Китобойный промысел во всём мире привел к тому, что численность этих животных стала резко сокращаться. Возникшая проблема взволновала общественность и в итоге было подписано несколько международных конвенций о запрете китобойного промысла. Правда, далеко не все страны приняли в этом участие. На смену китобоям пришли китоловы… О "китовом беспределе" в Приморье рассказывает корреспондент "Радио России" Ольга Артёмова. ­Репортаж Ольги Артёмовой Проблемы, связанные с охраной и контролем за особями морских млекопитающих в России, обсуждаем с экспертами: Дмитрием Михайловичем Глазовым – ведущим инженером Института проблем экологии и эволюции им. А.Н.Северцова РАН, заместителем руководителя программы "Белуха – белый кит" и Иваном Затевахиным – автором и ведущим программы "Диалоги о животных". Д. Глазов: После Великой Отечественной войны в сельском хозяйстве СССР возникли серьезные проблемы. Было принято решение о добычи китов с целью получения питательного белка. Добывали китов тогда легально и нелегально, о чём уже очень много было написано и сказано. Забивали тогда не только китов, но и тюленей, белух в том числе. В наше время более всего на международном рынке востребованы касатки. Основной их покупатель – океанариумы Китая. Для примера могу сказать, что пока мы на о. Русский на Дальнем Востоке хотели построить один океанариум, в Китае построили 10 подобных. У китайцев огромная потребность в животных. Работая в Росприроднадзоре, мы старались сократить количество животных для изъятия, в том числе для отправки за рубеж. Дело в том, что мы определяем количество вылавливаемых животных, но не контролируем, куда они направляются после вылова. Все млекопитающие животные в России подведомственены Росрыболовству, которое занимается теми рыбами, которыми можно промышлять. Именно оно определяет квоты для вылова. Квоту имеют малочисленные народы Севера, а также ученые, которым разрешено вылавливать животных с целью контроля за популяциями и оснащения животных "датчиками". Сейчас, кстати, разработано очень много эффективных инвазивных методов, позволяющих бережно изучать млекопитающих. Но самым дискуссионным сегментом остаётся квота, направленная на "обслуживание" культурно-просветительских целей. Много лет подряд эксперты говорят о том, что не стоит продавать млекопитающих за рубеж, и если оснащать океанариумы – то только внутри нашей страны, потому что продажа тех же касаток за рубеж – это уже удовлетворение коммерческих "аппетитов". Так происходит, что контроль за животным с момента отлова до момента пересечения границы в РФ не отлажен, прозрачности нет никакой. Нам необходимо принять правила содержания животных в неволе и руководствоваться далее ими. Таких правил пока нет. В совете по морским млекопитающим мы подготовили такие правила ещё в 2014 году, но до сих пор они витают где-то в воздухе или пылятся в столах чиновников. Возник диссонанс между действующим законодательством и контролем. Это факт, но за последние 20 лет нормальных работ, связанных с любым видом морских млекопитающих, фактически не проводится. Но следует помнить, что при изъятии одного компонента из экосистемы – она разрушается…. И. Затевахин: Я категорически против отлова китов. В экосистеме мирового океана касатки и белухи занимают такое же место, как и волки в лесу – они дают этой системе разнообразие и устойчивость. Если экосистема будет нарушена – есть риск подрыва рыбных запасов всей страны. В Ванкувере почти всю популяцию касаток переловили для дельфинариев. Касаток ловят плотоядных и при этом пытаются кормить их рыбой, что само по себе – просто чудовищно, потому что касатки питаются другими морскими млекопитающими. Я за то, чтобы те животные, которые содержатся в дельфинариях и океанариумах, содержались в комфортных условиях. Я понимаю, что мы не можем просто так позакрывать все дельфинарии и таким образом решить проблему. Просто для того, чтобы выпустить млекопитающих обратно в дикую природу, нужна их чуткая реабилитация, чего пока, к сожалению, нет… Ведущий – Александр Хабургаев Полностью запись программы слушайте здесь: ­Отлов касаток. Как бороться с браконьерами?