Освобожденные по амнистии участницы Pussy Riot Мария Алехина и Надежда Толоконникова заявляют, что займутся правозащитной деятельностью. Будут ли девушки пользоваться вашим доверием? Эту тему Наталья Мамедова и Владимир Аверин обсуждали со слушателями "Вестей ФМ". Мамедова: Здравствуйте! Давайте обсудим новости о Pussy Riot. Заключение Марии Алёхиной и Надежды Толоконниковой закончилось раньше срока, они выходят по амнистии. Мария успела в Нижнем Новгороде пообщаться с правозащитниками, с активистами организации "Комитет против пыток", сообщить, что намерена заниматься общественной правозащитной деятельностью, конкретно - помогать заключённым. Ну а теперь она направилась в Красноярский край, чтобы встретить из тюрьмы Надежду Толоконникову. Вот так выглядит финал очень громкой истории про панкующих девчонок из эпатажной группы Pussy Riot, решившихся на возмутившую общество "вокальную акцию" на амвоне храма Христа Спасителя. Страсти, в общем-то, поулеглись, всё утихло - и гонители "пуссек", и их сторонники довольны тем, что девчонки амнистированы, но для многих неожиданно, что Алёхина начала делать заявления о будущей общественной деятельности. Согласитесь, чтобы ею заниматься, нужно иметь "мандат доверия" людей. Вы готовы его предоставить девушкам теперь, после всего ими пережитого, нами сказанного и так далее? Готовы или нет? Это, собственно, вопрос нашей программы, а детали давайте обсудим. Ну, ещё раз уточню, прям слежу за ситуацией - Алёхина вылетает в Красноярский край, она отложила ради общения с Толоконниковой встречу с сыном и матерью. Немножко это для меня неожиданно. Аверин: Ну, для тебя это может быть неожиданно. А с другой стороны, если действительно сделана ставка на общественную деятельность, на правозащитную деятельность, то, исходя из этой логики, это более важный шаг для Алёхиной, чем что-либо ещё. Мы видим разные модели поведения по выходе из тюрьмы: кто-то стремится заняться семейными делами, кто-то хочет заняться делами общественными. Это их выбор. Но их выбор, в общем, вполне себе логичный, потому что было бы странно, если бы после писем Толоконниковой из колонии, после объявленной голодовки всё это ушло бы в песок. В этом смысле девочки действуют совершенно... Мамедова: А тебя не смущает вот что. Смотри, тогда действительно протестовала Толоконникова, даже на голодовку пошла. Алёхина особенно-то уж никаких таких заявлений не делала. Только позавчера она сказала, что не выйдет по амнистии. Но вот вышла, как видим. И вдруг пошёл целый ряд заявлений. Аверин: Да. Это ещё очень может зависеть от личного темперамента, это зависит ещё от тех колоний, где они оказались. Потому что они разные, и всякий человек, который побывал там, знает об этом. И если Толоконникова заявляла о необходимости соблюдения прав человека и соблюдения закона в мордовском лагере, то очень может быть, что та зона, в которой оказалась Алёхина, в этом смысле была гораздо более законной, что ли, более законопослушной зоной, там не было каких-то таких эксцессов, которые бы толкнули Алёхину на экстремальные шаги. Предположим. Мамедова: Ну, мы ещё детали обсудим в программе. Аверин: Да. Но тем не менее, и та и другая посмотрели на ужасы всей это жизни, что у Достоевского называлось "Записки из Мёртвого дома", они это как раз увидели собственными глазами. Понятно, они увидели и очень много несчастных людей (это тоже понятие Достоевского, звучащее в этих самых "Записках из Мёртвого дома"). Несчастные люди, которые оказались по ту сторону решётки. У них есть естественное желание им помочь. Но для того чтобы помочь этим людям, существуют вполне себе определённые формы деятельности. Одна их этих форм - это как раз создание правозащитной организации. Для неё нужны деньги - значит нужен фонд при этой правозащитной организации, финансирование какое-то. Возможны разные способы финансирования. Самый нормальный во всём цивилизованном мире - это пожертвования граждан, которым эта область небезразлична. Они готовы помочь. И, как правило, помогают ещё не только в области, где чувствуют проблему, но и отдают свои деньги тем людям, которым доверяют. И вот здесь самый главный вопрос нашего обсуждения. Сейчас, после того, что мы видели на амвоне храма Христа Спасителя (во время экскурсионных часов, не во время богослужения), после того, что мы видели во время следствия и суда, после того, что мы видели и слышали во время их заключения, после всего этого мы доверяем искренности побуждений, скажем так, Алёхиной и Толоконниковой? Мы готовы поддержать их своими деньгами? Ну, поскольку это вечное выражение этого доверия. Вот я доверяю Чулпан Хаматовой и перечисляю деньги в её фонд "Подари жизнь", например. Мамедова: Ну, да. Вот такая аналогия. Я думаю, нас поняли. Также в программе: Виталий Милонов посетил Киев, чтобы выразить поддержку сторонникам курса на сближение с Россией. Следует ли российским политикам последовать его примеру? Полностью слушайте в аудиоверсии.