить на вопрос, но забыл, на какой. Так бывает. Мы говорили с вами о разном. Так вот мы сейчас на «Провокации», на «Маяке», с вами Сергей Насибян. И, знаете, пока был небольшой перерыв на новости, вы накидали вопросы. Я на них сейчас отвечу. И у нас есть уже звонок, я его тоже возьму. Максим из Мурманской области пишет: «Здравствуйте. Как внушить себе, что проблемы компании это не твои личные проблемы и твоя жизнь не работа?» Вы знаете, Максим, здесь почему-то хочется как бы максимально глубоко вам ответить в том смысле, что, когда вы садитесь, вот представьте себе, вы садитесь и думаете – так, проблемы компании мои проблемы, или моя жизнь это есть моя работа, вы в этот момент сделайте небольшой шаг назад и задайте себе вопрос – а вы-то вообще кто, Максим? Вот вы кто? Если нет работы, то вы кто? И тогда вы увидите, что, на самом-то деле, внутри вас есть Максим, который живет свою жизнь даже, когда вы работаете, даже, когда вы разбираетесь с проблемами компании. И вот этот Максим, он к вам гораздо ближе. Гораздо ближе, чем вы думаете. Но вы все время как будто бы убегаете в некую персоналию, связанную с вашей работой. «Добрый день, Сергей, – пишет Андрей. – После стоматологического лечения появилось онемение и отек щеки. Врач сказал, что через несколько дней должно нормализоваться. Где взять силы, для того чтобы дождаться момента восстановления, поскольку это доставляет дискомфорт? Трудно от этой проблемы отвлечься». Вы знаете, операционное вмешательство это такая штука, которая должна доставлять дискомфорт. Но все зависит от того, на что вы направляете свое внимание. Ну, если, правда, вы считаете, что вот люди вмешались, они вам помогли же, правда, они что-то сделали. Но цена, которую за это надо заплатить, тот дискомфорт, в котором вы сейчас будете находиться некоторое время. Вот там, наверное, возникнет сила пережить, потому что возникнет радость этого бытия. Ну, правда, как бы тут, знаете, я же не знаю, зачем вам там вмешивались операбельно в вашу щеку, но, очевидно, была причина. Если бы не вмешались, было бы еще хуже. Поэтому вот радуйтесь тому, что вас смогли вылечить. «Здравствуйте, Сергей. Подскажите, пожалуйста...» Кстати говоря, друзья мои, вы можете писать или звонить. «Здравствуйте, Сергей. Подскажите, пожалуйста, как позволить себе быть счастливой и успешной без чувства вины перед родителями? Постоянно подавляю себя жалостью к родителям, что они несчастны. Мария, город Астрахань». Мария, ну, вы спрашиваете, как позволить себе быть счастливой, когда они несчастливы. А я вас спрошу немножко другое. А вы с чего вдруг решили, что ваше несчастье сделает их более счастливыми? Понимаете, вы не живете, вы как будто бы платите за что-то. Каждую радость как будто вы определяете налогом на их страдание. Вы просто подменили любовь жалостью, вот это проблема. А свою свободу вы полностью отдали во искупление какого-то чувства вины. Но вам ведь его даже никто не вручал. Не они делают вас несчастной, это вы не позволяете себе быть счастливой, для того чтобы сделать счастливыми и их тоже вместе с вами. «Муж погиб на СВО. Как пережить?» Знаете, тут хочется, наверное, помолчать сначала. Потому что молчание главный ответ в этом во всем. Я не буду, не хочу говорить вам банальности, правда, время лечит. Нет, оно не лечит, оно просто раздвигает рамки, оно отодвигает вас от этого события. Я хочу вам сказать только одно, вы не обязаны сейчас быть сильной. Вы не обязаны двигаться дальше, держаться ради кого бы то ни было, детей, его и так далее. Вы имеете право на любой провал. Вы сейчас обязаны только одно – это прожить это горе максимально глубоко и тотально. На крик, на безмолвие, на пустоту, на бессмысленность, на все на это вы имеете право, потому что смерть близкого человека лишает не просто человека, она лишает нас смысла. Этот смысл взрывается. Но, поверьте мне, он взрывается, высвобождая огромное количество энергии, которая вот сейчас, тот факт, что вы задаетесь этим вопросом, говорит о том, что вы готовы жить заново. Понимаете, как, ее не просто надо пережить в смысле переждать, нет. В нее надо войти максимально глубоко и проживать ее. Не переживать, а проживать. И, знаете, если вы любили этого человека и любите, то он никуда не уйдет. Правда, он просто перейдет в вас. Он станет вашей, частью вашего ДНК. Только так проживается горе. У нас есть звонок. Здравствуйте. ИРИНА: Здравствуйте. С.НАСИБЯН: Здравствуйте. ИРИНА: Понимаете, дело в том, что два года назад я похоронила маму и никак не могу выбраться из этой ситуации. С.НАСИБЯН: А как вас зовут? ИРИНА: Ирина. С.НАСИБЯН: Ирин, скажите, мама как-то скоропостижно скончалась? Или это было результатом болезни? ИРИНА: Болезни, рак кожи. С.НАСИБЯН: Рак кожи. Так. ИРИНА: Я теперь боюсь солнца. С.НАСИБЯН: Боитесь солнца, потому что боитесь рака кожи? ИРИНА: Да, да, вот именно. С.НАСИБЯН: Так вы тогда, получается, не маму отпустить боитесь, вы впустить рак в свою жизнь боитесь. ИРИНА: Наверное. Но дело в том, что занималась раньше, ну, так чуть-чуть играла, пела, сочиняла, на гитаре плохо играла, плохо пела. Ну, вот так получилось. С.НАСИБЯН: А теперь не поете и не играете? ИРИНА: Так иногда просто, спонтанно получается все. С.НАСИБЯН: Ну, так, а вопрос-то ваш в чем, Ирин? ИРИНА: Ну, как выбраться из этой ситуации вообще. Новосибирск очень хороший город. С.НАСИБЯН: Хороший город, замечательный город Новосибирск, не стану спорить. Единственный способ, как выбраться из этого, это принять, правда, принять. Рак кожи вашей мамы это, ну, как бы просто болезнь, которая существует в этом мире. И, да, к сожалению, лотерея такая дерьмовая, что это оказалось именно в вашей колоде карт, которые вам раздали. И с этим как-то надо играть и все. Мы потеряли связь. Ну, что же, у нас есть еще вопрос. Ну, тут вот поддерживают Андрея: «После укола прошло 20 лет, а онемение зуба так и не прошло». Как интересно, а как чувствуется онемение зуба? Мы зубы и так вроде не очень чувствуем. Онемение зуба так и не прошло. Ну, бывает, что и не проходит. У нас тут был вопрос еще. «Сыну 40 лет, потерял зрение, перестал работать, отказался от контакта с семьей, замкнулся. Как вернуть его к жизни? Сергей». Вы знаете, Сергей, а что, если он не ослеп, он просто что-то не смог больше выдерживать. Вот вы его хотите вернуть. А куда? В тот же мир, в котором он сдался? Ему же не 15, правда, ему 40. И, возможно, вот сейчас он сталкивается с собственным бессилием. И здесь очень важно, чтобы мы не делали человека, который, ну, вот болен, такое бывает, ну, болезнь, я не знаю, что-то происходит, но инвалид по зрению не является инвалидом души. Если мы начинаем общаться с душой человека, то мы в этот момент поддерживаем человека в его исцелении. Понимаете, это как, если сказать ему – я просто рядом, я не стану тебя спасать, но я и не убегаю от той темноты, в которую ты погружаешься. Очень философски, понимаю, но вряд ли что-нибудь другое предложу. «Добрый вечер, у меня проблема». Пишут, вот такая проблема есть. «Не складываются отношения со взрослой дочерью. Живем вместе, разъехаться нет возможности». Слушайте, а вопрос-то в чем, Евгения? Ну, почему же вы не задаете вопроса? Ну, хорошо, давайте предположу я, разберу просто вашу фразу. Вы говорите – не складываются отношения. Но ведь вас можно услышать немножко иначе, что мы живем близко, но все дальше и дальше. И, знаете, вот в этом смысле, в чем самая трудная правда, что часто вы называете, мы, родители, давайте так, мы, родители взрослых детей, называем отношениями попытку воспитывать взрослых детей. Нет возможности разъехаться? Попробуйте просто жить с взрослым посторонним человеком. И есть тогда у меня предположение, что отношения только тогда и начнут возникать. У нас есть звонок. Здравствуйте. ВАЛЕРИЯ: Здравствуйте, Сергей. Меня зовут Валерия, мне 25 лет. Спасибо вам большое за эфиры, всегда вас слушаю. С.НАСИБЯН: Спасибо. ВАЛЕРИЯ: Вопрос в чем, по теме эфира – хочу, но не могу. Я боюсь свою свекровь. То есть у нас с ней хорошие отношения, все нормально. Но вот поначалу было сильное недопонимание, потом они как-то все утряслись, улеглись, все хорошо. Но страх ее реакции, он не пропал. С ней лично я об этом говорила, она меня успокаивала, то есть проговаривала – не бойся, у меня все хорошо. Но вот, когда она мне звонит или пишет, у меня ёкает сердце, я боюсь, что вдруг она мне что-то такое скажет, от чего просто я не выдержу. Как вот от этого избавиться, помогите, пожалуйста. Потому что будто бы моя жизнь стала строиться на ее реакции. А вдруг она что-то по этому вопросу скажет или по этому вопросу. И я не знаю, как себе помочь. Пожалуйста, подскажите. С.НАСИБЯН: Да, я с радостью подскажу. Но только давайте, Валерия, сначала разберемся вот, в чем. А вы в какой момент стали ее бояться? ВАЛЕРИЯ: Ну, у нас вначале были с ней небольшие недопонимания. Я уже более четырех лет в браке. Но как-то уже сейчас этого нет. То есть больше я ее знаю, больше она меня тоже знает, все нормально, правда. Вот поначалу были два конфликта, после этого появился страх. С.НАСИБЯН: Ну, давайте первое, Валерия, вы боитесь не ее. Вы боитесь того, что не можете выдержать то, что будет. ВАЛЕРИЯ: Да. С.НАСИБЯН: Вы не можете выдержать ее недовольства. То есть вот просто сейчас у нас с вами будет перерыв, мне придется вас подвесить, что называется, не кладите трубку. И вот те пару минут, что меня не будет, вы попробуйте просто признаться себе, что я боюсь не ее, я боюсь не выдержать ее недовольства. Вот мне важно, чтобы вы с этим побыли, а мы с вами продолжим через пару минут. Хорошо? ВАЛЕРИЯ: Хорошо. С.НАСИБЯН: Потому что нам очень важно научиться разделять. Мы часто перекладываем на другого человека свои собственные эмоции. Продолжаем. ВАЛЕРИЯ: Да, Сергей. С.НАСИБЯН: Ну, вот расскажите мне, как вам вот эти две минуты жилось с мыслью, что вы не свекровь боитесь, а боитесь не справиться с ее реакцией? ВАЛЕРИЯ: Да, я вот как раз-таки с вами согласна. То есть я боюсь то, что она мне такое скажет, что вот я не могу это вот как бы пережить. Но вот, как тогда в таком случае не бояться своего страха, что вот она мне скажет? То есть не бояться ее мнения. Вот как быть? То есть, если причина во мне. С.НАСИБЯН: Подождите, да, если причина в вас, то ее мнение вообще только простой триггер всего лишь навсего. ВАЛЕРИЯ: Получается так, да. С.НАСИБЯН: А страх рождается только в том, что я не справлюсь. Расскажите мне, а как это вы не справитесь, что случится, если вы не справитесь? ВАЛЕРИЯ: Ну, я просто буду переживать. То есть бессонница может быть, может быть тахикардия, потому что я буду переживать. Мне этот человек не безразличен, то есть я ее принимаю, мне она нравится. И я буду за это переживать. С.НАСИБЯН: Так в том-то и дело, что попытка быть хорошей и нравиться ей не дает вам, на самом деле, построить с ней здоровые отношения. Вот эта попытка постоянно быть лучше, постоянно стоять на цыпочках, она и не дает построить отношения. ВАЛЕРИЯ: Пожалуйста, подскажите, как тогда вот в таком случае не бояться быть, возможно, не такой вот хорошей и как в таком случае быть тогда, чтобы не было вот этого триггера к ней? С.НАСИБЯН: Хорошо. Вот все время стараетесь быть удобной. ВАЛЕРИЯ: Возможно, да. С.НАСИБЯН: А что случится, если вы не будете удобной? ВАЛЕРИЯ: Да, в принципе, ничего, потому что у нас бывает такое, что могут быть разные мнения на одну и ту же ситуацию, но ничего такого не происходило. Она потом говорила – ну, да, ладно. Правда, не было такого, чтобы мы там как-то разругались. С.НАСИБЯН: Дело в том, что с вашей свекровью все в порядке. Мы прямо ее сразу убрали за скобки, вы ее обратно затаскиваете все время. Вы знаете, как, вот представьте себе, что сейчас вокруг вас нарисован круг мелом. И вы из этого круга со мной говорите, вы затаскиваете туда свекровь и говорите – Сергей, как разобраться вот с тем-то, с тем-то. Я говорю – давайте разбираться, только сначала я попрошу вашу свекровь выйти из круга. Я ее вытаскиваю из круга, она уходит, она говорит – да, конечно, разбирайтесь. Вы начинаете обратно ее затаскивать. Подождите, ну, вот смотрите, если она здесь, то я вот так. Я говорю – подождите, давайте уберем, разберемся, что будет с вами. У вас тахикардия, у вас бессонница, у вас тревога, все это у вас. Но свекрови-то нет. А вы ее обратно засовываете туда. А вы попробуйте ее туда не засовывать. И я дам вам упражнение, правда. Для вас конкретно упражнение сработает вот такое. Вы со свекровью живете вместе? Или вы встречаетесь? ВАЛЕРИЯ: Нет, мы живем вообще в разных городах, мы видимся раз в полгода. С.НАСИБЯН: Отлично. Но вы ее боитесь, когда вы ее видите или по телефону тоже? ВАЛЕРИЯ: По телефону тоже, когда она звонит. С.НАСИБЯН: Хорошо, отлично. Вот смотрите, вы можете прямо сейчас после эфира, у нас с вами еще есть целый час эфира, чтобы вы мне написали, сработало или нет. Берете сейчас и делаете простую штуку. Представляете себя прямо вот в круге таком, очерченном круге. Хотите, в стеклянном бокале, как угодно, но вот круг должен быть очерчен. А ее представляете в другом круге на расстоянии от вас, не пересекающиеся окружности. И ваша задача сохранить себя вот в этом круге одну. То есть вот просто позвонить ей сейчас, поговорить с ней, просто спросить, я не знаю, мамой вы ее называете или Наталья Петровна, как бы вы к ней ни обращались. Позвоните и говорите – слушайте, вот то-то, дела вот так-то, как ваше здоровье? Предположим. Разговаривайте с ней, но все время частью своего внимания держите себя в этом круге одну, никого туда не впуская. И вы увидите, что часть вашего внимания как раз-таки уйдет к вам. Вот эта часть, как зерно начнет разрастаться. И через какое-то время вы однажды увидите, что вы совсем ничего не боитесь. ВАЛЕРИЯ: Я постараюсь так сделать обязательно. С.НАСИБЯН: Сделайте и напишите, я буду прямо ждать вашего ответа. Я люблю, когда в прямом эфире пробуют. ВАЛЕРИЯ: Спасибо вам огромное, Сергей. Всего доброго. С.НАСИБЯН: Хорошо. Спасибо вам за звонок. До свидания. «Подскажите, пожалуйста, что можно почитать про внутренние опоры, когда человек живет и как будто бы на все внутренне спрашивает разрешения у родителей мысленно и по факту. Такая незрелость». Знаете, как, ну, я не знаю, конечно, Наташа, Наталья спрашивает, Москва, Московская область, как глубоко вы хотите зачитываться этим. Я скажу вам, наверное, так. Если вам хочется поупражняться из такого, знаете, нового, что называется, то про собственные опоры, собственные границы, наверное, неплохо подойдет книжка, такая была популярная какое-то время, «Путь художника» называется Джулии Кэмерон. Там есть хорошее упражнение и, в общем-то, вполне себе очень доступно описано. А, если же хочется что-то, ну, из такого тоже современного, то, наверное, «Искусство оставаться собой», есть такая книга Филиппа Гроссмана. Это психиатр, который соответственно описывает, как работают вот эти самые защиты и опоры. Как жить без этих, что называется, костылей. Ну, а совсем-совсем, если уже в глубину, то это Карл Густав Юнг, «Архетипы и самость», по-моему, так называется. Ну, наберете «Карл Густав Юнг» «Самость», и там выйдет книжка. Но это уже прямо следующий этап. «Здравствуйте. А что с уязвимостью? Она влияет на расширение сознания. А дальше не сказали». Да, вот, как оно было, напомнили мне вопрос, отлично. Я сказал о том, что уязвимость расширяет сознание. И я сказал о том, что однажды я приехал к своему учителю с какими-то очередными вопросами, глупыми, как мне теперь уже кажется, но он сказал мне очень классную вещь. Он сказал, что твоя практика медитации, а медитация, в принципе, так или иначе, направлена на расширение сознания, она начинается только в тот момент, когда ты подходишь к границе страха, и вот в этот страх ты кидаешься с головой. Когда ты, ну, прямо признаешь собственную уязвимость, не пытаешься справиться ни с чем. И, если ты выживаешь, ну, как видите, я выжил, то соответственно вот это вот сознание расширяется максимально, на сколько вообще, в принципе, это допустимо. Вот, что такое уязвимость. Это все время этот прыжок, все время прыжок. Ну, мы поговорим об этом с вами уже в следующем часе. Знаете, я, в принципе, уже очень много лет занимаюсь тем, что нахожусь рядом с людьми, которые меняют жизнь. Да, я не скажу, что я помогаю кому-то поменять жизнь, я не скажу, что я являюсь причиной, по которой люди меняют жизнь. Нет. Я, правда, мне повезло, что моя профессия находиться рядом с теми, кто помогает менять жизнь, с теми, кто решает эту жизнь менять. Ну, это, как, когда маленький ребенок, ваш маленький ребенок решает первый раз поехать на роликах или вы видите, как он едет на велосипеде, вот бежать рядом. Просто бежать рядом, но при этом понимать, что едет он сам. Вот моя работа, наверное, в этом в больше степени и заключается. Вера пишет: «Сергей, здравствуйте. Как-то вы сказали о комплексе третьего ребенка. Поняла, что это и про меня тоже. И с подругами чувствую, что они как будто лучше, умней меня, и это беспокоит меня. Но никто не догадывается об этом. Как мне быть? Спасибо». Как вам быть, как вам быть. Ну, в первую очередь, наверное, перестать считать. Понимаете, вы же все время как будто бы себя считаете. Вы определяете себя неким таким третьим ребенком. Вы могли быть восьмым или могли быть третьим среди восьми, не важно. Но вы увидите, вы заметите, если начнете на это смотреть, что вы все время себя в иерархии ставите на какое-то место. Я вам даже не предлагаю вставлять себя в первое место. Не надо, ничего не надо делать с этим. А надо просто не считать. Помните, как тот козленок, который всех считал? Поэтому, Вероника, перестаньте себя куда-то все время встраивать. Потому что вам кажется, что, если вы встроитесь, как в некий такой пазл или картридж, то тогда все работает. А вы попробуйте никуда не встраиваться, и вы увидите, вы заметите это. Вопрос, интересный вопрос такой: «Добрый вечер. Как начать любить себя? Понимаю, что живу не для себя, а для внука, для дочери. Постоянно себя укоряю, пытаюсь это исправить, строю планы. Но когда доходит до дела, всегда что-то мешает, откладываю. И так по кругу». Вы знаете, я в этом вопросе больше слышу немножко другой вопрос – а как разрешить себе быть живой, а не полезной? Вот, правда. Представляете конфликт между живой и полезной? Ну, то есть вот быть полезной у вас это противопоставление быть живой. А быть живой это соответственно быть бесполезной. Вы говорите – живу не для себя. Но ведь это когда-то началось не с любви, это началось со страха. Быть нужной, значит, быть принятой. Быть нужной, значит, не быть брошенной. Быть нужной – вот это ваша внешняя опора. Но только цена этой опоры – ваша жизнь, радость, счастье. Вы знаете, что вы себя теряете, вы знаете, что вы платите высокую цену, и вы продолжаете. Вы строите планы, выстраиваете их и бросаете, сливаете. Вы вините себя за это и еще глубже тоните в этом сливе и в этом чувстве вины. И это не слабость в смысле, ах, я не могу по-другому. Нет, это зависимость, ваша зависимость от наркотика под названием «удовлетворение чувства долга». Как начать любить себя? Ну, правда, много раз отвечал на этот вопрос, давайте вот лично для вас еще раз. Пожалуйста, только не с усилия, а с простой банальной честности. Скажите себе – я злюсь, я уже всех ненавижу вокруг, я себя ненавижу, я хочу для себя и мне даже страшно об этом говорить. Вот это уже будет проявлением любви. Потому что, ну, любовь это не всегда про муси-пуси и про нежность какую-то. Часто это бывает про такую жесткую правду. Ну, я предложу вам, после этого откажитесь от спасательства. Но я не знаю, сможете ли вы. Начните хотя бы с того, что я говорю. А следующий шаг, это 10 минут в день. Я как-то помню, у нас был такой эфир и я порекомендовал, просто 10 минут в день для себя, только для себя. Не надо больше, 10, но искренне, с теплом, по-настоящему. И когда вы увидите, что вас не наказывают, вот тогда появляется шанс, что вы научитесь маленькими шагами жить для себя и любить себя чуть больше, чем я сказал только что. У нас есть звонок. Здравствуйте. КИРИЛЛ: Добрый день. Это Кирилл, Петербург. С.НАСИБЯН: Очень приятно, Кирилл. Здравствуйте. КИРИЛЛ: Хотел бы рассказать о своем прогрессе. Я напомню, мы с вами обсуждали, родители какое-то время, лет 15 назад, 20 отказались от меня в связи с тем, что в очередной момент, когда меня припекли их наставления, давление, ну, я выложил, что я знаю про их скелеты в шкафу, про похождения родителя. После чего отец (неразборчиво) написал письмо, что теперь он считает себя только родителем, а не отцом, и перестали они со мной общаться. Мать его поддержала. И сейчас ситуация некоторое время назад опять, вроде как мы с сестрой поддерживаем более или менее терпимые отношения, но она целиком за родителей. Косвенно узнаю о тех негативах, которые мать рассказывает про меня, придумывает, сама уже в деменции. Помнит только какие-то пять секунд буквально, как рыбка Дори. Правда, вдруг стала признавать, что, да, вот дочь, то есть моя сестра, вот она основоположница сейчас вот этих всех негативов. Вопрос в другом. С.НАСИБЯН: В чем же? КИРИЛЛ: Возникла ситуация некоторое время назад, когда мне вдруг зятек предъявил какие-то безумные претензии, потом сказал, что он был не прав, пришел извиняться, был поставлен на место. Внятно, без оскорблений сказал, что парень пользуется моей территорией, моими возможностями и зачем себя так вести. Без криков, без ругани, без всего. В результате чего меня просто стали гнобить, рассказывать про меня гадости. И я понимаю, что вот суть этой ситуации в моем собственном отношении к ней, то есть мне привычно с этим бороться. Я вдруг понял, что это некая исключительность, что я, блин, могу вытерпеть, что я могу это терпеть. Самое главное, терпеть, а не жить. Это к теме вашей, вот то, что вы озвучили, что, а к чему идти-то дальше. И я понимаю, что их реакция это просто реакция на мою агрессию внутреннюю. С.НАСИБЯН: Так. КИРИЛЛ: И это я, собственно, высказываю логическую цепочку. Возможно, она не совсем корректна. Поэтому было бы важно услышать, где здесь, скажем так, нарушение этой логической цепочки. Потому что головой я понимаю вот эту свою агрессию, а принять то, что дальше... Вот я дохожу до точки, я прохожу через страх, а нет дальше ни любви, ничего, дальше пустота. И с этой пустотой вот я сделать ничего не могу. То есть я прохожу все эти точки и так далее. Вот вопрос, что... С.НАСИБЯН: Вы знаете, Кирилл, вы сейчас, рассказывая про то, как вы это делаете, прямо постигли глубину такого учения, как Дзогчен. Есть такое буддийское учение природы ума, которое утверждает, что все эмоции рождаются из пустоты. И вот вы, расщепляя свою агрессию, расщепляя потихонечку ее на составные, вы приходите к пустоте. Вот они считают, что пустота лежит в основе всего. Знаете, я вам честно скажу, если вы это, правда, так видите, то ничего не делать, представляете. Если вы реально находите, что источником вашей агрессии является пустота, не делайте ничего, Кирилл. Вот попробуйте остановиться и побыть с этой пустотой, если это так. Если то, как вы говорите, это пустота. КИРИЛЛ: Ну, здесь источником агрессии являюсь я сам. Я могу менять только себя, я могу менять ситуацию внутри себя. Но когда я иду дальше этой агрессии, когда я прохожу вот это все внутри, я понимаю, что у меня это гордыня. С.НАСИБЯН: Конечно, отлично. То есть вы прямо движетесь в этом направлении. Так, и, если это гордыня, то, что с этим делать? КИРИЛЛ: А здесь весь вопрос в том, что получается, что ценность это терпеть, страдать и как-то внутри, может быть, неосознанно все делать к тому, чтобы у меня была очередная встречная агрессия. С.НАСИБЯН: Подождите, вы что хотите получить, Кирилл? Вот вы доходите до того, что у вас за вашей агрессией стоит страх, за страхом вы приходите к пустоте, обнаруживаете, что вы наполняете эту пустоту агрессией через свою гордыню. А вы к чему хотите прийти в итоге? КИРИЛЛ: Вот, это к тому, с чего, я услышал, началась передача. Что вроде бы как хотим изменить себя, но боимся того, что можем получить, чего не ожидаем получить. С.НАСИБЯН: Абсолютно верно. И тогда получается, что, если вдруг вы поменяете контекст, то есть уберете свою агрессию по отношению к своим родителям, то как будто бы закончится тот Кирилл, которого вы знаете. Закончится его драма, закончится его история. А что начнется? КИРИЛЛ: Вот вопрос. То есть вопрос в том, что я сам на этом моменте исчезну, как личность. С.НАСИБЯН: Конечно. Ну, вот прямо правильно. То есть исчезните, как личность. Не как физическое тело, а именно вот та ваша часть личности, в которую прописаны, закодированы ваши отношения с вашими родителями, вашим зятем, вашей сестрой. Потому что каждый раз, восстанавливая, возобновляя снова и снова этот конфликт с ними, вы как будто бы снова и снова возрождаете этого Кирилла агрессивного, напуганного, злого и так далее. А вы попробуйте не делать этого. КИРИЛЛ: С моей стороны как раз проявлений никаких нет. Это моя, вот эта агрессия это мое внутреннее состояние, я просто это начинаю анализировать, то есть воспринимать. Но с моей стороны, наоборот, ни каких-то движений на обострение, на конфронтацию нет вообще. С.НАСИБЯН: Я понимаю, да. Но у вас же возникает это чувство, когда они делают что-то, правильно? Вот вы же рассказываете об этом? КИРИЛЛ: Да. Вопрос в том, как... С.НАСИБЯН: Вот смотрите, я вам что-то говорю, вот смотрите, я отвечаю на этот вопрос. Я вам что-то говорю, а у вас внутри это вызывает агрессию. Приблизительно так вы описываете ваши отношения с семьей. КИРИЛЛ: Ну, вот эта логическая цепочка, да, то есть именно головой я понимаю, что дальше уничтожить. Но я ничего не делаю для этого, я это в себе внутри перевариваю, отсюда прибухиваю и так далее. С.НАСИБЯН: Понимаю. Ну, слушайте, а давайте попробуем сделать вот такую штуку. Вы в следующий раз, когда возникает у вас контакт с вашими близкими, вы позволяете этому контакту случиться, а после чего позволяете себе все чувства, эмоции и желания, которые у вас возникают все. И после этого говорите себе – я это все сделаю, но через два часа. И даете себе два часа паузы. Просто вот два часа, что хотите, то и делаете. Хотите, думайте об этом, хотите, нет. Но мне кажется, что я, причем понимаю, что я сразу делаю как бы большой задел, потому что два часа это много. Но вы, по крайней мере, за эти два часа сможете увидеть нечто. Вы сможете увидеть, как вы возвращаетесь снова к этому. То есть это я пробуждаю в вас... КИРИЛЛ: Пока не очень понял, я не имею никаких, я просто себя сам ограничиваю. Но когда я приезжаю в деревню, в частности, вот в родовой дом... С.НАСИБЯН: Да, я помню, вы рассказывали. КИРИЛЛ: И сестра, их участок соседний, просто мать разделила на две семьи. Но им просто отдали, а мне сказали, что я вообще должен быть благодарен за то, что мне его отдали. С.НАСИБЯН: Ну, вы же не знаете, может быть, им тоже так говорят. Вы же не знаете. КИРИЛЛ: Нет, им так не говорят. С.НАСИБЯН: Ну, подождите, откуда вы это знаете? КИРИЛЛ: Это совершенно точно. С.НАСИБЯН: Совершенно точно, это вот откуда знание? КИРИЛЛ: Ну, потому что на них было переоформлено много лет назад, а на меня буквально несколько лет назад. С.НАСИБЯН: Так, а почему вы уверены, что им не говорят о том, что они должны? КИРИЛЛ: Ну, потому что, когда там были маленькие нюансы... С.НАСИБЯН: Смотрите, Кирилл, я вас провоцирую на одну простую штуку, вы мне снова и снова в мельчайших подробностях начинаете описывать свое знание. КИРИЛЛ: Да. С.НАСИБЯН: Вот это от него надо отказаться, Кирилл, от этого знания. Вы не знаете, говорят им или нет. Вы не знаете, как обстоят дела. Оно, ваше знание, как вы начинаете мне подробно рассказывать, как раз-таки вот в этой истории и записана ваша агрессия. Откажитесь от этого знания, и вы увидите, что причина для агрессии исчезла. Вот, о чем я. Попробуйте не рассказывать себе эту историю, не жить эту историю, ничего не делать. Я же говорю, как доходите до этой пустоты, ничего с этим не делать. КИРИЛЛ: Вопрос в том, что как раз у меня идет перемалывание постоянное, внутренний диалог. С.НАСИБЯН: Да, вот. КИРИЛЛ: По поводу каких-то дурацких негативов. С.НАСИБЯН: Абсолютно верно. Берете любой негатив, вот прямо выписываете десять негативных каких-то аспектов и каждый из них подвергаете сомнению. Вот просто могу ли я быть уверен, что это так, например. Ваша задача сомнением препарировать эти убеждения. Ну, и звоните мне снова, мне прямо интересно, как там будет разворачиваться ваша внутренняя Санта-Барбара. КИРИЛЛ: Ну, не очень, конечно, это приятно. С.НАСИБЯН: Я знаю, я знаю, Кирилл, но мы с вами прорвемся. Я понимаю, о чем говорит Кирилл. И каждый человек, который сейчас нас слушал, я уверен, тоже понимает, слышит Кирилла, слышит его боль. Но эта боль это и есть программа, которая прописана внутри. Она прописана внутри каждого из нас, она делает нас нами, она и делает нас личным, как бы нашей личностью, просто нашей личностью. Мария, 43 года, город Иваново: «Я не могу действовать, могу просто лежать и спать весь день». Ну, знаете, Мария, я вам скажу так, вы можете просто спать и лежать весь день, значит, вы можете действовать. Просто почему-то вы действиями называете какие-то другие аспекты своей жизни. Вам, наверное, хочется в космос полететь, вот уж не знаю, что вы там хотите. Вот город Северодвинск, почти родной. Коротко, Ольга, 54: «Прожили с мужем 23 года. Только в 50 лет до меня дошло, что муж хитростью все сваливал на меня. Хочу развестись. Но есть пример развода в таком возрасте, о котором женщина пожалела». Ну, слушайте, оттого, что одна женщина пожалела о разводе или там 13 женщин пожалели о разводе, ну, господи, они же ведь, это не значит, что все должны об этом пожалеть, правда? Знаете, у меня была одна моя хорошая знакомая, она работала медсестрой, когда мы работали в больнице, и она уже была на тот момент взрослой женщиной, так вот она, когда я был совсем молодым, я смотрел на нее, а она на тот момент, ну, понятно, что она взрослее, она проживала свой развод. А я тогда очень сильно волновался об этом обо всем, там разводы, как это, что это, ну, понятно, что я еще не был женат даже. И она тогда сказала прекрасную фразу – развод это лучшее, что могло со мной произойти. Я вообще, в принципе, сегодня, как человек, который терапевтирует пары, терапевтирует людей, считаю, что развод, он придуман для того, чтобы улучшать отношения людей. Бывает такое, что люди поженились, и не могут они построить отношения, потому что сам по себе брак портит их отношения. Так вот разводиться надо только в том случае, если вы планируете эти отношения улучшить. «Здравствуйте. Мне постоянно снится моя первая любовь, – пишет Лара. – Его давно нет в живых, но он преследует меня всю жизнь. И все было с ним связано, и первый муж, и второй. Но когда он мне снится, я всегда переживаю эти воспоминания и страх, что он уйдет не на тот свет, а от меня. И мужа тоже нет, уже на том свете. Можно ли как-то отпустить такие давние воспоминания? Лариса, Архангельск». Блин, зачем? Я бы рад был бы. Знаете, я вот так скажу, у меня есть друг, которого не стало много лет назад, и когда он мне снится, это всегда очень какие-то счастливые сны. Когда мне снится моя первая любовь, когда мне было 17 лет, но это же я просто возвращаюсь в 17 лет, это так классно. Не отпускайте, Ларис. Это же, правда, классно. Заказывайте себе такие сны. Вопрос: «Напоминаю, что за вопрос вы забыли, говорили, пришли к учителю». Ответил на этот вопрос. Я с радостью всегда отвечаю на ваши вопросы и с радостью с вами говорю, и, самое главное, самое важное это то, что наши с вами разговоры полезны слушателям. Очень часто слушатели, слышат для себя большое количество ответов в тех ситуациях, которые мы с вами разбираем. Наверное, ценность этих разборов в этом и заключается. Услышимся с вами через пару минут. Мы продолжаем, родные мои радиослушатели. Задают вопрос, у нас много вопросов, я даже не успеваю. Вот тут пишут: «Еще только половина эфира прошла, а уже отличная рекомендация. В самое ближайшее время при разговоре с овдовевшей сокурсницей попробую не пускать ее жалобы в свой стеклянный домик. Давно пора». Пробуйте, но имейте ввиду, что я даю рекомендации персонально. Если у вас сработает, я буду счастлив. Только обязательно напишите. Виктория пишет: «Здравствуйте. Муж не общается с сыном, ему 28 лет и дочерью, ей 22 уже пять лет. Я живу все эти годы надеждой, что все наладится. Но, похоже, это невозможно. Он очень обидчив и, как говорит, я отсекаю от себя всех людей, которые меня не ценят. Отсек. Были небольшие конфликтные ситуации. Но вот настолько, чтобы не общаться с детьми и внучками. Уже подрастают внучки. Проходит время, я виню себя все больше, что не могу наладить отношения мужа с детьми. Уже смиряюсь. Вопрос – уже не получится наладить хорошие отношения ему с детьми? Разговоры с ним не помогают. В браке 30 лет». Вы знаете, я одно только не могу понять, вы-то в чем виноваты? Вы говорите – я виню себя. Проблема же не в том, что у него плохие отношения или у него нет отношений с его детьми. Проблема заключается в том, что вы себя в этом вините, и вот это меня удивляет. Перестаньте себя винить и, возможно, что-то изменится. Александр: «Здравствуйте, Сергей. У меня вопрос, как начать свое дело и перестать работать за других. Не на других, а за других. Мне 43 года. С 1998 года работаю строителем. На данный момент все остановил, открыл фирму, снял офис. Но постоянно проблема с рабочими. В итоге сам, засучив рукава, работаю с ними или вместо них. Как быть? Что делаю не так?» Ох, Александр, ну, во-первых, не самый простой бизнес строительный, там, действительно, огромное количество ответственности вашей и вам приходится это делать. Но я думаю, единственный вариант это, знаете, ну, давайте так, вам не бизнес надо открыть, вам надо команду построить. Вот, если вы начнете строить команду, есть у меня ощущение, что тогда все получится. А, если вы будете открывать бизнес, то в этом бизнесе, к сожалению, все время будут люди, которым вы не сможете доверять. Надеюсь, ответил. У нас есть звонок. Здравствуйте. СТАНИСЛАВ: Добрый вечер, Сергей. С.НАСИБЯН: Добрый. СТАНИСЛАВ: Такой вопросик, в общем, зайду издалека. Мы с супругой живем вместе уже 18 лет. У нас двое детей, 17 и 11 лет, мальчики. В последнее время как-то у нас, ну, все было в жизни, ссоры и мирились, как обычно в семейной жизни. В последнее время стал замечать, ну, не замечать, слышать от супруги, что как бы я не оправдал ожиданий и тому подобное, и вот слово абьюз. Ну, в таком плане. В общем, сейчас такая ситуация, что мы планировали расширяться, ну, жилье увеличить, чтобы нам комфортнее было. И такой момент, что появилось слово «развод» и все чаще и чаще мелькает. Дело в том, что я, возможно, думаю, что я не смогу как бы сохранить семью, переедем мы в эту большую площадь, но все равно, я думаю, что буду чувствовать себя неуютно и супруга тоже, наверное, будет чувствовать неуютно. Потому что раз уже такие пошли разговоры и тому подобное, это уже такие звоночки как бы. И у меня такой вопрос, мне стоит сейчас сделать так, что оставить часть, купить как бы жилье супруге и детям, а самому себе другое отдельное жилье? С.НАСИБЯН: Ну, тут, наверное, вопрос больше к юристу, чем к психологу. Я скажу вам только одно, Станислав. Вот из моей практики 20-летней я скажу так, супруги в кризисе семейном делают три ключевых ошибки. Они, ну, когда люди, бывает такое, что не женаты и живут долго, они женятся в кризисе, потому что им кажется, что это скрепит их и вылечит. Они рожают детей и беременеют, или они покупают, входят в ипотеку или покупают какую-то недвижимость. Вот это самые три большие ошибки, чаще всего распространенные. Я не отвечу вам на вопрос, покупать вам недвижимость или нет. Я отвечу вам на другой вопрос. Первое, что необходимо сделать, это признать, что в ваших отношениях кризис, просто признать и сказать – пока мы не пройдем этот кризис, мы никаких решений принимать не будем, никаких. Потому что этот кризис может а) вывести вас на другие совершенно, на другой уровень отношений с супругой и тогда покупайте, что хотите, б) он может абсолютно расшибить полностью ваши отношения, и тогда делайте тоже, что хотите и так, как вы считаете нужным. Но самое главное это, если ваша супруга говорит, что ты не оправдал моих ожиданий, вот здесь ключевая проблема. Потому что вопрос очень простой ведь, а ваша супруга хочет жить с вами или с фантазией о вас? СТАНИСЛАВ: Скорее всего, второе. С.НАСИБЯН: Конечно. И тогда с большой долей вероятности ничего не получится. Но я не хочу быть в этом смысле пессимистом. Потому что, возможно, она поймет это и увидит, что ей нужен муж, а не фантазия о нем, и тогда вы как-то, засучив рукава, начнете разбираться с этим. СТАНИСЛАВ: А вот вариант, что разъехаться там на время, например. С.НАСИБЯН: Я не верю в разъезды на время. Потому что за то время, пока вы будете жить по отдельности, одного из вас может сбить машина, например, поэтому я в это не верю. СТАНИСЛАВ: Я слишком привязан к детям, и меня вот это вот корежит. С.НАСИБЯН: Я понимаю. Именно поэтому я и предлагаю вам не уходить, не пытаться заклеить, знаете, ее ожидания и весь этот кризис решить, а, наоборот, открыто сказать – слушай, у нас есть проблемы, у нас кризис, давай, решай. И вот, когда вы попробуете этот кризис решить, я не знаю, пойдете вы к специалисту, например, за помощью, что было бы не плохо, или вы сами будете с этим разбираться, но это точно надо делать прежде, чем принимать какие-либо решения о разводе или уже, тем более, о покупке. Я бы вот так рекомендовал. И помните одну важную вещь, друзья мои, правда, если вы, два взрослых человека решаете развестись, ни один из вас не отдаляется от детей, если вы не два, простите уж такое, больных, которые детьми манипулируют, не дают общаться. Поэтому в этом смысле не бойтесь, что вы отдалите. Детей надо любить и в разводе, и в браке, и как угодно. Но это не означает, что надо жить ради этого. Поэтому я предлагаю прямо нырять в этот конфликт и разбираться с этим, что называется, кризисом, конфликтом, который вообще, в принципе, возник в вашей паре. «Добрый вечер, Сергей. Очень рада вас слышать. У нас за городом в Ленинградской области идет дождь, мы с мамой слушаем эфир. Я рассказываю ей, какой вы замечательный». О, это приятно, дочитывать не буду. «Добрый вечер, Сергей. Как перестать все контролировать и спешить жить?» Вы знаете, наверное, никак, ну, в том смысле, что это же произойдет только в тот момент, когда вы, наконец, поймете, что это абсолютно бессмысленно, просто абсолютно бессмысленно контролировать и торопиться. Хотя, наверное, я, вот я точно, наверное, в какой-то степени тороплюсь, я вот так сейчас задумался, тороплюсь ли я, наверное, я тороплюсь. Но контролировать? А в чем смысл контроля? Чтобы происходило все только то, что вы хотите или только так, как вы хотите? Ну, вы же тогда уродуете жизнь. Знаете, в этом смысле я несколько раз говорил и говорил об этом даже у нас здесь, в эфире, я говорю о том, что самое худшее, что придумали люди, это бонсай. Это, когда они большие деревья уродуют, делая маленькими. Вот, когда мы контролируем жизнь, мы делаем из жизни бонсай. Жизнь это большое дерево с бесконечным количеством разветвлений, листьев, почек, корней. А мы делаем из него маленький бонсай. Я много, вы слышали, наверное, неоднократно, я могу путешествую по Азии, по Индии, в частности. Знаете, очень часто в Индии оказываешься около огромного дерева, которое называется фикус каучуконосный. В моем детстве фикус каучуконосный это маленькая такая веточка в поликлинике на окне. И когда я увидел, что это, на самом деле, огромное дерево, и вообще все, что росло у наших бабушек на окнах, в Индии это огромные деревья, оказывается. Я и не знал никогда. Здесь ровно то же самое. А когда-то однажды я спросил у своего учителя, сегодня уже второй раз его упоминаю, о том, был вопрос, не буду его сейчас озвучивать, он сказал очень классную штуку. Он сказал – знаешь, в чем разница между садовником в Европе и садовником в Индии? Я говорю – в чем? Он говорит – садовник в Европе делает все, чтобы растения росли, а садовник в Индии делает все, чтобы они не росли. Потому что буйство роста, буйство жизни индийских растений это, конечно, абсолютно непередаваемо. Поэтому, друзья мои, не контролируйте, чтобы не делать из вашей собственной жизни такую штуку, то есть бонсай. «Есть две дочери, – пишет Мария. – Одной 16, другой 23. Между собой не общаются с класса 4-го». Ну, видимо, младшей 4-го. «Возможно помочь наладить им контакт?» Знаете, Мария, точно возможно. Я не знаю, согласятся ваши дочери или нет, вывезите их, пожалуйста, на три дня куда-нибудь в деревню. Но только договоритесь, что все будете молчать, все будете всё делать молча. Никаких гаджетов, никакого телевизора, только три дня, вас трое и молчание. Потом пишите. Антон: «Как вы думаете, если я проснулся в 5 утра, вышел на прохладный балкон в одних штанишках, стал ступнями на аппликатор Кузнецова и бескорыстно помолился, это уязвимость?» Ой, Антон, бескорыстная молитва про уязвимость? Ну, в какой-то степени, наверное, да, я бы сказал, так и есть. В моей жизни был однажды такой период кризиса глубокого, мне было лет 36, наверное, когда я просто потерял смысл. А кризис это, в общем-то, потеря смысла. Я долгое время не мог прямо понять, что же мне делать, как же мне быть, какими инструментами пользоваться. И тогда я принял для себя решение вот делать то, что вы написали. Я каждое утро начинал с молитвы о других. И через какое-то время, буквально через месяц в моей жизни оказалось огромное количество смысла, потому что я понимал, что мне необходимо проснуться, потому что, если я не помолюсь за других, как же они без меня жить-то будут. Вот у меня есть два голубя, они прилетают ко мне на балкон, я их кормлю. Они загадили, сволочи, весь балкон, но я ничего сделать не могу, я их кормлю. И каждое утро, когда я просыпаюсь, я думаю, ну, все, сегодня кормить я их точно не буду. Я уезжаю на месяц, на два месяца и они ждут. Когда я приезжаю, они снова приходят на балкон. И каждый раз я думаю – не буду их кормить. Но каждый раз, когда я на них смотрю, думаю, ну, а кто их покормит, если не я. И, конечно же, я их кормлю. Поэтому бескорыстность, да, это приятное чувство и, наверное, это связано, в том числе, с уязвимостью. Поэтому спасибо за такой вопрос. Мы продолжаем и уже скоро будем заканчивать, мы, что называется, на финишной с вами прямой. И я помню, что еще у нас с вами обязательно сегодня рекомендация фильма. Тут уже пишут: «А фильм будете рекомендовать?» Буду, буду. «Как пережить предательство коллеги? Работали в одном проекте, я много помогала, а он слабый сотрудник, приходилось учить, получала благодарность, постоянно думала, что искренне. Однажды он решил, что в другом месте заработает больше. Мне это не сказал. Внезапно устроил вечеринку на троих с начальником, обвинил меня и хлопнул дверью. Знаю, что это подло с его стороны. Я все делала правильно, начальник это знает, но будто мир перевернулся. Добро и зло сместилось по шкале». Знаете, а в чем предательство? Он вам в какой-то из моментов обещал никогда так не поступать, что ли? Знаете, предательством ведь мы часто называем, когда люди поступают так, как они считают нужным, представляете. Просто дайте им право быть таким, какой он есть. Лара: «Да, я тоже никак не могу перестать все контролировать. А кто об этом всем будет думать, кроме меня, кто будет разгребать проблемы? Только я». Безусловно, безусловно, вы и будете разгребать, как вы говорите, проблемы. А можно не проблемы разгребать, а просто жить, принимая те обстоятельства, которые возникают, как результат ваших выборов. «Вот голуби это та же история у меня». Отлично, пишут вот: «У нас в квартире уже год живет голубь, подобрала молодого на улице, хотела вылечить и отпустить. Оказалось, что из-за травмы крыла он никогда не сможет полноценно летать. Живет теперь у нас на кухне». Друзья, это же прекрасно. Я вообще, в принципе, человек, который романтично верит в эру милосердия, рано или поздно она наступит. Сегодня такие вопросы интересные, очень много вопросов про внутренние опоры и про то, как быть внутри. Мне часто задают вопрос, зачем я хожу в горы. Ну, правда, и каждый раз, вот я недавно спустился с гор, две недели, и каждый раз, и в этот раз тоже я обещал себе, что, хорош, надо завязывать. И, более того, даже отменил следующее восхождение, которое планировалось на август. Первый раз за много лет отменил восхождение, принял решение по-другому провести это время. Но при этом при всем ответ на вопрос, зачем. Знаете, когда ты идешь в горах, там все остальное перестает иметь смысл, потому что туда приезжаешь не ты какой-то там крутой, еще какой-то психолог, известный, ведущий, бизнесмен, отец, сын, брат, сват и так далее, а приезжаешь ты, вот какой ты есть. И каждый следующий шаг, он в этом смысле про тебя, только про тебя и больше ни про кого. Я в связи с этим сегодня подумал о фильме, который я бы рекомендовал. Не будем ничего жесткого про горы. А был такой фильм, помните, «Дикая» с Риз Уизерспун. Она там после событий драматичных, трагичных событий ее жизни она принимает решение, когда у нее мама умерла, по-моему, крах брака, она просто идет в одиночный поход по маршруту, в Америке есть там несколько таких хороших троп, и она просто идет. И мне самому сейчас это очень стало интересно, потому что я сейчас перечитывал книжку одного буддийского мастера про то, как он ушел в трехлетний такой ретвит просто бродить по Индии, просто уйти. Идти, когда никто тебя не знает, потому что каждый новый день, новое место и новый ты. Посмотрите этот фильм, подумайте, о чем это для вас. И я каждому из вас благодарен, что вы звоните и пишете, и делаете мою работу нужной. Берегите себя, своих близких. Мы с вами услышимся на следующей неделе. С вами был Сергей Насибян, и это была программа «Провокация» на «Маяке».

Выпуски
2026
2025
2024
2023
2022
2026
2026
Новый сезон
Статьи
На "Смотрим" стартует серия видеоподкастов ведущих радиостанции "Маяк"
На "Смотрим" стартует серия видеоподкастов ведущих радиостанции "Маяк"