Как было согласовано решение о расстреле царской семьи? Об этом исторический обозреватель Андрей Светенко беседовал с профессором Московского государственного педагогического университета Василием Цветковым в программе "Вопросы истории" на радио "Вести ФМ". СВЕТЕНКО: Здравствуйте. Сегодня мы поговорим о, пожалуй, самой величайшей трагедии в истории XX века (а с чисто человеческой точки зрения это, безусловно, так) – убийство царской семьи, убийство семьи императора Николая Второго, четырех княжен, цесаревича-наследника, жены, людей из окружения царской семьи. Все это произошло в ночь с 16 на 17 июля 1918 года, ровно 100 лет назад. И эта тема, естественно, обсуждается в эти дни и годами, и прилив интереса, и разные версии, и толкование, и понимание. Мы сегодня попытаемся тоже обсудить этот эпизод в истории. У нас в гостях профессор Московского государственного педагогического университета Василий Жанович Цветков. Приветствую вас. ЦВЕТКОВ: Здравствуйте. СВЕТЕНКО: Давайте напомним канву этих ужасных событий или деталей, сколько это возможно, потому что от деталей тоже зависит уже и оценка, и восприятие, наверное, и понимание того, что произошло. ЦВЕТКОВ: Ну да, начать нужно, наверное, с того, как было согласовано само решение о расстреле царской семьи. И здесь мы, конечно, должны обратиться и к той ситуации, которая сложилась вообще в советской России в начале июля 1918 года. Ситуация была достаточно сложная для советской власти, здесь мы видим и выступление Чехословацкого корпуса, здесь мы видим и достаточно активные действия белого подполья, в частности Савенкова выступление, восстание в Ярославле как раз тоже готовится очень активно, левые эсеры выступают. СВЕТЕНКО: Самарская учредиловка… ЦВЕТКОВ: Да-да-да, самарская учредиловка. Все это вместе взятое создает очень у многих большевиков впечатление такой неустойчивости власти и создает впечатление того, что в случае, если действительно не удастся удержаться, то противники их возьмут в качестве вооружения, в качестве опоры такой, основы… СВЕТЕНКО: Знамя у них в руках будет. ЦВЕТКОВ: Некое знамя, да, некое знамя монархическое и контрреволюционное, там антибольшевистское и так далее, вот. Я не хочу, конечно, здесь сказать, что у страха были глаза велики, сейчас об этом мы судить не можем по прошествии ста лет, но я думаю, что реальность большевиками на тот момент оценивалась, может быть, даже с преувеличенным таким моментом. СВЕТЕНКО: Ведь дело-то в том, что они же были как раз вот в месте относительно более спокойном, логика ссылки царской семьи Тобольск, потом Екатеринбург. И оказались в эпицентре событий, потому что документы вот первых дней июля, они свидетельствуют, что город вот-вот может быть взят, ну условно, белыми, чехословаками там, еще кем-то, еще кем-то. ЦВЕТКОВ: Да-да-да. СВЕТЕНКО: Временное сибирское правительство. ЦВЕТКОВ: Да. СВЕТЕНКО: И в этом смысле, конечно, главный вопрос, ну в советское время такая точка зрения пропагандировалась, что это была инициатива местных властей, и центр – Ленин, там Свердлов и прочие – ни при чем, и это все, так сказать, усилия на местном уровне. Вот так ли это на самом деле? ЦВЕТКОВ: Вот сейчас до сих пор, кстати, споры относительно этого ведутся, причем с привлечением даже не столько, может быть, каких-то исторических, а скорее каких-то психологических там даже аспектов. Потому что мы здесь не можем опираться, к сожалению, ни на какой документированный источник, то есть источник, который бы четко позволял нам сказать, что вот тогда-то было принято решение в Москве, именно в Москве, именно ВЦИК, о расстреле царской семьи. Вот такого документа мы не найдем. СВЕТЕНКО: С другой стороны, мы находим упоминание в документах и в газетах о том, что вот в мае-июне 1918 года, пишут, готовится процесс судебный над Николаем Вторым. ЦВЕТКОВ: Да, да. СВЕТЕНКО: И там прекрасная в этом смысле формулировка: за то, что он, значит, разрушил народное хозяйство, там, в общем, все на него списывается. В том числе вот это меня поразило. ЦВЕТКОВ: Да-да-да, совершенно верно. И не только, там вплоть до развала. СВЕТЕНКО: Хотя это все произошло уже после февраля 1917 года. ЦВЕТКОВ: По большому счету, да. Но здесь как раз вот и готовился этот самый открытый судебный процесс, причем такой достаточно масштабный, чтобы об этом знала и Европа, чтобы об этом знал и мир весь. Какой бы был итог этого процесса судебного, мы можем тоже только гадать, но скорее всего, поскольку вот, наверное, была модной в то время такая отсылка на события Великой французской революции, все себя очень часто сравнивали с Робеспьером и с Дантоном, то по аналогии можно было бы, наверное, предположить, что судебные инстанции советские тогдашние вынесли бы приговор в духе казнить Николая Второго и казнить его супругу. Полностью слушайте в аудиофайле