Великий педагог Лев Толстой. Опыт его школы в Ясной Поляне. САРАЛИДЗЕ: Здравствуйте, уважаемые слушатели. В студии "Вести ФМ" Марат Сафаров и Гия Саралидзе. Марат, приветствую. САФАРОВ: Приветствую, Гия. САРАЛИДЗЕ: Продолжаем мы наш проект, который посвящен образованию во всех его проявлениях: история, современность, те вопросы, которые вызывают бурные дискуссии. Ну и историческую часть, конечно, мы не забываем как все-таки люди, получившие историческое образование с Маратом. Сегодня мы поговорим о Льве Толстом как педагоге и о его школе, которая была, недолго, правда, просуществовала, но все-таки появилась в Ясной Поляне. САФАРОВ: Да, и имела, как очень многое, если не все, к чему приобщался Лев Николаевич, чему он был автором, имело не только наше общероссийское значение, но и мировое. Вот прошло уже более 150 лет после ее существования недолгого, яснополянской школы, а о ней продолжают выходить книги, диссертации, изучать ее опыт. Потому что, конечно, это был определенный переворот в педагогике – то, что Лев Николаевич Толстой замыслил, и то, что он смог, самое главное, реализовать. Потому что очень много было умников-то, которые разрабатывали различные педагогические системы, но не все они имели реализацию, и самое главное – не имели конкретного результата. САРАЛИДЗЕ: Здесь вот что интересно. Я, конечно, слышал о школе Льва Николаевича, которая в Ясной Поляне, но я абсолютно убежден был, что она появилась, когда он уже ставил эти социальные эксперименты свои в Ясной Поляне многочисленные, в разных направлениях, в народ ходил по-своему. Но оказалось, что школу он эту организовал будучи 30-летним человек, это сразу после отставки. Вот он был отставной поручик, тогда он уже прогремел со своими "Севастопольскими рассказами", он уже написал "Детство", "Отрочество", "Юность". Но именно в этом возрасте, в 1859 году (это за два года до отмены крепостного права, я обращаю ваше внимание) он образовал во флигеле своего имения в Ясной Поляне бесплатную школу для крестьянских детей. Это первая и долгое время вообще единственная, которая вообще открывалась в уезде. САФАРОВ: В уезде, да. И еще задолго это до "Войны и мира", до "Анны Карениной", до его таких в значительной мере… САРАЛИДЗЕ: Это даже до женитьбы еще. САФАРОВ: До женитьбы задолго, да. А, может быть, благодаря именно этому эта школа была организована, что у него было много свободного времени. Действительно он отходил уже от своего первого такого этапа жизни и приобщался вот к этому усадебному. И здесь, в Ясной Поляне, действительно открыл школу. Надо вообще сказать, что предшествовало образованию школы его путешествие европейское, где он знакомился в том числе и с европейской педагогикой. А тогда, в середине 19-го века, был культ (и в России в том числе) немецкой школы. Считалось, что лучше нее ничего не придумано с точки зрения дидактики и организации учебного процесса и просто надо ее копировать – в гимназиях, в школах, во всех учебных заведениях, в университетах, везде вот немецкую систему, ее нужно приобщать. А Лев Николаевич Толстой ничего доброго-то в ней и не увидел. А он уже тогда, посещая ее, вот как будто бы наматывал на ус, а как бы он сделал, а как бы он создал свою собственную школу, и пытался этому учиться. Но ничего особенно его привлекавшего или то, что бы его поразило с точки зрения организации школьного дела, он в Европе, в немецких городах не увидел. Более того, он считал, что зубрежка, что это выучивание, заучивание наизусть – вот основной лейтмотив этой школы. Так зачем же она нам нужна, будем создавать свою собственную. Возможности, повторимся, у него на тот момент были, и поэтому это не задержалось в качестве бумажного проекта, это очень быстро реализовалось действительно, как Гия отметил, в его флигеле... Полностью слушайте в аудиоверсии!