Столетие: русские интеллектуалы в хаосе революции. Гость: профессор философского факультета, писатель, литературовед, доктор философских наук Владимир Кантор. Ведущие - Пётр Фёдоров, Руслан Быстров. КАНТОР: Дело в том, что император не имел права отказываться - это предательство! Во время войны, особенно - страшной войны! ФЕДОРОВ: Вот поэтому он никогда не будет святым, только страстотерпцем, потому что святой, по канонам Православной церкви, этот тот, кто шел до конца, защищая свои идеалы и веру. КАНТОР: Он сдрейфил. ФЕДОРОВ: А генералитет? КАНТОР: Это просто - сплошное предательство! Что там вспоминает Морис Палеолог, французский посол: "Я смотрел, как высшие чины Русской армии идут с красными петлицами и кричат: "Долой самодержавие!". Я вспоминал швейцарцев, которые защищали Людовика"... ФЕДОРОВ: Швейцарская гвардия в июле 16-го... КАНТОР: Которые не говорили "царь-батюшка", но они все полегли за своего царя. ФЕДОРОВ: Потому что гвардия – защита, телохранители. КАНТОР: Это же тоже была как бы гвардия, элита была, которая продала на корню. Причем, самое интересное, что многие приезжали и говорили работягам, солдатам, что "мы сделали самое важное – мы заставили царя отречься". Практически все, кто это говорил, через год были расстреляны большевиками. Они получили свое, что называется. ФЕДОРОВ: Но в марте же начались расправы с офицерами. КАНТОР: А в чем дело? Извини, это - еще одно предательство, это так называемый приказ №1. ФЕДОРОВ: Уравнявший офицеров и солдат. КАНТОР: Не уравнявший, а поставивший солдат выше офицеров. Что такое отсутствие субординации в армии? ФЕДОРОВ: Гибель армии! КАНТОР: Конец армии! Как недавно доказал русский эмигрант, Катков Георгий, что стилистика этого приказа – абсолютно ленинская. ФЕДОРОВ: Но он не имел к нему никакого отношения! КАНТОР: Формально – нет. Дело в том, что этим занимался Бонч-Бруевич, напрямую связанный с Лениным. Полностью слушайте в аудиоверсии.