Провокация

Выпуск 07 сентября 2024 года
Радиопрограмма, 2023
Россия
Психология

5 сезонов, 181 выпуск по 58 мин

С.НАСИБЯН: Добрый вечер, дорогие радиослушатели. Вы на волнах «Маяка», 17.10, суббота, а это означает, что мы с вами на «Провокации», передаче, которую веду я, Сергей Насибян, и, в общем-то, психолог, как мы здесь шутим, которого вы заслужили. Давно меня не было, я был в командировке, ну, и заодно отдохнул на Камчатке, удивительный край, чего там, познакомился с медведями. И, в общем-то, самое, наверное, для меня неожиданное открытие это, во-первых, полет над Россией вдоль Северного меридиана. Это, конечно, поражает просто, потому что ты летишь несколько часов и не видишь никаких городов, никаких населенных пунктов, а вот абсолютно такая дикая, то тайга, то соответственно, что у нас там еще, ну, горы, севернее там уже гор не было, не степь, господи, тундра. И я оказался в тундре, и тундра это фантастика. Это единственный, наверное, на сегодняшний, ну, не был в прерии, но вот тундра это такое место, куда ты заходишь, и ты ходишь по очень мягкому ковру. И этот ковер, он весь цветет, весь он яркий, и очень много грибов, ягод, ну, опять же, медведей. Это фантастика, конечно. Но я скучал по вам, надеюсь, вы скучали по мне. Вы писали мне во всех моих пабликах, в директах писали о том, что ждете передачу. Ну, вот, в общем-то, мы сегодня с вами встречаемся. А вы, как вы помните, можете всегда позвонить мне в прямой эфир, и мы с вами обсудим, что вас беспокоит, либо вы можете написать свой вопрос в моих пабликах, в директах и «ВКонтакте», в том числе, на канале «психолог Сергей Насибян». Задавайте, в общем, свои вопросы, я с радостью буду на них отвечать. Ну, и те, кто вдруг впервые нас слышат, хочу сказать сразу, что, несмотря на то, что я психолог, психотерапевт, коуч, здесь мы, конечно же, не разбираем ситуации с точки зрения здоровья, что типа кто-то болен и ему нужна помощь. Нет. Просто я задаю вопросы, для того чтобы помочь человеку, со мной говорящему, увидеть ситуацию или обстоятельства, в которых он оказался, немного под другим углом. Но самое, наверное, ценное и важное, что люди, которые нас слушают, потом пишут кучу благодарностей за то, что вот в этом разборе они для себя обнаружили какие-то важные элементы, ключи, открытия. Ну, вы также можете оставить свои вопросы в специальной форме в разделе «Маяка» на сайте «Смотрим», для того чтобы наши редакторы с вами связались и вывели вас в эфир в следующую субботу. Ну, и не могу не похвастаться и не предложить вам посмотреть наш видеоподкаст «Провокация» который мы снимали все лето, и они выходят, и всегда выходят новые. Поэтому на сайте «Смотрим» там же, в разделе «Маяка» вы можете посмотреть наш видеоподкаст, ну, и соответственно также написать нам о том, что вы хотите принять участие в нем. Ну, и вот уже вопросы полетели. И вот пишет нам Эвелина, Санкт-Петербург: «Сергей, здравствуйте. Вас все спрашивают о своих проблемах. Но мне было бы очень интересно и полезно узнать про вас. Как вы все успеваете? Какой у вас примерный распорядок дня? Сколько времени отводите на отдых, на работу, на быт? Как выстраиваете краткосрочные и долгосрочные планы, чтобы большинство из них осуществлялось? Как удалось прийти к тому, чтобы вставать в 6 утра каждый день? Как вы высыпаетесь? Спасибо за вашу деятельность. Эвелина, Санкт-Петербург». Приятно, и я, конечно, не могу не похвастаться в этом смысле. Это действительно очень важный вопрос. Я скажу и я, наверное, уже это неоднократно говорил в эфире. Я в свое время открыл секрет, очень важный секрет не без помощи, конечно же, своих каких-то учителей и, в частности, моего учителя, наставника, который однажды мне сказал простую вещь. Я мучился много лет сном, не мог спать и понял, что это первое, что нужно изменить. Для того чтобы вы все успевали, первое, что нужно поменять, нужно поменять сон. А для того чтобы поменялся сон, надо запомнить простую вещь. Первое, это засыпать всегда надо сегодня, просыпаться завтра. То есть всегда засыпаем до 12 часов и просыпаемся соответственно после 12 часов. Это первое. Второе, что очень сильно изменило мою жизнь, это когда я понял, что день начинается с вечера, а не с утра. Это совершеннейший переворот с ног на голову, с головы на ноги, как угодно это назовите, но это тот самый важный ключ, такой тайный код, который делает нас максимально эффективными и максимально реализованными в своем собственном потенциале. Всегда помните о том, что день начинается с вечера. Ну, и, в общем-то, потом вы придете к тому, что вы увидите, что и неделя начинается, на самом деле, с воскресенья. Поэтому, когда вы отдыхаете, условно, в воскресенье, то вы в понедельник уже в полном наборе сил, наполнены энергией, желаниями все это, так сказать, менять. Сплю я 7, ну, максимум 7,5 часов и мне этого достаточно и, в общем-то, для мужчины этого достаточно. Женщинам надо чуть побольше, 8-8,5. Как пришел к этому, вам рассказал соответственно. Ну, а дальше еще есть такой очень важный момент. Я раньше никогда не мог заниматься утренними тренировками, утренним спортом. Мне казалось, что, если я устану с утра, то потом уже к концу дня я, значит, соответственно выдыхаюсь. И была в этом какая-то идея, истина. Но мы воспринимаем и себя, и мир, в котором мы живем только через собственную привычку восприятия. То есть то, как мы привыкли его видеть, в общем-то, таким мы его всегда и видим. А дальше мы всего лишь навсего подбираем к нему коды, которые подтверждают наши убеждения о том, какой мир и какие в этом мире мы. И, предположим, долгое время я думал о том, что я сова и очень хотел быть жаворонком. До тех пор, пока я не понял, что все это абсолютная ерунда и не нужно об этом вот прямо так думать. Нужно просто максимально настроить свои внутренние биологические часы или биологические какие-то механизмы на природный лад. То есть, когда солнце встает, мы просыпаемся, и наш световой день, чем больше мы захватываем светового дня, тем больше мы успеваем. Ну, и уж раз так разошелся, скажу еще одну очень важную вещь, о которой, кстати, почему-то хотелось сегодня поговорить. Сегодня я ехал, когда на студию, в студию, простите, на радио я задумался о психологии поведения, которую можно, в общем-то, научным словом назвать бихевиоризм, и тут привет и Скиннеру, Павлову и многим-многим гигантам, которые открывали вообще идею вот этого поведения. Есть, понятно, какие-то критические замечания у коллег на этот счет, но все же. Так вот работал какое-то время назад с одним молодым человеком, действительно молодым человеком, который очень боится будущего. Это, на самом деле, нормально в возрасте 20-22 лет бояться будущего. Но с ним очень здорово удалось мне самому увидеть и ему удалось показать, а это, наверное, даже важнее, очень простую вещь, что мы не можем, вот мы должны бояться будущего, потому что будущее непредсказуемо, потому что там нет никакой определенности, как правило, там огромное количество вариантов изменений нашего покоя. И мы не можем его не бояться, надо это знать, это часть нашего сознания и часть наших инстинктов. Но то, что от нас зависит, это минимизировать свое внимание в прошлое. Вот когда вы спрашиваете, как я все успеваю, потому что я работал много лет и продолжаю работать, и это всегда будет, это не оглядываться в прошлое. Потому что, когда мы своим вниманием постоянно тормошим свое прошлое, вспоминаем его, постоянно как-то думаем о том, как могли мы поступить по-другому, иначе, как мы могли бы исправить все это, то в этот момент, вы представьте себе, вы как будто бы идете задом. Ну, вот как бы вы ни шли задом, вы всегда будете обречены на то, что вы будете прямо вот на уровне затылка ощущать страх падения или столкновения с чем бы то ни было. И ровно то же самое мы можем перенести в нашу психическую реальность. Чем больше мы думаем о том, как было раньше, тем хуже. Я как раз, мне кажется, на позапрошлом нашем эфире, это, получается, уже было 5 недель назад, рассказывал о том, что выступал или давал интервью какое-то, не знаю, как это назвать правильно, на подкасте Александры Яковлевой «Психология с Александрой Яковлевой», где она попросила меня поговорить о том, как правильно научиться принимать решения. И я как раз там очень подробно все это изложил, вы можете послушать, большое количество прослушиваний, насколько я знаю. И суть заключается в том, чтобы правильно принимать решения, нужно научиться, принимая решения, никогда не возвращаться к принятому решению. И вот эта привычка не возвращаться к принятому решению, по сути, формирует внутри нас взрослую позицию, потому что это позиция ответственности. Так что имейте в виду, вот это так. Марина пишет: «Добрый вечер. Сергей, нужно ли проходить психметодики, если их психологически тяжело выполнять?» Я не очень понимаю, Марина, и вы можете мне сейчас немножечко уточнить, что вы называете психметодиками, и тогда я, по крайней мере, пойму, что значит психологически тяжело выполнять. Но в любом случае, если вам это, например, нужно для профессиональной какой-то деятельности, от вас это требуют или вам это нужно, для того чтобы самой как-то развиваться, и вы считаете, что это важно, то вы поймите, я, правда, я человек, сторонник такого подхода, что то, что нам дается легко, нами не ценится. И это означает, что, конечно, надо. Когда тяжело дается, это значит надо делать, потому, как мы иначе не натренируем себя. Во-первых, это, ну, есть такое выражение «закаливает характер». Но закаливать характер это как бы хорошо, но просто характер, как правило, это уже врожденное и приобретенное. То есть врожденное что-то, что лежит внутри нашего гена и нашей как бы памяти генетической. А есть еще соответственно культурологический способ приобретения, где мы приобретаем определенные паттерны поведения. И их закаливать-то точно не надо. И вот, если вы все посмотрите про закаливание характера, то вы увидите, что, наоборот, человек учится тому, чтобы не идти на поводу у своих привычек. Так получилось, что на Камчатке, когда была плохая погода, было делать совсем нечего, мы с друзьями и с супругой пересматривали старые советские фильмы, прямо старые-старые, там 50-е года, 60-е года. Ну, видимо, я старею, потому что это уже не просто какое-то такое, знаете, ощущение прошедшего времени, что ли, а это ностальгия другого порядка. Потому что ты вдруг начинаешь понимать, о чем были эти фильмы. Вот тебе 50, и ты вдруг начинаешь понимать, слушай, а это же было круто. Потому что вот мой сын, которому я иногда предлагаю посмотреть какой-нибудь старый фильм, он говорит – я не могу это старье смотреть. Его можно понять, что он не может. И у меня, конечно, когда-то были такие реакции на все эти фильмы. Но, в целом, я, конечно, любил советское кино и продолжаю его любить. И это, конечно, фантастически, потому что там показывают как раз человека характера всегда, который должен трудиться. И там вот было такое, я уже не помню, в каком фильме было такое выражение, что жить надо не по счастью, а по совести. И так интересно, это ставится как будто бы в какой-то конфликт, но на самом-то деле ведь счастье не отцепляется от совести, оно неотъемлемо от совести. Потому что счастливый человек это, в общем-то, человек, который живет по совести. Другое дело, что, конечно, в советских фильмах было очень много того, что нужно быть таким человеком общества. И это тоже очень круто, потому что это, в общем-то, форма работы с эго, которое не рассчитывает, вернее так, оно не нуждается и не хочет, чтобы мы были счастливы, потому что наше эго формирует наш эгоизм. И, если даже на первый взгляд нам кажется, что мы что-то приобретаем, то в итоге мы от этого приобретенного и страдаем. «Добрый день». Челябинск, Андрей. «Возможно ли использовать провокативный метод в преподавании? Если да, то, каким образом?» Вот однозначно да. Надо понимать, что тут надо изучать провокацию, наверное, именно в преподавании, в педагогике. Но я вспоминаю, вот сейчас вы говорите, сегодня день рождения одного из людей, которого я считаю своим учителем, это мой тренер по дзюдо, который нас двоих с товарищем взял, когда нам было 10 лет, и ему самому тогда было всего 19, но он уже был большой спортсмен, и он нас тренировал. И это человек, который во многом на меня повлиял. Натик Багиров, сегодня у него день рождения, он известный китаист во всем мире. Вот он, наверное, как раз использовал этот самый провокативный метод, по крайней мере, в тренировке. А что касается в преподавании, то тоже вспоминаю своего педагога по литературе, была такая у нас Мамедова Нафсият Абдуллаевна, преподававшая нам русский язык и литературу. Мой папа сильно возмущался на тему того, что Мамедова Нафсият Абдуллаевна будет нам в старших классах преподавать русский язык и литературу. И вот мы пришли такие сорванцы в 9-й класс, она маленькая такая была, очень хрупкая, интеллигентная женщина. И вот ее провокация, например, заключалась в том, потому что нас уже невозможно было успокоить, но почему-то у нас именно класс литературы, ну, это какие годы, 80-е, класс литературы почему-то был оборудован кнопкой закрывания штор, и там стоял проектор. Почему-то вот в этом классе, не логично, но о’кей, может быть, он был какой-то показательный. И вот я помню, мы сидим, чего-то болтаем, орем, она не может нас никак успокоить. И в какой-то момент она выключила свет, нажала на кнопку, закрыла жалюзи, ну, не жалюзи, а черные шторы, включила маленький вот этот свет проектора и стала просто читать стихи. Что это, как не провокация? Мы рыдали просто в темноте этого класса. Когда она через 40 минут включила свет, мы все обливались слезами. И она полюбила, вернее, не так, она научила нас любить литературу, научила нас любить произведения именно русские, русскую классику. Ну, вот я во многом ее тоже, в том числе, считаю одним из своих учителей, и считаю, что мне очень повезло с педагогами в этом смысле в школе. Их было всего 5 хороших, таких сильных, но это тоже очень много. «Расшифруйте, пожалуйста, «не возвращаться к принятым решениям». Галина». Смотрите, не важно, что, какое вы решение приняли, вы должны, очень часто на автомате мы возвращаемся именно к принятому решению, то есть мы начинаем его переосмысливать. Вот никогда не возвращаться к переосмыслению этого решения, потому как гораздо больше, более важный деятельный опыт, не интеллектуальный опыт, а деятельный опыт вы обнаружите тогда и приобретете тогда, когда начнете разбираться с последствиями. Это повысит степень вашей ответственности и сильно повысит степень вашей алертности, бдительности в следующие разы. Знаете, когда я какое-то время назад перечитывал, смотрел, ну, перечитывал, листал переписку Нильса Бора с Эйнштейном, так получилось, мне было нужно, и там есть такой хороший у них спор, что ли, когда он говорит – я думаю, говорит Эйнштейн. А Бор ему говорит – ты не думаешь, ты просто логически завершаешь свою мысль. Это как раз то, что часто не дает нам сделать опыт, то есть не дает получить нам опыт. Потому что опыт это всегда прожитое, это всегда, когда мы эту ответственность проживаем каждой клеточкой своего тела. А логикой часто мы пользуемся не корректно, а просто связывая, насильно связывая несвязные между собой вещи. И когда мы обмысливаем прошлое, мы, как правило, тренируем вот эту неправильную логику. Услышимся после рекламы. Елена пишет из Курской области: «Здравствуйте, Сергей. С вашим распорядком жизни согласна, так же живу, благодарю за совет. Когда вы разрешили мне отпустить ситуацию с моей дочерью и внуком, с моими, на самом деле, прошло совсем немного времени и внучок подрос, заинтересовался жизнью деда и бабушки в деревне, с удовольствием гостит, радует нас. Доченьке я объяснила, что нам, старшим меньше времени отпущено для таких встреч, чем ей. Порадуемся все вместе, что у нас все хорошо. Спасибо. Мы встречаемся, помогаем, по мере возможности наслаждаемся участием в жизни детей». Спасибо. Сегодня такой у нас эфир, по крайней мере, начался с того, что собираем камни. Бывает время разбрасывать камни, есть время собирать камни. Помню этот разговор, если я правильно все помню. И, знаете, то же самое, о чем я говорил в начале нашего эфира, когда говорил о том, что мы должны смотреть все время на свое собственное поведение и не пытаться поменять других людей. Когда я говорил о том, что нужно уметь отпускать прошлое, это ведь тоже про это, потому как прошлое, оно уже закрыто. Как говорил Мастер Угвэй в мультфильме «Кунг-Фу Панда» – прошлое забыто, будущее сокрыто, настоящее даровано. Вот уметь забывать прошлое, оно, правда, является важным таким навыком, для того чтобы мы формировали свое прекрасное будущее. Неожиданно, но все-таки Джалаладдин Руми, такой философ когда-то говорил, что, ну, я, безусловно, своими словами скажу – в юности я был слишком глуп и старался изменить мир, а с возрастом я стал мудр и стал менять себя. Он все время предлагал наслаждаться той болью, которую мы чувствуем из-за того, что мир не соответствует нашим ожиданиям. И у меня даже родился фильм, который я порекомендую в конце. У нас есть звонок. Здравствуйте. ЕКАТЕРИНА: Здравствуйте. С.НАСИБЯН: Я вас внимательно слушаю. ЕКАТЕРИНА: Здравствуйте, Сергей, еще раз. Меня зовут Екатерина. Я с таким вопросом к вам хотела бы обратиться. С.НАСИБЯН: Обращайтесь. ЕКАТЕРИНА: Что делать в случае, если подростки, ну, вот в случае у меня сын, ему 16 лет, и он очень психологически зависим от компьютерных игр. Я понимаю, что это какая-то попытка уйти в себя от нас, скорее всего, которые, может быть, в какой-то степени прессуют или давят психологически на него. Но что вот с этим делать и как найти, так скажем, ему способ психологически защититься от мира, чтобы от него не убегать в компьютерные игры, и наладить какой-то эмоциональный, так скажем, барьер, эмоциональный ответ на все, что вокруг него происходит в какой-то агрессивной позиции? То есть агрессивных людей вокруг очень много, и замыкаться ото всех и убегать, ну, это не совсем правильно. Я понимаю, что я со своей стороны, может быть, как-то агрессивно в какой-то степени себя проявляю, пытаюсь его от инфантилизма подросткового каким-то образом, так скажем, вытянуть, потому что очень много в нем его. Полежать лишний раз на диване это лучшее занятие. Если сочинение задали, то лучше Chat GPT напишет. Если там пример какой-нибудь не получается, спишу. И все вот в таком духе. Что делать с этим инфантилизмом и с блокировкой на ответную реакцию по поводу этого инфантилизма, который, конечно, не нравится? С.НАСИБЯН: Ну, во-первых, вопрос абсолютно в тему того, что я говорил до этого. Надо начинать с себя. Если, например, вы видите или ваш сын видит, что мир полон агрессии, то единственное, где вы можете точно снизить количество агрессии, это в себе. Правда же? ЕКАТЕРИНА: Согласна. С.НАСИБЯН: Это первое. Дальше, ваш сын уходит в игры не потому, что он пытается спрятаться, а потому что в играх интереснее, чем в реальной жизни, вот просто интереснее, там интереснее, там красивее, там краше, там ярче. ЕКАТЕРИНА: Ну, это понятно, да, я согласна. Но в жизни же не всегда будет ярко, красиво. И до 30 лет никто тебе в компьютерных играх за тебя платить не будет, и работать надо каким-то образом. Там не всегда ярко, не всегда красиво, не всегда интересно. С.НАСИБЯН: Мне кажется, вы сейчас прямо ответили на свой вопрос. То есть надо перестать платить за это, нет? ЕКАТЕРИНА: А как? С.НАСИБЯН: В смысле? ЕКАТЕРИНА: 16 лет человеку, я же не могу перестать за него платить. С.НАСИБЯН: Ну, не платить. Вы же можете его кормить. Нет, подождите, кормить вы его точно можете, одевать вы его точно можете. А вот, например, оплачивать возможности компьютерных развлечений вы можете не делать этого. Я думаю, что вас даже никто не осудит за это. Нет? ЕКАТЕРИНА: Так я ничего и не оплачиваю, Wi-Fi общий. С.НАСИБЯН: Я понимаю, что он общий, я, правда, понимаю, что он общий. Но посмотрите, вот вы что сегодня делаете, для того чтобы у него был доступ к компьютерным играм? На самом деле, если вы разберете по кусочкам, вот прямо по элементам, то вы увидите, что вы достаточно много, чего делаете, чтобы у вашего сына был доступ к игре. Это вот, ну, правда, просто посмотрите. Как-то однажды ко мне пришел один молодой человек, мастер спорта международного класса, и сказал, что он очень много курит. Я ему предложил курить еще больше, но только очень сознательно курить. То есть вот каждую секунду осознавать, что он делает. ЕКАТЕРИНА: Да, я слышала ваш эфир. С.НАСИБЯН: И он прекратил курить. Вот здесь ровно то же самое. Вы задайтесь просто себе вопросом относительно того, что я делаю, чтобы у моего ребенка была возможность и доступ играть. И вот вы увидите, что вы думаете о том, что надо оплатить интернет, вы думаете о том, что у него должен быть, я не знаю, компьютер, еще что-то, еще что-то. И, как минимум, вы еще увидите важную вещь, что, сколько всего вы можете сделать, чтобы загрузить его какими-то другими вещами. Я понимаю, что это сразу не произойдет, но потихонечку это произойдет. Потому что инфантилизм, он как бы пройдет, это просто возрастная болезнь, она должна пройти. И понимаю, что вы боитесь, что он в 30 будет инфантилом, я понимаю. И для того чтобы там этого не было, ну, надо понять, вот ему осталось сколько лет еще с вами жить, как вы сами считаете, Екатерина? ЕКАТЕРИНА: Ой, я считаю, что долго еще, честно говоря. С.НАСИБЯН: Почему? ЕКАТЕРИНА: Ну, потому что при том раскладе, который я сейчас вижу, полной неорганизованностью и необдуманностью своих действий, я не знаю, что можно сделать, чтобы он сейчас прямо взял и стал самостоятельным человеком. С.НАСИБЯН: Нет, подождите, а в чем выражается его неорганизованность и необдуманность? Вам кажется, что он не проживет, что ли, сам? ЕКАТЕРИНА: Во-первых, чтобы ему сейчас что-то заработать, нужно получить образование. Ну, хотя сейчас есть, конечно, примеры, когда подростки зарабатывают. С.НАСИБЯН: Ну, и подростки зарабатывают, и взрослые мужчины зарабатывают, не имея образования. Но вас пугает что-то другое. Почему вы решили, что ваш сын долго с вами будет жить? ЕКАТЕРИНА: Хороший вопрос. С.НАСИБЯН: Так в том-то и дело, Кать, что он слышит вас. Он смотрит на вас, и он понимает, что вот есть мама, и она никуда не денется. Она никуда не денется. Он должен знать, что мама закончится в 18 лет. Вот ему исполнится там, я не знаю, 1 января 18, значит, 2 января мамы больше нет в этом смысле. Я сегодня как раз разговаривал со своим сыном и объяснил – чувак, тебе 18 лет, ты больше не можешь брать, ты должен отдавать теперь дедушке, бабушке, маме, сестре. Мне пока, слава богу, не надо. То есть дети должны это знать. ЕКАТЕРИНА: Так это я все ему прекрасно объясняю и говорю. Но говорить-то одно, а вот осознать это. С.НАСИБЯН: Вот в том-то и дело, поэтому я вас и спрашиваю об этом, я же вам задал этот вопрос, сколько вашему сыну с вами жить? И вы говорите – долго. Я слышу ужас в этой паузе. Ужас, который вас наполняет, потому что вы, конечно же, видите его 40-летним в своем доме. Мы вернемся к нашему разговору через несколько минут. Екатерина, вы со мной? ЕКАТЕРИНА: Да, Сергей, я с вами. С.НАСИБЯН: Отлично. Так вот то, что, задавая вам вопрос, я слышу в ответ ваш страх о том, что он будет жить с вами, вот это является ключевой идеей его такой пассивности. ЕКАТЕРИНА: То есть он должен быть уверен, что я так не должна думать. С.НАСИБЯН: Абсолютно, да, абсолютно. Вы должны быть уверены в том, что вы закроете перед ним, условно, дверь когда-то, в какой-то момент, то есть сепарацию вы совершите, не важно, что вы сделаете, но он должен понимать, что, сынок, тут можно по-разному же договориться. После 18 ты взрослый человек, и я к тебе отношусь, как к взрослому, ты там заработаешь сам и так далее, и тому подобное. Или я рассчитываю, что ты будешь мне помогать, или ты будешь выплачивать какие-то там деньги за ипотеку. И вообще не важно, я сейчас придумываю на ходу. Но он должен знать, что это произойдет. Потому что иначе он никогда не захочет идти во взрослую жизнь. Поэтому здесь от вас это зависит, Кать. ЕКАТЕРИНА: Ну, вот, а какие конкретно шаги я должна делать? С.НАСИБЯН: Первое, это поговорить с ним и перестать его защищать, особенно без его просьбы. Вот просто перестаньте за него делать какие-то, знаете, подстилать соломку. Его задача сталкиваться с какими-то сложностями, он может прийти с ними, он может не приходить с ними, это его дело. Но перестаньте за него думать. Это первое. Второе. Разговор. Сядьте и поговорите с ним о том, что будет происходить, на ваш взгляд, как только он достигнет совершеннолетия. В целом, это такой, знаете, ну, как бы сложный клубок решений, которые нужно принимать. Потому что нужно, в том числе, показать ему, что у вас есть своя собственная жизнь, что вам интересно эту жизнь жить, что его в этой жизни нет. Он был там, пока был ребенком. Но только тогда, когда он это увидит, он начнет как-то немножко сдвигаться. Потому что, к сожалению… Знаете, как однажды один мудрый духовный наставник по Каббале сказал одну такую мне прекрасную вещь, что движение начинается тогда, когда боль от того, что я стою на месте, превышает боль от того, что я двигаюсь. И я абсолютно убежден, что в этом и заключается наше взросление и наше, ну, скажем так, развитие, эволюция. ЕКАТЕРИНА: В общем, создать такие условия, в которых… С.НАСИБЯН: Сначала поговорить и, самое главное, внутри себя решить, Кать. Не надо ничего создавать специально. Вы, как только эти две вещи сделаете, вы увидите, что условия создадутся для его роста. Спасибо вам за звонок, спасибо за вопрос. ЕКАТЕРИНА: Спасибо вам. С.НАСИБЯН: До свидания. Пишет Алексей: «Здравствуйте. Можно ли полностью проработать психотравму из подсознания, или она может остаться на всю жизнь и будет напоминать о себе?» Смотрите, друзья мои, в подсознании, как вы выразились, или в бессознательном, как было бы, наверное, грамотней, профессиональней, скажем так, ваша травма находится до тех пор, пока вы не переносите ее в сознательное. Как только вы ее перенесли в сознательное, она перестанет на вас влиять, потому что она из, так скажем, бессознательного становится сознательной, а дальше у вас появляется выбор – действовать так, как она вам велит, или нет. Поэтому отпустить ее получится только тогда, когда вы ее перенесете. «Не получается отпустить прошлое, как вы говорили. Зачастую в тех ситуациях… Как перестать зависеть от прошлых ситуаций? Виктор, Санкт-Петербург». Нет, Виктор, тут я вам не скажу, как. Потому что, как, это вы найдете свой собственный способ. Но, в целом, давайте через пару минут вернемся и с этого начнем. Что же, поговорим дальше про наши ситуации, в которых оказались наши слушатели. «Сергей Борисович, добрый вечер. Мне 30 лет, есть любимая жена, двое детей, бизнес приносит доход. Нет желания жить, хочется уснуть и не проснуться, ничего не хочется». Не понимаю, кто пишет, потому что Ольга, но пишет мужчина. Не важно, кто бы это ни был. Вы знаете, друзья мои, не надо все списывать в этом смысле на психологию. Первое, что бы я на вашем месте сделал, это прошел бы полный осмотр у эндокринолога, потому что проверьте просто фон вашего здоровья, потому что это может быть и медицинское какое-то отклонение. У нас есть звонок, показывают мне. Здравствуйте. КУМСИЯТ: Здравствуйте. С.НАСИБЯН: Представьтесь, пожалуйста. КУМСИЯТ: Меня зовут Кумсият, я из Дагестана. С.НАСИБЯН: Очень приятно. КУМСИЯТ: Спасибо. Мой запрос заключается в том, что я не могу делать что-то хорошо, если я не знаю точно, что есть (неразборчиво), который выразит мне восхищение. То есть я чувствую голод восхищения, даже зависимость какую-то. С.НАСИБЯН: Хорошо. Сколько вам лет? КУМСИЯТ: Мне 23. С.НАСИБЯН: 23, прекрасно. Скажите, Кумсият, вот вы сегодня что-то же делали? Ну, что-то же вы делали сегодня? КУМСИЯТ: Да. С.НАСИБЯН: Ну, например, вы сегодня завтракали? КУМСИЯТ: Завтракала. С.НАСИБЯН: А завтрак вы готовили? КУМСИЯТ: Я готовила. С.НАСИБЯН: А вы готовили завтрак только себе или еще кому-то? КУМСИЯТ: Себе. С.НАСИБЯН: Себе. А что приготовили? КУМСИЯТ: Кашу. С.НАСИБЯН: Отлично. И эту же кашу вы ели, да? КУМСИЯТ: Да. С.НАСИБЯН: Вкусная была каша? КУМСИЯТ: Нормальная. С.НАСИБЯН: Нормальная. Ну, вот по 10-балльной шкале, сколько баллов на эту кашу вы себе дали бы? КУМСИЯТ: 7. С.НАСИБЯН: 7, неплохо. А зрители были? КУМСИЯТ: Нет, я была одна дома. С.НАСИБЯН: Ну, то есть все-таки вы что-то умеете делать достаточно неплохо даже, когда их нет, правда? КУМСИЯТ: Да. Но это такие бытовые дела, скорее. С.НАСИБЯН: Это вам так кажется, что это бытовые. Я понимаю, вы же, когда задаете вопрос, вы задаете вопрос какой-то более глобальный. Но звучит это так, вот смотрите, как вы мне говорите – я не могу ничего делать, если я не уверена в том, что существует зритель, назовем это не столько зритель, сколько судья, наверное, да, который меня соответственно за это похвалит. Так? КУМСИЯТ: Наверное. С.НАСИБЯН: Отлично. Но при этом при всем кашу вы сделали. И я думаю, что сегодня до 18 часов, вы там проснулись во сколько-то, и так далее, и тому подобное, вы за эти 8 часов сегодняшнего дня совершили несколько действий, зрителей не было, но вы их почему-то делали, ну, скажем так, нормально. Потому что это было вашей некоей внутренней мотивацией. А есть внешняя мотивация, вот то, что вы называете похвалой. Кумсият? КУМСИЯТ: Да, я вас слушаю. С.НАСИБЯН: Отлично. Теперь скажите мне, а вот что вы, о чем вы говорите, когда вы говорите – я не могу сделать что-то хорошо? Вот давайте пример какой-нибудь. КУМСИЯТ: Мне не интересно, как бы я не хочу вкладываться. Я могу на конкретных примерах. С.НАСИБЯН: Да, давайте какой-нибудь пример. КУМСИЯТ: Например, наш дагестанский психолог выпустил книгу, и я ее прочитала несколько раз, для того чтобы написать, скажем так, аннотацию или какое-то критическое замечание, будучи уверенной в том, что он меня похвалит за это и скажет, что я составила и прекрасный вопрос, и описание. То есть я была уверена, что это будет. Если бы я не знала, что он мне так скажет, я бы не взялась за эту книгу. С.НАСИБЯН: А вы должны были это написать, как некий редактор, как кто? Или как читатель? КУМСИЯТ: Нет, как читатель, да. С.НАСИБЯН: Как читатель. И вы хотели соответственно написать это, дабы получить от него такую рецензию на вашу критику или на вашу какую-то обратную связь. И так и произошло, правильно? КУМСИЯТ: Да. С.НАСИБЯН: То есть, как будто бы заведомо пытались сделать что-то, что принесло бы вам вот это вот удовлетворение. Так? КУМСИЯТ: Да. С.НАСИБЯН: Хорошо. А родители вас хвалили? КУМСИЯТ: Это было очень редко. С.НАСИБЯН: Отлично. Ну, а когда хвалили, как хвалили, чего говорили? КУМСИЯТ: Что говорили? С.НАСИБЯН: Ну, да, вот давайте, вспомните, как вас хвалили ваши родители? КУМСИЯТ: Молодец, я горжусь. То есть за такие, знаете, сверхдостижения, как, например, поступление в университет. Вы знаете, я была всегда отличницей со школы. С.НАСИБЯН: Да, но это воспринималось нормально. А когда, условно, поступили в университет, сказали – я горжусь тобой. Так? КУМСИЯТ: Да. Я думаю, знаете, почему, потому что про это можно рассказать, учитывая наш менталитет… С.НАСИБЯН: Другим. КУМСИЯТ: Да, другим похвастаться. С.НАСИБЯН: Хотите избавиться от зависимости от похвалы другими? КУМСИЯТ: Да. С.НАСИБЯН: Начните хвалить себя сами. КУМСИЯТ: Ну, это воспринимается, как необъективно, нечестно. С.НАСИБЯН: Почему? А вы думаете, что другие вас честно хвалят, что ли? КУМСИЯТ: Я понимаю, что другой человек не может знать, например, сколько я вложила в какое-то дело времени, сил. С.НАСИБЯН: Конечно, конечно. КУМСИЯТ: Ограничений. Но все равно у меня не получается. С.НАСИБЯН: Совершенно точно, поэтому только вы это знаете. И поэтому я и говорю – хвалите себя сами. Я не шучу, я говорю абсолютно серьезно. Потому что другие люди это ведь тоже, в общем-то, вымышленные друзья в этом смысле. Тот же самый дагестанский психолог или кто бы это ни был, люди, чью похвалу вы ждете, вы, на самом деле, ждете, вот, если… А вы на кого учитесь, если не секрет? КУМСИЯТ: Я закончила магистратуру на психолога. С.НАСИБЯН: О, вы психолог, отлично, вы коллега. Ну, тогда, как коллега вы точно меня поймете, когда я вам скажу, что, по сути, вы ищете похвалу, потому что вы хотите утолить свой собственный голод этой похвалы не сегодня, а вот там, в том моменте, где вы ждали, что папа или мама вас похвалят за что-то. Это один вариант. Просто вот, ну, вам все равно придется, как психологу работать с другим психологом, психотерапию проходить какую-то, то это вот хороший такой разбор, а где это место, где вы так нуждались в этой похвале, но они этого не сделали. Это первое. А второе, что можно сделать просто через поведенческую или когнитивную психологию или терапию, то, что я вам говорю – просто начните себя хвалить сами. Не важно, за что. Вот кашу сварили, прямо хвалите себя, что это самая вкусная каша на земле. Что я сегодня сварила самую вкусную кашу. Вот потом вы будете разговаривать с какой-нибудь подругой или с другом, не важно, с кем, просто обязательно сообщите ему об этом. Скажите – я сегодня сварила кашу, это была самая вкусная каша на земле. Никто не сможет с вами поспорить, как вы понимаете, потому что вы ее уже съели, правда? КУМСИЯТ: Да. С.НАСИБЯН: Вот делайте такие маленькие вещи. И вы потихонечку просто настроите свой ум на другую волну, на другой лад. Вы перестанете нуждаться в этой похвале. Но это не отменяет того, чтобы попробовать разобраться в том, похвалу, за что вы хотели получить и в каком возрасте вы хотели получить. Потому что, когда мы пытаемся получить признание окружающих, это как раз-таки вот тот самый наш инфантильный невроз, когда ребенок хочет получить признание родителей. И он хочет получить именно тогда, в тот момент, вот, почему это невозможно никогда закрыть, никогда невозможно удовлетворить. Потому что пока мы не вылечим того ребенка, не исцелим его, а исцелим мы его только тогда, когда мы научимся его хвалить. Вот почему я вам предлагаю хвалить себя. КУМСИЯТ: Спасибо большое. С.НАСИБЯН: Не за что. КУМСИЯТ: До свидания. С.НАСИБЯН: Спасибо вам. Я недавно попросил протестировать свои социальные сети одну девушку, которой я доверяю с точки зрения, ну, я даже не знаю, ведения социальных сетей. И она сказала – знаете, я, говорит, когда посмотрела, я поняла, что много про философию, много про психологию и бегает. Потому что я там выставляю все время свои тренировки, так как мне пишут люди, что их вдохновляет, что, если ты можешь, значит, и мы можем. Это правда. А я человек, который никогда не любил бегать, а теперь я бегаю. Я никогда не стану чемпионом, я не буду самым лучшим по бегу и так далее. Но я нашел для себя очень интересную мотивацию бега. Я бегу и хвалю себя за то, что я бегу. Не в смысле, что я молодец, что я бегу, а в смысле – ни фига себе, я бегаю. Вот просто – ни фига себе, у меня есть ноги, и я бегу. То есть я мог бы сейчас ползти, лежать, сидеть, идти, а я прямо бегу. А что такое «я бегу», это я просто переставляю ноги чуть быстрее, чем, если бы я шел. И поэтому, когда я говорю «хвалите себя», я говорю не просто так. Потому что наша нервная система, наша психическая система, в общем-то, воспринимает похвалу, что от нас, что от других абсолютно идентично, она не отдает в этом смысле отчета, как реагировать. И вот гормоны, которые откликаются на похвалу, ну, чаще, я думаю, это дофамины, реже серотонин, они будут возникать и в результате того, что вы начнете сами себя хвалить, сами себе повторять. У меня в детстве, у нас была соседка, она, когда готовила еду, ну, а мы в детстве так жили, что мы ели-то непонятно, где, в общем, где ребенок зайдет, там он и ест. И я очень любил к ней ходить кушать, потому что она готовила не так, как моя мама. Моя мама очень стерильно готовила, так очень старалась. А я всегда говорил – я не люблю, как у тебя, я хочу туда. Там, например, она пожарит картошку, предположим, с курицей, с мясом, не важно, и она всегда, когда готовила, она всегда хвалила. Это удивительно, вот сейчас я понимаю, что это было жирно, вредно, она была очень полная. И она всегда говорила, она говорит – смотри, говорит, дышит еще. Любой продукт, который, она говорит – смотри, еще дышит, Хрущев таких не ел. Там котлеты, пельмени, не важно, что это было. Это было очень интересно, как она себя нахваливала. Так что это очень полезный опыт, который мы получаем, приобретаем. А, если нет, то мы всегда будем стараться найти того человека, который заменит нам родителя в том самом детском воспоминании, где боль от того, что нам не хвалили или нас не признавали, так сильно болит. Ну, как я уже сегодня цитировал Джалаладдина Руми, то вернусь к нему с цитатой о том, что он призывал наслаждаться болью, которую мы получаем, как я уже говорил, в результате несоответствия реальности. Потому что через это происходило просветление, освобождение и так далее. Что же, друзья мои, звоните нам в прямой эфир или пишите свои вопросы. Также заходите и смотрите видеоподкаст «Провокация» в разделе «Маяка» на сайте «Смотрим». Там же вы можете оставить заявку на то, чтобы принять участие в видеоподкасте, ну, или оставить свою заявку на разговор со мной в следующем эфире, предположим. В следующем, который, кстати говоря, будет через две недели, потому что в следующую субботу у меня работа, тренинг, флагманский тренинг, который я веду уже много лет. И я как раз наберусь там очень много разного рода материалом, с которым я приду на эфир. Очень люблю в этом смысле свою работу. Дарья, 20 лет, Санкт-Петербург: «Сергей, добрый вечер. В данный период жизни чувствую себя опустошенной». 20 лет, опустошенной. Я вот прямо представляю вот эту опустошенность 20-летнюю. Так вот смотришь на мир и пустота. И у себя внутри пустота, и там пустота, и обязательно идет дождь. Ну, это еще и Санкт-Петербург, поэтому, мне кажется, там точно идет дождь в этот момент. «Нахожусь достаточно длительное время наедине с собой. Я прекрасно провожу время сама, с этим все в порядке. Встречаюсь с хорошими знакомыми, но эмоций и чувств не получаю. Не чувствую прилива энергии после данных встреч. Хочется снова чувствовать себя живой, дарить и разделять счастье, но не с кем в данный момент. Как пережить более экологично этот период? Заранее благодарю». Вот приятно, конечно, что Даша задает такой вопрос, но хочется сказать – Даша, вам всего-то 20, успокойтесь. Я читаю этот вопрос и понимаю, что все, что я могу порекомендовать, это разделить, в своей жизни разделить уединенность и страдание от одиночества из-за того, что вы чувствуете себя покинутой. А когда вы говорите, что не с кем в данный момент разделить счастье, ну, вы не правы. Ну, правда, посмотрите вокруг. Вот просто увидите какого-нибудь человека напротив вас в метро или в трамвае, или просто на улице, разделите с ним счастье. Вы не сможете с ним никогда разделить такого счастья, как вы разделили бы с близким человеком, с человеком, который находится рядом с вами длительное время, знакомым, родным человеком, нет. Но вы научитесь делиться счастьем с людьми, которые находятся просто рядом с вами на периферии вашего сознания, просто на периферии. Это же прекрасно. Я сегодня был на дне рождения у своей внучатой племянницы младшей, их у меня много, и вот как делает ребенок – пойдем, чего покажу. И ведет меня, и показывает мне, ну, условно, надувные шары в комнате. Классно же? И ребенок не стесняется этого, он просто говорит – пойдем, чего покажу. И здесь ровно то же самое. Поэтому просто нужно научиться делиться тем, что есть, тем, что наполняет. Но здесь же самое важное еще и уметь переживать, и делиться переживанием вот этой пустоты, о которой вы говорите. Она тоже очень важна и тоже очень интересна. Юлия, 45 лет, Ростов-на-Дону: «Добрый день. Как объяснить ребенку, мальчик, 10 лет, кто его отец, если его «биологический родственник» был против его рождения и не поддерживает с ним связь? Отношения не были официальными, но алименты платит». Ну, во-первых, молодец, что алименты платит, это мы всегда, мы за традиционные ценности, и мы за ответственность родительскую перед детьми. А, судя по всему, признавать отцовство, ну, в смысле признано отцовство, иначе не было бы алиментов, понятное дело. Тут вопрос документальный. Потому что ребенок в какой-то момент, я так понимаю, обнаружит, кто его отец, если это прописано. Если прописано, то вам все равно придется сказать о том, что я расскажу тебе об этом позже. Это важно. А, если не прописано, если он не сможет когда-то до этого докопаться, я просто, честно говоря, задумался сейчас и не знаю, это обязательно или нет, то придумайте любого отца, какая разница. Главное, чтобы у него был прекрасный отец, вот это самое важное. Рассказывайте ему о том, как вы любили его отца. Можете даже просто рассказать ему историю из какой-нибудь книги. Просто возьмите любую историю любви женщины к мужчине, которого она не видела, и опишите ее так, чтобы она стала вашей. Поверьте, даже, если вы будете говорить как бы правду, эта правда тоже будет вымыслом, на самом-то деле, потому что мы никто не знаем в этом смысле истины. Я читал переписку, у нас есть такой, здесь неподалеку, кстати, есть музей ГУЛАГа, и там есть экспозиция, где переписка людей, которых жизнь раскидала таким образом, что там, ну, по какой-то причине муж, например, оказался за границей, жена здесь с ребенком. И вот там есть одна история одной семьи, по-моему, ингуши. Он бежал, как-то, в общем, оказался он там, она здесь, она замужем. И, в общем, он прожил 93, и она прожила 90, и они всю жизнь только переписывались в советское время. Так интересно. Ну, понятно, что там не много писем, но это так интересно, это так красиво, когда люди вот так любили друг друга, хотя могли бы обидеться, разочароваться, расстроиться и так далее. И они оба, кстати, так и не вышли замуж, они поженились на других и за других. Мария, 31, Рязань: «Здравствуйте. Подскажите, как работать с коллегами, которые никак не содействуют общему делу, а только вставляют палки в колеса? При обсуждении почти всех вопросов становятся агрессивными, резкими, никакого содействия не оказывают. Мария, Рязань, 31 год». А зачем работать-то с ними, я не пойму? Ну, как бы уходите, не работайте. Понимаете, вы же задаете вопрос, а ответ очень простой. Ну, я понимаю, что он не отвечает, на самом деле, на реальный запрос. «Здравствуйте. Такая ситуация, мне 32». Да нет, пожалуй, не успею прочитать, но прочту, значит, после перерыва на новости. Друзья, правда, когда я говорю о том, что нам нужно научиться менять в этом смысле себя, это звучит просто, но я знаю, что это сложно. Но это означает, что мы каждый момент времени должны задавать себе, не так. Необходимо каждый момент времени задаваться вопросом о том, как я участвую в создании негативной ситуации. Ну, правда, коллеги не хотят содействовать. Ну, они, что, сволочи, что ли, фашисты какие-то? Ну, просто они же зачем-то так делают, они почему-то так производят это действие. И здесь всегда нужно задаться вопросом, как я усиливаю это действие. Вот точно так же, как я разговаривал с Катей по поводу ее 16-летнего подростка. Как я создаю то, что мой ребенок играет? Что я делаю для того, чтобы он играл? Я понимаю, сегодня, может быть, некоторых разочаровал своей ответственностью. У нас есть звонок. Здравствуйте. АЛЕКСАНДР: Здравствуйте. С.НАСИБЯН: Слушаю вас. АЛЕКСАНДР: Здравствуйте, Сергей. Меня Александр зовут, я из Саратова. С.НАСИБЯН: Очень приятно. АЛЕКСАНДР: Очень приятно, да. Очень много слушаю вас. С.НАСИБЯН: Спасибо. АЛЕКСАНДР: Честно, очень много беру информации от того, что слышу. С.НАСИБЯН: Спасибо. АЛЕКСАНДР: Честно говоря, я не знаю, как, немножко переживаю, уж извините. С.НАСИБЯН: Не переживайте, расскажите, какой у вас вопрос. АЛЕКСАНДР: Да вот, знаете, такая ситуация у меня получается, не знаю, постараюсь как-то более кратко, но как получится. С.НАСИБЯН: Ну, долго тоже не получится, у нас всего 9 минут. АЛЕКСАНДР: Ага, я понял. Ну, вот смотрите, у нас получается такая ситуация, что в браке был 8 лет. В целом, все как бы хорошо, но жена была такая больше на лучших позициях. Она как бы такая больше вперед. Но я сам тоже по самому принципу тоже такой некий лидер, потому что и должность занимаю руководящую, и там как бы команду футбольную веду. Но получилось так, что через 8 лет брак вот так вот развалился. И сейчас как бы больше вопрос о том, что мы развелись, а общаемся с женой, как бы все равно общаемся, есть общий ребенок 8 лет. И, знаете, как в процессе, как бы я его забираю на неделе два раза, а в итоге получается так, что в некоторые дни, когда она там строит свои какие-то планы, она пытается, например, сына отдать мне, я могу строить свои какие-то планы, а она мне его пытается пихнуть. Я пытаюсь, как бы подстроиться, то есть я понимаю, что там его некому отдать, надо мне его все-таки забрать, потому что, чтобы он не один оставался. И когда я забираю, то после каких-то моментов, что он там, я не знаю, приезжает от меня, она мне начинает какие-то моменты выговаривать за то, что, не знаю, а почему вы там, не знаю, почему он в грязной одежде приехал. Ну, где-то что-то ляпнул ей, что-то там произошло. И вот эти вот какие-то упреки вначале как бы вот в процессе, как только развелись, она это делала постоянно. Потом я начал немного ей отвечать какими-то такими, что, слушай, я сам знаю, как мне нужно с ним общаться, как вести, и я сам хочу так с ним проводить время. И началось такое, что она просто в трубку телефона может заплакать, говорить – ты меня вообще не слышишь, не понимаешь. И я каждый раз уже не знаю в какие-то моменты сижу, думаю – может быть, я и, правда, что-то неправильно делаю, может быть, и правда, она видит. С.НАСИБЯН: А вот, если вы неправильно что-то делаете, Александр, что это могло бы быть? Давайте так задам вопрос. АЛЕКСАНДР: Ну, если я неправильно что-то делаю? С.НАСИБЯН: Давайте, если вы неправильно что-то делаете? Она права, а вы неправильно что-то делаете, то, что бы это могло быть? Быстрей отвечайте, не думайте, потому что первое, что пришло в голову, будет сейчас самым нужным нам. АЛЕКСАНДР: Да, ну, ничего. Ну, в смысле сделал я неправильно, ну, ошибся, значит, ну, давай поправим, как надо. В следующий раз будем исправлять. С.НАСИБЯН: Ну, вот какую ошибку вы бы исправили? Ну, что она вам такое говорит, что, на самом деле, у вас как бы откликается желанием оправдаться? АЛЕКСАНДР: Ну, наверное, не знаю, честно. С.НАСИБЯН: Ну, смотрите, вы же уже сказали в начале своего рассказа о том, что, предположим, это может быть то, что вы приводите ребенка, а ребенок весь заляпанный чем-то. Беляши вы ели и ребенок весь заляпался. Ну, предположим такое, похоже же? АЛЕКСАНДР: Ну, похоже. С.НАСИБЯН: Значит, у вас где-то внутри есть идея о том, что вы могли бы быть более аккуратным с вашим ребенком. Или вы могли бы его там, я не знаю, учить быть более аккуратным. Потому что, если бы этой идеи не было, она бы не смогла до вас даже донести эту мысль. А раз эта мысль вас цепляет, то давайте предположим, что это так. Хорошо? АЛЕКСАНДР: Да, хорошо. С.НАСИБЯН: Отлично. Вот смотрите, в следующий раз, когда вы будете… Ребенку сколько лет? АЛЕКСАНДР: 8 лет сегодня исполнилось. С.НАСИБЯН: Ну, отлично, 8 лет. Вот в следующий раз… Сегодня, супер. Вот в следующий раз, когда вы будете его забирать, если вдруг, вы же наверняка следите за тем, чтобы он чистенький был, аккуратненький, но он ляпает, ну, так бывает, такие дети. И в этот момент такой, знаете, сидите и думаете – блин, сейчас она же опять мне начнет мозги делать, позвонит, плакать будет и скажет, что… АЛЕКСАНДР: Да, именно так. С.НАСИБЯН: Вот, отлично. Ну, вот как увидели у него пятно на одежде, вы вместе с ним лягте в какую-нибудь лужу ближайшую и обляпайтесь так перед приходом к маме, чтобы на вас смотреть было без слез невозможно. Но это должно быть весело, Александр. Потому что она в какой-то момент засмеется, понимаете? Вот то, как вы рассказываете, дает мне основание полагать, что у вас нет вражды с ней. На самом-то деле, вы оба стараетесь найти какую-то такую истинную середину, внутри которой или на основании которой вы будете прекрасными родителями вашему сыну. АЛЕКСАНДР: Ну, у нас получается просто, знаете, как, Сергей, что она такой жесткий, не знаю, даже из сегодняшней ситуации, я не знаю, немножко так переведу, может быть. Вот сегодняшняя ситуация, он садится за стол, естественно, он там чего-то весь на эмоциях, потому что праздник, он садится за стол, она ему – ну-ка, сядь ровно, что ты там это. С.НАСИБЯН: Конечно. АЛЕКСАНДР: Я говорю, я ей сегодня сказал такое – слушай, он ребенок, дай ему, вот он поест, если ты нервничаешь, выйди отсюда, из кухни, я сам ему, мы поедим, я уберу все здесь, и мы придем, сядем, ну, в смысле с тобой там уже перекусим и поедем на праздник. И опять вот это. А я внутри после именно этого начинаю такой – ну, что такое, ну, почему я, почему у нее такие эти все время, как будто, как собака, не знаю, пытается лаять на него. С.НАСИБЯН: У нее так и есть. Потому что, во-первых, он похож на вас. Во-вторых, потому что она с большой долей вероятности не пережила ваш развод до сих пор, и на него она вываливает в этом смысле некую эмоциональную часть своей боли. Я поэтому и предлагаю взять и попробовать поиграть. Ну, вот ребенок, например, сидит неровно, кушает неаккуратно, ну, вот вы возьмите и тоже начните так делать. Сначала это вызовет у нее оторопь некую. Оторопь – какая красивая эмоция. «Оторопеет», это что-то купринское такое. А потом, я надеюсь, это вызовет, в конце концов, когда она посмотрит на вас, скажите – мне психолог по радио рекомендовал так сделать. Ну, либо она скажет – психолог дурак такой же, как и ты, ну, что тоже будет верно. Либо она засмеется. Потому что здесь очень важно, правда, ее надо разгрузить, вот у нее там больно что-то, поэтому она так себя ведет. АЛЕКСАНДР: Но просто, я сейчас просто переживаю за то, что она для сына больше какую-то травму… С.НАСИБЯН: Я понимаю, я, поэтому и говорю, что вам нужно выйти вот на ту точку, которая станет опорой. Вы сейчас рассказываете прямо как будто сцену из фильма «Экипаж». Смотрели «Экипаж», старый только фильм «Экипаж»? АЛЕКСАНДР: Нет, не смотрел. С.НАСИБЯН: Посмотрите, вам будет… АЛЕКСАНДР: Посмотрю, да. С.НАСИБЯН: Это, кстати, не то кино, которое я хотел рекомендовать, но посмотрите. Потому что есть новый фильм «Экипаж», его не то, что не надо смотреть. Я помню, мы с сыном его смотрели, он сказал – папа, еще одну волну адреналина я не переживу. Ему было лет 8. А вот старый фильм «Экипаж», там очень похожая ситуация. Там и ребенок как раз такого плюс-минус возраста, и папа, и мама. И вот мама, которая все время дергает ребенка. Посмотрите, а, может быть, даже вместе с ней посмотрите, пусть это будет ваша индивидуальная рекомендация для вас и вашей супруги. Просто скажите – давай посмотрим кино. Если, конечно, у вас такое в практике бывает. АЛЕКСАНДР: Ну, я не знаю, я попробую. С.НАСИБЯН: Попробуйте. Там есть такая сцена, которая очень здорово это показывает. АЛЕКСАНДР: Я обязательно посмотрю. С.НАСИБЯН: Насколько я помню, Елена Соловей и Филатов, Леонид Филатов и Елена Соловей, по-моему, играют супружескую пару. АЛЕКСАНДР: Ну, а вот можно я еще так вопрос задам. А вот, если я буду ей говорить о том, что вот прямо начну говорить такое, что, слушай, с тобой категорически не прав, ну, в смысле больше гнуть свою палку. С.НАСИБЯН: Нет, нет, там, где вы будете давить, вы просто столкнетесь с еще большей агрессией, и, самое главное, что ваш ребенок с ней столкнется. Поэтому, Александр, даже не предлагаю вам такого. Сделайте вот то, что я говорю, попробуйте, посмотрите. И кино посмотрите, и попробуйте сделать такую игру. Хорошо? АЛЕКСАНДР: Да, я попробую. Спасибо. С.НАСИБЯН: Только через смех. Спасибо вам большое. Развод очень часто не проживается взрослыми. И чем сложнее взрослым пережить развод, прожить его, пропустить сквозь свой собственный опыт, тем сложнее, конечно, ребенку в этом разводе. Ну, что же, мы продолжаем. И уже буквально совсем немножечко осталось у нас. Так вот: «Здравствуйте, – пишет нам Александра. – Такая ситуация. Мне 32, в браке 8 лет, в терапии. За время терапии осознала, что выходила замуж как бы назло родителям за человека, который старше меня на 15 лет сильно не своего круга. Такой вот подростковый бунт в 24 года. Еще боялась остаться одна. Брак это первые отношения. Сейчас осознала, что не люблю и не любила, живу, как с родственником, однако уже есть ребенок 5 лет. И как папа он заботливый, и как муж не подает серьезных поводов разойтись, хотя морально очень давит. Нет совместных интересов, планов, ценностей, по сути, чужие люди. Не могу набраться смелости уйти, но и чувствую, что не живу в этом браке. Как принять правильное решение?» Только одним образом – бросить монетку. Что я могу еще сказать, Александра. Ну, здесь, либо вы со своим терапевтом это разберете, либо просто, ну, посмотрите, а сколько вы еще протянете так, я же не знаю. Ну, правда, здесь нет возможности дать вам совет. Ну, найдите монетку, бросьте ее. Ну, правда, я не астролог, чтобы такие советы давать. Я точно могу сказать, что, если вы несчастливы, то несчастливыми вы сделаете всех остальных. «А, если человек, – пишет Елена, – цепляется к словам, ерничает, будто все время проверяет, врешь ты или нет, чего ему недоставало в детстве? Доверия?» Не знаю. Может быть, он все-таки знает, что вы врете, и поэтому пытается вас на этом поймать. «Сергей, как бы вы оценили действия своего соседа, предложившего вам работу, но не выплачивающего вам ее полную стоимость, присваивая половину ее?» Не важно, сколько он присваивает. Важно, сколько вы согласились за нее получать. Не надо смотреть в чужой карман, смотрите в свой. А то иначе будет, как в том, помните – я дам тебе, сколько скажешь, но соседу дам больше, а он говорит – ну, выколи мне глаз. Вот, поэтому не надо. «Здравствуйте, – пишет Александр. – Что делать, если влюбляюсь во всех красивых девушек с первого взгляда? Боюсь выходить на улицу». Александр, не бойтесь, выходите, влюбляйтесь, я то же самое делаю, имейте в виду. «Сергей, вы немного перепутали. Филатов играет мачо». Абсолютно верно, мы уже, да, догадались, я посмотрел. Ирина Акулова и Анатолий Васильев играют семью в разводе, вы правы. Пользователь пишет нам: «10 процентов людей несут свои проблемы наружу, остальные 90 слушают, и хотя бы 50 начинают думать. Спасибо вам за эти передачи». Спасибо вам большое. Друзья, ну, что же, прекрасный сегодня у нас прошел эфир, на мой взгляд. Я, знаете, неожиданно, ну, так уж получилось, что мне пришло в голову сегодня говорить о Руми, я очень люблю этого поэта, этого мистика, наверное, я бы даже сказал, больше, чем поэта. И в связи с этим я хочу вам порекомендовать фильм, который вы, скорее всего, не видели. У Отара Кушанашвили, по-моему, недавно я смотрел, где спросили, какой у вас любимый фильм. И мне так стало стыдно, что он назвал фильм, который я бы никогда не назвал. Я не про этот фильм, но сейчас скажу про фильм. Это «Отец солдата». Гениальное кино. Но, если бы меня кто-нибудь спросил, какой твой любимый фильм, я бы никогда этот фильм не вспомнил. А в детстве я просто слезами умывался от этого фильма, это гениальное кино. И этот фильм мало, кто смотрел, фильм про войну, про то, как отец разыскивает своего сына. В общем, заходите, посмотрите, это действительно будет полезно. А я рекомендую вам посмотреть фильм, который называется «Низами», вот так вот называется. Это про азербайджанского поэта, тоже мистика, философа. Это как раз фильм о человеке, который в поэтической форме передал в поэме свои выражения своего анализа относительно того, как жить по совести, когда мир вот такой, какой он есть. Мы всегда живем в мире, в котором происходят вещи, которые нам не нравятся. И вот в этом фильме есть очень много ответов, ответов для вас, для меня. И я сегодня постараюсь его пересмотреть, если у меня будет такая возможность. Поэтому, дорогие друзья, я с вами прощаюсь. Нас не будет пару буквально, меня не будет пару недель, то есть не будет следующего эфира. А вот через недельку мы с вами снова услышимся. Буду скучать. Берегите себя и своих близких. С вами был Сергей Насибян. До свидания.

Выпуски
2026
2025
2024
2023
2022
2026
2026
Новый сезон
Ещеинтересное
Статьи
На "Смотрим" стартует серия видеоподкастов ведущих радиостанции "Маяк"
На "Смотрим" стартует серия видеоподкастов ведущих радиостанции "Маяк"