Центробанк утвердил символ рубля. Со своим взглядом на историю утверждения графического символа рубля - Максим Кононенко в рубрике на радио "Вести ФМ".Председатель Центрального банка Эльвира Набиуллина объявила, что совет директоров регулятора утвердил наконец графический символ рубля. И вот его официальное описание: "Графическое обозначение рубля в виде знака представляет собой прописную букву Р кириллического алфавита, дополненную в нижней части горизонтальной чертой, создающей впечатление присутствия двух параллельных линий, что символизирует устойчивое положение российского рубля". Уже в следующем году будет выпущена рублевая монета с этим символом, а в дальнейшем он будет использован и на банкнотах. И это - счастливое завершение удивительной истории, начавшейся 15 лет назад. Еще в 1999 году ведущие шрифтовые и дизайнерские студии страны сформулировали ряд требований к графическому символу рубля. Например, он должен отличаться от уже существующих символов, должен быть интуитивно понятен и русскому человеку, и иностранцу, должен легко писаться от руки, состоять из одного символа, который бы легко стилизовался под любой шрифт, и иметь запоминающуюся особенность, которая бы запоминалась с первого взгляда). Ну, и кроме этого еще несколько специальных требований для типографов и полиграфистов. Из всех этих требований естественным образом вытекал знак, уже родившийся где-то в народе и периодически появлявшийся в различных конкурсах, - буква Р, перечеркнутая горизонтальной чертой. Лучшие шрифтовые дизайнеры страны разработали начертание символа, производители шрифтов стали включать его в свою продукцию, а сам символ был предложен для использования до его утверждения на официальном уровне. Инициативу поддержали сотни компаний. Перечеркнутая буква Р стала появляться на ценниках, в рекламе, даже в договорах. И постепенно новый символ стал настолько привычен и естественен, что Центральному банку уже некуда было деваться. Конечно же, был проведен конкурс, но он стал простой формальностью, поскольку победа перечеркнутой Р была подавляющей. И это, кажется, редчайший случай, когда нечто народное, оформленное профессионалами, настолько вошло в неофициальную жизнь, что властям не осталось ничего другого, кроме как признать это официальным. В принципе, именно так и должно формироваться законодательство, которое при нормально работающем парламенте лишь фиксирует сложившиеся общественные отношения, а не пытается навязать обществу свои больные фантазии. Но в нашей стране, при нынешнем законотворческом процессе, подобная история со счастливым концом выглядит как настоящая новогодняя сказка.